М. Ю. Лермонтов. Сочинения в двух томах. Том 2

Лермонтов написал этот роман в 25 лет и про 25-летнего, а кажется, что написал про 16-летнего подростка, обиженного на весь мир. Такой весь прожженный жизнью и уставший от всего, что хочется дать по жопу и сказать «Мальчик, найди, блин, работу!». Вообще, если бы в школе нас не заставляли его идеализировать и оправдывать (нас вот заставляли), не говорили, что он «жертва своего времени» и «лишний человек», то подростки уже в этом возрасте могли бы познакомиться с таким явлением как «мудак обыкновенный». И тогда потом, встречая их в жизни, относились бы уже по-другому к мудакам. Потому что, давайте называть все своими именами, Печорин просто обычный мудак, который портит жизнь всем, кого встречает. А потом жутко обижается на злую судьбу, что его никто не любит и упивается своей обидой и отверженностью. Конечно, не любит, ты же мудак! И нельзя оправдывать это трудным детством, воспитанием и чем там ещё. 

"Герой нашего времени" - это выдающееся произведение как по форме, так и по содержанию. Не перестаю удивляться, что оно было написано таким молодым автором: Лермонтову на момент создания "Героя..." было лишь 25-26 лет.

Текст отличается простотой и лаконичностью. Его легко и приятно читать. Нет ненужной многословности. Каждая фраза, каждое слово выверенны и на своем месте. Несмотря на небольшой объем, он очень насыщен смыслами. Здесь точно будет над чем подумать! Этот роман не только можно, но и нужно перечитывать - его глубина позволяет погружаться в него неоднократно.

Уже прошло 179 лет с момента первой публикации "Героя...", а подымаемые автором вопросы остаются актуальными и интересными и для современного читателя. Лейтмотивом в романе выступает раскрытие личности главного героя, его детальный психологический портрет. Особенность в том, что автор позволяет читателю оценить Печорина с разных сторон: как приближенный или друг (Максим Максимыч), как сторонний наблюдатель (офицер-рассказчик) и с позиции самоанализа (дневники). Печорин является очень противоречивым и вместе с тем реалистичным персонажем. До сих пор не утихают жаркие споры на тему того, кем же он был - злым гением и подлецом или все же действительно героем, оказавшемся не в то время и не в том месте. Думаю, феноменальность этого романа в том и заключается, что однозначного ответа нет. Образ Печорина настолько реалистичен, что к нему невозможно относиться однозначно хорошо или плохо, как нельзя дать однозначную оценку чему-либо в реальной жизни вообще. Последнее утверждение тесно связано с темой предопределения, которую Лермонтов прочертил красной линией через весь роман. Особенно важно подчеркнуть, что автор не пытается навязать какое то свое мнение, а тонко и ненавязчиво подводит читателя к размышлениям о судьбе, фатуме, выборе и его последствиях. И наконец... оставляет читателя с этими мыслями, чтобы каждый в силу своих убеждений, опыта и знаний сделал свой личный вывод. Это проделано просто гениально!

Роман произвел очень хорошее впечатление. После чтения осталось чувство чего-то приобретенного: мыслей, знаний.
Однозначно рекомендую прочитать или же перечитать.

Классика - всегда прекрасна!
Это как бальзам для души после серии современных "романчиков", всегда наслаждаюсь и периодически перечитываю, ранее изученную классику. В разном возрасте она воспринимается по своему: в школе ты ее не понимаешь и не очень то любишь (т.к. многих детей заставляют читать, то что они в силу своего возраста не могут осмыслить и оценить); в студенческие годы (когда гормоны на пике) читая Лермонтова думаешь - какой гад его герой и эгоист, зачем он так поступает, но чем взрослее становишь тем больше начинаешь оценивать и анализировать, просматривать героя с разных сторон, пытаешься осмыслить его поступки, а может где-то и оправдать- вот этим -то классика и прекрасна, она заставляет тебя думать и анализировать, показывает читателю как меняется его мировоззрение со временем.
Данное произведение одно из таких, что надо периодически перечитывать, т.к. ты за каждой такой перечиткой найдешь для себя, что-то новое.

К стыду своему, Маскарад в школе я не читала, лишь краткое содержание. И в соседнем городке видела постановку школьного театра.
Маскарад в книге только в самом начале, но именно там завязывается действие, которое приводит к трагедии. Арбенин начинает подозревать свою жену в измене, заметив, что она потеряла браслет. В дальнейшем несколько человек подливают масло в огонь, кто по злому умыслу, кто по неведению.
Арбенина многие жалеют, но, если честно, в своей участи он виноват сам. Шприху он высказывает свои подозрения, что жена (Шприха), пока он ходит вне дома, изменяет ему. Сам Арбенин несколько раз признается, что в молодости был жесток, в том числе с женщинами. Говорит, что наставлял рога многим мужьям с их женами. И естественно, когда твое рыльце в пушку, ты уже не веришь окружающим. Жене не дал объясниться, да и обвинения открытые были высказаны уже после решающего шага. Жалко только, что невиновные пострадали.

Вероятно, самый восхитительный роман русской словесности. Или же наоборот: свидетельство душевного распада личности, и даже больше — общества?

Меня это произведение ставит в психологический тупик.

В особенности, это касается условного «величия» персонажа. Я должен оговориться: отрицательные характеры привлекают мое внимание (и, полагаю, не только моё), но Печорин выделяется на этом фоне «обнаженностью своих замыслов», если вспомнить Эдгара По.

Михаил Лермонтов создал на примере своего произведения, удивительный комплект противоречий, ни в чем не уступая в этом смысле Руссо. С одной стороны, мы видим человека, обладающего высоким интеллектом, врожденной мужественностью, и что греха таить, соблазнительным очарованием. С другой, перед нами вырисовывается натуральный образец безнравственного человека, «пороков во всем своем развитии», которым уделяется особое, пристальное внимание. Это воспринимается не иначе как болезнь – такой диагноз ставит автор произведения в очень знаковом предисловии.

Необходимо сказать, что предисловие выполняет особую, вспомогательную роль. Оно, я бы сказал, является самостоятельным элементом произведения. В нем автор не просто расставляет точки над i, отвечая критикам, но и предваряет сам роман, и в частности, проблемы, которые встают перед читателем. В этом предисловии заключена вся идея сочинения, и это, пожалуй, уникальный случай в литературе.

Я не буду останавливаться на новаторских особенностях произведения и его вкладе в русскую литературу; в этом нет нужды, даром что и сказано об этом немало.

Что же такое Печорин?

Ответ можно найти, как мне представляется, в главе «Княжна Мери», где в ходе лирического отступления, делая запись в «журнале», бунтующий против всего мира, офицер, произносит следующие слова:

«А ведь есть необъятное наслаждение в обладании молодой, едва распустившейся души! Она как цветок, которого лучший аромат испаряется навстречу первому лучу солнца; его надо сорвать в эту минуту, и, подышав им досыта, бросить на дороге: авось кто-нибудь поднимет».

Мне могут возразить, что дневник – это личное пространство, и мысли могут менять свое направление, но согласитесь, что это весьма своеобразная идея, «органическая идея», способна воплощаться на практике. И то что «зло порождает зло», это как нельзя точно относится к характеру Печорина. И не последнюю роль здесь сыграло общество, воспитавшее столь харизматичного индивидуума.

Безусловно, Печорин способен на благородные порывы и в его словах порой блуждает сожаление, но увы, не раскаяние. И даже перед возможной смертью его слова звучат не столь убедительно, как те поступки, что вполне отражают его внутренний мир. Человека характеризуют дела, и как не были бы прекрасны сочетания мыслей, они не могут стать целым, если нет практического им применения.

Есть в жизни решения, а есть последствия принимаемых нами решений.

К Печорину это относится в полной мере: «И душа моя становится пустее день от дня».

Это было так красиво и так чарующе, что невозможно оторваться. Михаил Юрьевич смог перенести меня на бал-маскарад, провести меня за руку сквозь толпу незнакомцев высшего общества, которые захотели остаться в тени и не раскрывать своих личностей. Вся эта загадочность принесла не только свежесть и интригу в общество, но и кучу подозрений. Недоверие между самыми близкими людьми переросло в настоящую трагедию. Книга показывает, как желание избежать осуждения за наши поступки может принести другому человеку незаслуженную ношу позора и горя. Все думают, что от нашей маленькой лжи ничего не случится, но искренность намного важнее, чем может показаться на первый взгляд. История очень красивая, язык повествования тонкий и легкий, поэтому я не могу найти причин, чтобы не читать Лермонтова.

Исключительно из уважения к русской классике, причём скорее к иным её представителям, высоко оценившим приведённый роман, читатель сдержит досадное ощущение омороченности и допустит, что в произведении и впрямь есть сильные стороны.

Скажем в оправдание книги, что виновата эпоха, вместе с Печориным породившая и Байрона, и Онегина, передающая своим героям (которые и не герои вовсе, всего-навсего персонажи, причём не самые выдающиеся, мало что из себя представляющие, с юных лет уставшие от жизни, пресытившиеся ею и скучающие, страстно ищущие отвлечения от непроходящей тоски, страдающие, даже несчастные, но ко всему безразличные) это безвыходное мироощущение, не оставляющая им выбора, способная лишь сделать возможными бесконечные поиски, но не обретение себя, не содержащая выхода. Эпоха, не созданная для героев. Эпоха, главным героем которой оказывается... Печорин. Не эталонный образец для подражания, мягко сказать. Перевелись герои. В таком случае общую атмосферу упадка автор, без всяких сомнений, передал в полной мере.

Тем не менее, читатель не в силах согласиться с выразительностью, лёгкость и изяществом языка, воспетыми всё теми же классиками, ценителями и законодателями отечественной литературы - иные зарубежные авторы (в соответствующем переложении на родной читателю язык, разумеется) - несмотря на всю кощунственность данного утверждения - представляются ему, читателю, куда более изысканными и эффектными.

Любопытно, что столь нетипичный демонический образ, созвучный полотнам Врубеля, мечущийся, неприкаянный, беспокойный, совсем не похожий на гоголевских бесенят и чертей, озлобленных и упивающихся собственным злодейством (но и гораздо более поверхностных, нельзя это не признать), пришёлся читателю, тяготеющему к образу тёмных сил, особенно не по душе. Виной тому едва ли можно считать чрезвычайно однобокое представление зрителя, поклонника диалектики, о противоположностях, не допускающее смешения доброго и злого в единственной объекте, тем не менее какая-то часть его существа на протяжении всего чтения всячески отвергала возможность возникновения тех свойственных, как правило, положительным героям эмоций и чувств: сомнений, терзаний и поисков у кого-то, обладающего столь ярко выраженным демоническим началом, каким позиционируется Григорий Александрович, восставала против подобного постулирования и принимать написанное за действительное отказывалась. Возможно, указанный субьёктивизм и узость мысли, от которых, увы, ему пока ещё не удаётся избавиться, не позволили читателю оценить роман по достоинству.