Последняя любовь

В самом названии кроется особое праздничное настроение, так и хочется открыть рассказ и погрузиться в мир таинства и волшебства. У автора же свое видение вопроса и решил он нам поведать одну историю, которая произошла в новогоднюю ночь в Бронксе.

Зимний Бронкс. Фото взято в сети Интернет.

Известного писателя приглашают на праздничное застолье, которое проводит Перл Лейпцигер и соберутся несколько писательниц и любителей литературы и будут очень рады присутствую такого именитого автора. Одной из знаковых фигур в рассказе выступает Борис Лемкин - богатый владелец недвижимости. Он покровительствовал еврейским писателям и художникам и конечно, поддерживал их финансово. В рассказе переплетаются истории Бориса и Перл, об их непростых отношениях мы узнаем от автора. Небольшое отступление от сути рецензии - в рассказах Исаака Зингера мы находим разные истории: жизненные или мистические, но в каждом из них он довольно ёмко и понятно повествует о теме вопроса.

История Перл непростая, ведь она родилась в довольно набожной семье, но по ее словам Америка расшатала устои. Семья, которая истинно верующая, под гнетом труда вынуждена отказываться от своей веры, во имя злата. Да, время вносит свои коррективы даже в религию. Встреча Перл и Бориса стала тяжелой ношей для обоих, но несут и не знают как от нее избавиться. Борис взрывоопасный, необузданный, грубый и хамовитый, да и еще на фоне выпитого алкоголя. И тут такое началось новогоднее веселье, что вопру было спрятаться от всего происходящего.

Все, представление окончено. Мне ни к чему это сборище старых греховодниц, выдоивших меня досуха и требующих еще.

Весь негатив, копившийся годами, выплеснулся в одно мгновенье. Эта история о новогоднем вечере, который поставил точку во многих отношениях. Да, даже праздник может быть омрачен такими разбирательствами, но и видимо наступила точка кипения, когда надо было решить уже все раз и навсегда.

Как признаётся сам Зингер, "недостатка в чудаках и чудачках у меня не было", и почти все рассказы в этом сборнике слеплены либо из чудачеств, либо из крайне эгоистичного поведения людей, у которых под рукой всегда найдётся послушный исполнитель их воли. Мне показалось, что литературная ценность повествований далеко не всегда поднимает их выше бытовых заметок, но Зингер, безусловно, обладает даром писать так, что произведения проглатываются чуть ли не сами и всегда оставляют какой-то осадок.

Автор и сам тот ещё уникум: после прочтения сборника рассказов кажется, что на свете живут одни евреи (гоев в книге нет вообще, ну может, пару раз мелькнёт польский крестьянин, и то как-то робко, тут же прячась за страницу), половина из которых - люди со странностями, которые считают своим святым долгом прийти к Зингеру и рассказать ему свою историю, часто весьма интимного характера, которую тот впоследствии и подаёт, слегка окрашенную мистикой и тем, что когда-то могло считаться эротической бесстыдной откровенностью ("Я знаю, о чём вы хотите меня спросить... Да, я жил с ними обеими."). Ну и, разумеется, ненормальность, описываемая Зингером с привычной проницательностью не медика, но писателя. Наверное, у многих других авторов такая смесь не прошла бы, но здесь вы всё прочитаете с удовольствием, а "фирменный" юморок обеспечит вам хорошее настроение.

К сожалению, в моём случае привычка Зингера подытоживать рассказ глубокомысленным замечанием срабатывала далеко не всегда - в качестве менее удачных примеров приведу "Новогодний вечер" (в остальном - очень интересная история) и "Учитель в местечке" (не очень интересная). Кое-где З. хочется назвать "еврейским Гофманом" ("Ведьма"). Очень понравились "Последняя любовь" и "Шаббат в Португалии".

Рецензия получилась несколько легкомысленная, так что закончу на серьёзной ноте: даже если бы Зингер не был "нобелевцем", мне кажется, знакомство с ним для любого серьёзного ценителя литературы обязательно.

говорят, что плохие вещи встречаются в нашей жизни для того, чтобы мы научились ценить хорошие. Видимо с книгами происходит то же самое. Стоило прочесть дюжину скучных или посредственных вещей, чтобы потом открыть Зингера и «пропасть» на несколько часов. Маленькая книжка в мягком переплете издательства «Текст», тринадцать коротких рассказов, и одна мысль в голове «Зингер уникален».

Дальше...

Объяснить в чем его секрет будет достаточно трудно. Его язык прост, его сюжеты незамысловаты, его герои не являются таковыми в буквальном смысле слова. Мы словно выходим на шумный проспект, пробираемся сквозь толпу к уличному кафе и, сидя за чашечкой кофе, слушаем рассказы собеседника о проходящих мимо людях. О старом еврее из Буэнос-Айреса, который после войны оказался в Париже и пережил самую сумасбродную любовь в своей жизни. Об эксцентричном еврейском меценате, который окружал себя любовницами и поклонниками, а после смерти оказался нужен только одному старому другу. О молодой уродливой ведьме, которая прокляла свою соперницу и добилась любви. О поклоннице писателя, которая решила, что он изменил ее жизнь… Рассказы Зингера похожи на короткометражные фильмы Манхэттенского кинофестиваля. Каждый – своя судьба, каждый цепляет и заставляет задуматься, каждый достоин отдельной истории.Сюжеты Зингрера жизненны. Читаешь и узнаешь ситуации, чувства, слова. Обычные люди и «обычная» жизнь. Та самая, которая полна сюрпризов. Понимаешь, что самое интересное в жизни – это другие люди. Неисчерпаемый, бесконечный своими сюжетами, источник вдохновения – это жизнь окружающих тебя людей. И он черпает из этого источника. Его хочется читать снова и снова. И, что редко со мной бывает, хочется перечитывать. Зингер потрясающий.

Хочу заметить, что этой книге больше подходит оригинальное название «Старая любовь». Все-таки читая эту книгу, понимаешь, что автор хочет рассказать нам не о последней любви, а о той, давнишней, которая поселилась в сердце давным-давно и по-прежнему живет там. Та самая любовь, которую не можешь забыть. Эта та самая любовь, которую называют фатальной. Та самая, о которой думаешь «что если…». Та, которая причиняла только боль, ревность, лишала покоя и сна, но вспоминается только мгновениями счастья, красотой, лучшей своей стороной. Понимаешь рассудком, что ничего бы не вышло, но теперь идеализируешь, вспоминаешь только хорошее, гадаешь, что могло бы произойти, не откажись ты от нее. Зингер пишет об этом без лишнего мелодраматизма, без преувеличенных страстей. Он пишет как чуткий слушатель, как внимательный наблюдатель, соучастливо, но без оценки. Он пишет, так, что понимаешь каждого его героя и каждый поступок. Зингер великолепен.

Да, наверное, мой отзыв пресыщен комплиментами, но поверьте, автор достоин их. И еще я поняла, как же я соскучилась по действительно хорошей литературе. Это какой-то книжный голод, который не смог удалить не английский классик, ни лауреат Пулитцеровской премии, которых я читала одновременно. Зингера я читала раньше (его «Семья Мускат» очень понравилась мне, поэтому я и купила этот сборник), но одно произведение для меня не показатель. А сейчас я понимаю, что он прочно занимает место в списке моих любимых писателей. Зингер превосходен.