Над пропастью во ржи

Я не собиралась писать рецензию на этот роман. Я вообще не умею писать рецензии. Всегда получается какой-то сумбур и бессмыслица, но «Над пропастью во ржи» побудил меня изменить свою позицию.
Холден. Холден Колфилд. Я ожидала увидеть этакого отвязного хулиганистого подростка с неординарным мышлением; бунтаря, который пытается сломать «систему»; юношу, который резко отличается от своих сверстников умом и сообразительностью. А что же я увидела? А увидела я мальчишку с явными психическими отклонениями.
От многих людей слышала, что читая этот роман, люди узнавали себя в этом же возрасте. Однако, ничего общего с собой я не увидела. Более того, мне стало даже как-то не по себе от того, что кто-то отождествляет себя с Холденом. Напрашивается вопрос: вы в свои 16-17 лет тоже пребывали в ужасном маниакально-депрессивном состоянии? У вас тоже мир имел лишь один цвет — серый? У вас не было друзей, близких по духу товарищей, знакомых? Что ж, мне жаль. Правда, искренне жаль. И Холдена мне тоже жаль. Но жалость не прибавила мне любви к этому персонажу. На протяжении всего романа этот мальчик меня ужасно раздражал. Безумно хотелось оказаться с ним рядом, схватить его, встряхнуть как следует и... рассказать о том, что мир намного ярче, чем он себе представляет. Но услышал бы меня Холден? О, нет! Конечно бы не услышал. Не благородное это дело, слушать кого-то, учиться у кого-то, прислушиваться.
Нет, однозначно, я в свои 17 лет была совершенно другой. Не идеальность, нет, но другой, точно. А Холден...
Холден ненавидит весь мир без видимой на то причины. Все, что его окружает имеет серый цвет и неприятный вкус: кресло в фойе гостиницы поганое, кино липовое, актёры липовые, люди, которые любят кино и театр — ломальщики (как-то так он их, кажется, называл), люди, не разделяющие его мнения — дураки и кретины. А сам же он, конечно, изумительный мальчик!
Одного только не могла понять, неужели родители Холдена на столько заняты собой и карьерой, что не видят — их сыну нужная срочная помощь врачей-специалистов. Пока ещё не всё потеряно, пока еще можно хоть что-то исправить. Очень надеюсь, что тот санаторий, в который его поместили после всей этой истории, именно по его профилю.
Также хочется отметить, что язык, которым написан сей роман, меня тоже не вдохновил и восторженных откликов я не разделяю. Стилизованный под устную речь подростка, он остался для меня корявым и неуместным. Окончание романа... хм... Автору надоело писать?
Итак: язык романа не понравился, главный герой — раздражал, лихо закрученного сюжета не было. Понравился мне ли роман?
Если честно, я долго не могла определиться, какую оценку ему поставить. Но потом все таки решила: если роман побудил меня написать рецензию, если мне хочется говорить о нём, если я не жалею о времени, затраченным на чтение (дочитывала ночью, предварительно тщетно пытаясь уснуть около часа), то... да, роман мне понравился. И рассказанная история Холдена Колфилда имеет место быть.

«Признак незрелости человека — то, что он хочет благородно умереть за правое дело, а признак зрелости — то, что он хочет смиренно жить ради правого дела» Вильгельм Штекель

Какая хорошая книга! Ранняя юность — удивительный возрастной период, когда активные изменения происходят в человеке, а человек требует изменений вокруг себя. Кто из нас не жаждал перемен в шестнадцать лет? Кто не пытался бросить школу? Не хотел уехать за горизонт, в закат, в дали дальние, имея при себе лишь рюкзак с самым необходимым? И кто реализовал это желание?.. Кризис юношества в том, что сознание требует нового, всё вокруг становится вдруг опостылевшим и мозолит глаза, но для реальных перемен ещё недостаточно возможностей. Именно это я увидел в книге Джерома Сэлинджера — произведение о юности, упущенных возможностях, страхе взрослой жизни и о туманности будущего, а не аллюзию на американское общество 40-х годов или что там ещё придумали литературоведы.

Сознаюсь кое в чём. Берясь за чтение, готовился к чему-то совершенно грандиозному, легендарному, так как был достаточно наслышан о произведении. В итоге ждал чего-то совершенно особенного, с началом каждой главы говоря себе «ну вот сейчас-то точно „начнётся“!». Не началось. В итоге впечатление было подпорчено мыслью, что книгу явно переоценивают.

Книга оставила двоякое впечатление. С одной стороны, очень легко и приятно читается. С другой стороны, книга кажется ни о чём. Возможно, если бы я сейчас пребывал в 50-хх годах двадцатого столетия, я бы подумал во время чтения: "вау, этот парень отжигает, честное слово!", но мы живем в 21 веке и уже насмотрелись на стольких "бунтарей", по сравнению с которыми, этот - сущий ребенок. Маленький циник с юношеским максимализмом: "все дураки, кроме меня". У кого из нас этого не было? Кто-то переболел, а у кого-то не было Фиби, и он навсегда остался мизантропом.
В конце своих мытарств и исканий, встретив любимую сестренку, парень вновь почувстовал, что такое счастье, и как он давно скучал по этому чувству. Как оказалось, вовсе необязательно ехать жить куда-то в глушь и становиться пещерным человеком; как оказалось, счастье совсем рядом и заключается в таких простых вещах, как прогулка с родным человечком, например.
В конце он говорит, что скучает по всем этим стрэдлейторам, - и ведь так и есть. Лишь по прошествию многих лет, мы понимаем, что все те люди, которые нас раздражали со своими стереотипами, кружками, глупыми хобби и мещанским мировоззрением, которых мы не любили, избегали, на самом деле являлись частью нашей жизни и молодости, наполняя ее событиями, вызывая в нас эмоции, которые обычно потом превращаются в воспоминания и ностальгию...

Ну, например, так.

Прочитала произведение Сэлинджера в 18 лет, после периодически перечитывала. Читала и на английском, в этом отношении язык оригинала вседа превосходит перевод на родной язык. Про эту книгу уже столько было и будет сказано, что в сущности слова уже не имеют занчения и ничего нового сказать уже нельзя. Каждый находит в этой книге что-то свое, кто-то хочет быть таким, кто-то есть или был таким в юношеском возрасте. Для меня эта книга позволила оглянутьтся назад и вспомнить все свое детство и школьные годы и увидеть в каждой мысли и чувстве Холдена свои мысли и чувства.
Первая книга для меня, герой которой является мне наиболее близким в том возрасте.

Книга из раздела непонятых шедевров. Называйте меня ограниченной, но ощущение как после просмотра "Бешеных псов" Тарантино. Сидишь и думаешь: "Ну что эдакого было мне предложено, чтобы я могла называть это шедевром?"

• О чём книга? С чего она началась? Чем она кончилась? Где завязка, а где развязка? Их нет? Они не нужны? Книга и без того хороша? Ну тогда вам в раздел школьных учебников.
• Что настолько особенного есть в главном персонаже, раз он был удостоен чести предстать перед читателем? Где его интеллект? Где его обаяние? Где его изюминка? Где, в конце концов, столь желанная масса оригинальных мыслей, кои предполагаются в произведениях подобного рода? Есть же книги абсолютно нединамичные, но тем не менее, изобилующие красочным потоком намеренно недосказанных идей, заставляющих всё твоё этическое существо кипеть. А что мы имеем здесь? Обыденный кусок обыденной жизни обывателя, пресный и недостойный внимания. И пару сотен страниц, запачканных капризами не подающего надежд тинейджера.
• Я бы не стала звонить Селинджеру по телефону, чтобы поболтать, даже если могла бы. Что он мог бы сказать мне? О чём с ним можно было бы побеседовать? Не думаю, что о чём-то, имеющем реальный вес и представляющем живой интерес.