Юлия Жадовская относится к числу несправедливо забытых русских писателей XIX века. Впрочем, такая участь постигла всех пишущих женщин указанного периода. Тут вообще должна быть небольшая история, но если отделить её от рецензии, то будет совсем ничего не понятно, так что пусть останется здесь. Дело в том, что если побродить по википедии и почитать биографии женщин, так или иначе связанных с русскими писателями XIX века из числа тех, кого мы привыкли называть «классиками» – матерей, сестёр, жён, – можно с удивлением обнаружить, что у многих из них в роде занятий будет указано: «писательница». Довольно скоро возникает справедливый вполне интерес: что же они такое все писали, и почему практически никто ничего об этом не знает? Примерно половина из этих дам действительно ограничивалась в основном дневниками и воспоминаниями – обычное дело для того времени: не обязательно считать себя литератором и иметь какие-то писательские амбиции, чтобы вести подобные записи. Но встречались среди этих женщин и действительно сильные самобытные таланты, писательницы и поэтессы, создававшие достойные, по-настоящему художественные тексты. Где большая часть всех этих текстов сейчас, и почему сложилось так, что мы не только не имеем возможности их прочитать, но, в большинстве случаев, даже не знаем об их существовании, – это отдельная грустная тема, не будем лишний раз её поднимать. Речь сейчас о другом: Юлия Жадовская как раз-таки из тех дам, чья литературная деятельность выходила за пределы переписки и мемуаров. Жадовская вполне могла бы стать русской Джейн Остин, но обстоятельства как-то не поспособствовали, хотя даже судьба у этих двух женщин достаточно схожа. Обе пережили в юности драматическую историю любви: несмотря на взаимность чувств и в том, и в другом случае, ни Остин, ни Жадовской не суждено было вступить с избранником в счастливый брак. Впрочем, для каждой из них печальный личный опыт не прошёл даром: на его основе писательницы выстроили сюжеты своих произведений. Однако, что приятно, личная драма не ожесточила этих дам, а потому героинь своих текстов они, как правило, приводят к непременному счастливому финалу. Если говорить о стиле Жадовской, то это такой Тургенев, только девочка и с хеппи-эндами. Ну и с адекватными женскими персонажами, конечно же. Потому что при прочтении литературы XIX века, написанной исключительно мужчинами, может сложиться ошибочное впечатление, будто бы у женщин той эпохи поголовно были не все дома. Что, конечно же, неверно. В текстах Жадовской на первом плане куда больше женских персонажей, чем мужских, и это в очередной раз наводит нас на мысль, что в описываемый период времени мужчины и женщины жили в двух разных мирах, и миры эти нечасто пересекались. Вообще, женский взгляд на вещи в произведениях писательниц того периода, когда литературный процесс был беден женскими именами, – это действительно находка. После прочтения таких текстов возникает ощущение, что прежде у тебя были исключительно однобокие представления об эпохе. В романе «В стороне от большого света» мы через призму восприятия главной героини – юной барышни Евгении – узнаём о подлинном отношении дворянских девушек XIX века к нормам приличия, аристократическому воспитанию, сословным предрассудкам и браку, а заодно бессмысленным роковым красавцам, импозантным похотливым дядюшкам и многому другому. Адекватный мужской персонаж, впрочем, тоже будет – куда ж без него? И не типовой роковой мерзавец, от которых уже с души давно воротит, а действительно хороший человек. Подводя итоги: «В стороне от большого света» – это бытовой роман, роман нравов и роман взросления. Плавная, неспешная, но в то же время совершенно не занудная книга, пропитанная обаянием тех самых дворянских гнёзд, об упадке которых так сокрушался Антон Палыч Чехов. В чём-то немного утопическая, пожалуй, но это её только украшает. А ещё – это редкая возможность взглянуть на хорошо знакомую, казалось бы, эпоху под новым углом :).
13 понравилось
