Сарантийская мозаика

У меня дрожат губы, у меня всё внутри натянуто, как тетива: ткни невзначай - и накал эмоций и чувств прорвется взрывом рыданий... И я не преувеличиваю, нисколько. Дело в том, что именно такую боль я испытываю от необходимости расставания с тем миром, который стал за несколько последних недель моим, атмосфера которого меня пропитала до краев, герои которого стали моими родными, близкими, очень важными для меня людьми: мозаичник Кай Криспин, танцовщица/императрица Аликсана, возничий Скортий, лекарь Рустем, верховный стратиг Леонт, Стилиана, дочь сожженного заживо аристократа, - про каждого из этих людей мне хочется писать, писать, писать - об их ярких характерах, об их силе духа, о необычности ситуаций, в которых они оказываются и в которых проявляют свою неординарность...

Я не историк (увы). В истории ориентируюсь очень и очень слабо. Критически отношусь только к способу передачи информации - по принципу "верю/не верю". Читая этот роман, ни на секунду не сомневалась в РЕАЛЬНОСТИ описываемого мира. Да он и существовал, этот мир - эпоха Византийской империи, времена правления Юстиниана Великого: да-да, и я тоже хочу окунуться с головой в этот период, и я хочу с жадностью вчитываться в подробности того, о чем мне так художественно, так живо, так глубоко рассказал автор дилогии.

Какая эпопея!!! Смотрю, многие ставят эту книгу в один ряд с классикой фэнтезийной литературы, признавая величие данной дилогии. Тут я пас, я ничего толком и не читала-то из шедевров фэнтези. Но я ставлю данный роман с лучшими творениями исторической литературы - Р.Джованьоли, В.Гюго, А.Дюма-отец (при этом шепотом добавляю, что в данный момент для меня "Сарантийская мозаика" стоит на ступень выше перечисленного - настолько сильно потрясение от этой книги). Судьбы людей на фоне исторических событий - какая благодатная почва для прописывания жизненных перипетий, для обдумывания вечных вопросов: - что есть жизнь человеческая? - что есть бессмертие? - где грань между мимолетностью, хрупкостью частной жизни и вечностью, нетленностью мироздания? - любовь, ненависть, верность, предательство, истина, ложь - размышления об этих понятиях тебя втягивают, как в водоворот, и ты выныриваешь на последней странице со стойким убеждением, что понял об этом мире что-то важное, что-то новое, что-то жизненно необходимое...

...Перечитала то, что написала: бред, поток мыслей ни о чем... Почиркала, посокращала - эх, не удается свои переживания влить в какую-либо четкую форму: сразу получится или спойлер, или сплошное цитирование - уж очень много сильных фраз, сильных сцен, сильных поворотов событий...

Я полюбила эту книгу. За ее настоящесть, человечность. Да и за ее интересность, что тут скрывать: читаешь буквально запоем - не оторваться...

На имперской дороге говорили: «Он плывет в Сарантий». Так говорили тогда, когда кто-нибудь пускался в явно рискованное предприятие, подвергал себя опасности, менял всю жизнь, так или иначе, словно безрассудный игрок в кости, который ставит на карту все.

Ну, тут все в принципе вышло вполне предсказуемо, в хорошем смысле этого слова) То есть я люблю историю и исторические романы и я очень люблю фэнтези практически любой направленности, так что историческое фэнтези могло мне не понравиться только в том случае, если оно само по себе ни о чем, но тут совет проверенного человека, так что, признаюсь, чтение я предвкушала, и не зря. Отличная книга, в которую погрузилась с головой!

Велика и несокрушима Сарантийская Империя! И правит ей благословенный Джадом император Валерий Второй, человек, который создал себя сам, пришедший когда-то к воротам города, не имея за душой ни громкого семейного имени, ни денег, ни поддержки. Он сумел не только стать самым могущественным человеком империи, но и перекроить в угоду себе и своим желаниям ее законы. Им сложно не восхищаться на самом деле. Умный и хитрый, но не подлый, жесткий (а иначе не взлетел бы так высоко), но не бессмысленно жестокий, мужественный и достаточно порядочный, чтобы сдержать свои обещания, с не зашоренным взглядом, сумевший рассмотреть в танцовщице (что почти равно по тем временам проститутке) будущую Великую Императрицу, женщину которая станет ему надежной опорой и поддержкой на все годы правления.

Но основной сюжет все же крутится не вокруг императорской четы, а вокруг простого ремесленника. Хотя это, конечно, грубо говоря. Кай Криспин гениальный мозаичник, живущий после потери жены и двух дочерей, жизни которых унесла страшная чума, только своей работой, только искусством, это единственное, что еще трогает его сердце. Совершенно неожиданно для самого себя он оказывается сначала на дороге в Сарантий, а потом и в самом сердце дворцовых интриг, с первого же своего появления там нажив себе и друзей, и врагов, все благодаря буйному нраву и сложному характеру. Вообще, классный персонаж, люблю таких без излишней доли романтизированности образа. Пока он добирался до Сарантия он куда только не умудрился вляпаться, то из благородных побуждений, но вообще не подумав о последствиях, то не умея держать свои мысли при себе, за что периодически выхватывали и он сам, и спутники, которыми он обзавелся по дороге.

Про спутников хотелось бы сказать пару слов отдельно. Очень понравились созданные автором персонажи. Касия, девушка, которую родная мать продала в рабство, чтобы спасти себя и вторую дочь от голода (надеюсь им это не помогло и он померли!), только волей случая после года издевательств, побоев и насилия, ее жизнь меняется. Кай не смог пройти мимо совсем еще юной девушки, которой грозила ужасная смерть ни за что ни про что. И тут я им прониклась, прекрасно понимая, что его вмешательство скорее всего мало что изменит, а только он сам превратится в жертву, он все равно пытается что-то сделать и неожиданно все получается! Тот случай, когда кто не рискует... Он рискнул и судьба отнеслась к нему благосклонно. Есть еще Варгос, варвар, ушедший из родного дома, не оглядываясь, работал себе проводником спокойно, пока его не нанял Кай и понеслось: и работу пришлось сменить, и место жительства) Молчаливый человек со своими представлениями о преданности и чести, о которых он предпочитает говорить не словами, а действиями. Ну и Карулл, трибун Саврадийского четвертого легиона, с ним вообще история знакомства хороша, сначала чуть не поубивали друг друга, потом все напились, а потом друзья навеки, ох уж эти мужчины))

Интересная по итогу вышла компания. Что очень хорошо для нашего гг, так как столица на то и столица, чтобы события кипели, страсти бушевали, интриги плелись, а заговоры строились. Тем более когда у власти такой амбициозный человек как Валерий Второй, он хочет войти в историю и как создатель, для того строится главное святилище, должное поразить весь мир своей красотой и величием (для его украшения Криспина и вызвали в Сарантий), и как завоеватель, расширивший границы империи. Но ценой расширения границ станут реальные человеческие жизни и чтобы избежать кровопролития плывет в столицу молодая правительница варварского племени, та, которой Кай давал клятву верности, та, которая не прочь заменить на троне действующую императрицу...

И хоть нарисованный автором мир в принципе очень близок к реальному, чуть-чуть волшебства он все же, не удержавшись, добавил, чему я искренне рада. Искусственно созданные птички, наделенные душой, сознанием и умением разговаривать та еще прелесть, очень надеюсь, что последняя оставшаяся в повествовании еще сыграет свою роль в грядущих событиях. Ведь на самом деле первая часть только задел основной истории, как я понимаю, фигуры расставлены, и теперь начнется все самое интересное, а потому совсем скоро я возьмусь за вторую часть)

— Ты не сделаешь им чести, если будешь жить так словно и ты тоже умер, — сказал ему тогда Мартиниан вызвав гнев, граничащий с яростью. Криспин ощутил глубокий прилив нежности к своему далекому другу. Именно сейчас, высоко над хаосом Сарантия, ему казалось, что есть так много всего, чему он хотел бы воздать почести, или возвысить — или поставить своей задачей это сделать. Ибо нет необходимости, нет справедливости в том, чтобы дети умирали от чумы, или юных девушек разрезали на куски в лесу, или продавали в горький час за хлеб на зиму. Если это и есть мир, каким бог — или боги — создал его, тогда смертный человек, этот смертный человек, может признать его и почтить силу и бесконечное величие, которые в нем существуют. Но он не признает, что это правильный мир, и не покорится, будто он — всего лишь пыль или ломкий лист, сорванный с осеннего дерева, беспомощно летящий по ветру. Может быть, так и есть, все мужчины и женщины могут быть столь же беспомощными, как этот лист, но он не признает этого, и он сделает здесь, на куполе, нечто такое, что будет рассказывать — или внушать мысли — обо всем этом, и не только об этом. Криспин совершил путешествие сюда, чтобы сотворить свой мир. Совершил свое плавание и, вероятно, все еще плывет, и он вложит в мозаики этого святилища столько от настоящего путешествия и того, что было в нем и за ним, сколько сможет передать его желание и его мастерство.

Дальше...

О Город, Город, краса земли, око мира, венец творения Джада, неужели я умру, так и не увидев тебя снова?

Ошеломлена, покорена, восхищена... масштабом, мощью, гением автора. Это настолько обширное историческое повествование, что трудно в нем не потеряться, трудно удержать в голове все линии, запомнить всех персонажей с первого раза. Книга, которая парадоксально увлекает своей неспешностью, восхищает дотошностью, запутывает переплетением мелочей, тут же и размах величественных сцен и уют сцен камерных, и все рядом, и все чередуется, полный восторг. Автора я поставлю на одну полку с Мартином и Толкиеном, и хочу теперь читать только его одного, всего, подряд и много.

Жанр книги определяют как фэнтези, наверное, что-то от фэнтези тут есть, но мне кажется, что тут больше подходят слова "исторический роман". Сарантийская империя, читай Византия, и Сарантий, читай Константинополь, времен Юстина I, Юстиниана и Юстина II. Простите, Валерия I, Валерия II и Леонта. Поздняя Античность, плавный переход к раннему Средневековью, постепенная смена религиозной и не только парадигмы, меняется сознание, меняется восприятие мира, меняется человек. И все это на фоне великолепного правления великого монарха, Валерия II. Гениальный интриган, рассчитавший все. Он никогда не натягивал на лук всего лишь одну тетиву, тут другое число, это всегда четыре, а то и пять. Как? Как это ему удавалось? Такие люди, как он, предвидят будущее, играют на поведении людей, они потрясающие актеры, они великие стратеги и не менее великие тактики одновременно, я не понимаю, как это в одном человеке может ужиться. Такие люди рождаются раз в столетие, а ведь необходимо, чтобы еще и звезды удачно сложились, чтобы они оказались в нужное время в нужном месте. Хотя судя по прочитанному, они сами делают историю, и звезды тут ни при чем. Короче, книга опять о манипуляторе, но благородном, а это любимая тема, и не понравиться мне книга не могла.

Валерий II и его прекрасная жена-императрица Аликсана, из бывших шлюх-танцовщиц, вызывают из далекой Батиары лучшего мозаичника тех времен, Мартиниана. Кстати, отношения между Валерием и его женой заслуживают отдельной Песни Песней. Это что-то такое... невероятное, чувственное, страстное, и одновременно нежное, и интригующее, и тонизирующее, и успокаивающее, передающееся во взглядах, в прикосновениях, в колких диалогах. Бездетному императору предложили сменить постаревшую жену на молодую, наверняка плодовитую, царицу неподвластной пока области, и кто предложил, сама царица. Аликсана все знала, все видела, ждала решения, ну и как бы повела себя обычная женщина? Но Аликсана - женщина под стать своему мужу, все сделала правильно. Я преклоняюсь перед этой героиней. Нашла я минус небольшой, все женские героини списаны под копирку с Аликсаны, кто-то в большей, кто-то в меньшей степени, они все прекрасны, красивы, длинноволосы и решительны. Слишком много одинаковых женщин на одну книгу. Соответственно любовные линии тоже не страдают разнообразием. И это самый большой минус. Или но. Но это самый большой минус. Зато здесь много самых разнообразных мужских персонажей. Очень много.

Мозаичник, например. Ко двору Валерия прибыл не Мартиниан, но его ученик, Кай Криспин (Гай Гэвриел? по образу и подобию), умеющий видеть. Вспыльчивый матерщинник, но верный друг и верный муж. Я, наверное, ожидала прочитать про искусство мозаики побольше, но автор не стал превращать свой эпик в производственный роман, хотя мне все-таки немного жаль. Штукатурка и стекло, стекло и штукатурка, плюс немного умения, вот и все, немного не хватило глубины, ну да ладно. Лекарь Рустем из бассанидской Империи и его необычный сын - здесь будет немного о врачевании в те времена. Великие возничие на колесницах, объекты поклонения всего города, Асторг, Кресенз, Скортий и Тарас. Гонки, о какие тут гонки. Во все времена, во всех городах люди были азартны, и если где-то это состязания гладиаторов, в другом месте и времени - это бои без правил, то тут это гонки на колесницах. Драйв, экшн, интуитивные маневры, заставляющие целый стадион сначала ахнуть, а потом разом встать и хлопать великим Скортию и Тарасу. Я же правильно понимаю, что автор перелопатил огромную кучу источников, и эти люди жили на самом деле под другими именами. Было безумно интересно читать эти отсылки в самом романе, что стало с этими людьми потом. Один из гадкого в общем-то человека стал одним из святых Церкви, другой - возничий - прославился на века, повторить его рекорд не смог никто. Главы про гонки - это было гениально и на кончике стула.

Немалую роль в книге играет религиозная тема, Священный Джад и его Сын Геладикос, кто-то верит в Сына, кто-то нет, один император разрешает изображения Джада, следующий запрещает. Ереси, древнее язычество, могучие боги древнего мира, верования варварских племен, соседских империй, все это очень глубоко мифологично и частично автор ушел в нелюбимую мною мистику, но вплел ее в повествование очень мягко и органично, так что она не мешает, наоборот заставляет задуматься. Автор раскрывает много символов той эпохи, к примеру, дельфинов, несущих души богу Смерти ли, или Геладикосу, но в любом случае запрещенных в изобразительном искусстве. Здесь красивейшие описания церквей, и конечно же, любимое детище Валерия, ошеломляющая Святая София святилище Джада, в котором хочется "воспарить, получить дар полета - смертельный подарок Геладикоса от его отца, - чтобы можно было пролететь мимо всех этих пылающих огней и нежно приложить пальцы к огромной, божественной поверхности этого купола. Здесь можно поверить в святость Джада и смертных существ, которых он создал".

В этой книге уместилось так много всего, что можно о ней говорить и говорить и говорить. Я тянула ее, я растягивала, как могла, этот момент расставания, но все равно она кончилась. И кончилась неожиданно. Впереди еще было 10%, а нет, все, финита, впереди примечания. И мне грустно. Как теперь заставить всех (не всех, ладно) бежать ее читать? А ведь кому-то может не понравиться, а я этого не переживу. Великая эпопея, сравнимая еще, может быть, с романами Генрика Сенкевича. Альтернативный мир, который, в общем-то, самый настоящий, но с другими именами. История, религия, искусство, отношения, интриги, люди, целый мир в подарок, забирайте.