Спящий зверь

Молитесь, если вы еще во что-то верите.

Прочитал рецензии и решил, что у нынешней молодежи очень странное "ни о чем". А для экономии времени я посоветую тем, кто не умеет читать комиксы, либо за них не браться, либо не судить.
Это книга о войне. О трех, родившихся во время войны, и потерявших все еще до начала собственной жизни. Их истории параллельны, они почти не пересекаются, и связь знает лишь один из них - обладающий феноменальной памятью и способный восстановить все, что происходило, даже если события касаются самых первых дней его жизни.
В книге две сюжетных линии, в одной время идет вперед скачками, в другой - капает назад со скоростью один день на несколько страниц.
Мир, в котором живут повзрослевшие герои (хотя "живут" - сильно сказано), охвачен войной, новой религией, которая призывает людей прекращать быть людьми, и становиться рабами, беспрекословно исполняющими приказы. Двойники мировых лидеров путают следы, и даже самые ближайшие их приспешники не способны понять, где находится настоящее физическое тело очередного "доктора зло".
Небольшая история о борьбе за правду, за воспоминания, и о том, как "рискуют всем ради мира".

Комикс комиксу рознь, и «Спящего зверя» просто язык не поворачивается так назвать — это графическая новелла, и точка. Вы простите мне излишнюю категоричность сразу же, как только откроете книгу; впрочем, если вы вообще сможете её найти. Но об этом ниже.
Новелла открывает «Тетралогию Чудовища» и по-честному должна бы зваться иначе — «Сон чудовища»: французское слово monstre не имеет ничего общего со зверем, в отличие от beast, мелькающего в английском переводе. Но незначительные потери полутонов смысла пока не важны, тем более, что перевод на русский — высококачественный. А что будет в следующих новеллах — «32 декабря», «Встреча в Париже» и «Четыре?», — посмотрим. Когда-нибудь.
Казалось бы, всё просто: в абсолютно футуристическом, отвергающем опыт прошлого мире 2036-го года Найк Атцфельд разыскивает друзей своего детства — Амира и Лейлу. Только «друзей» и «детство» надо бы взять в кавычки, ведь им было 27, 26 и 19 дней соответственно, когда их разлучили. Спустя три десятка лет Найк отправляется на их поиски, и в этот момент в игру (точнее, в сюжет) вступает Орден обскурантистов. «Внимание, информация засекречена. Лейтенант Коббеа фередаст дискету, которая ликвидируется фосле фрочтения». Вы тоже слышите этот цифровой голос?
Мы видим глубокую тёмную тайну, в центре которой на волнах покачивается Атцфельд — спец по памяти, один из 10 тысяч важнейших в мире людей. У обскурантистов цель проста — табула раса в масштабах всей планеты. Для «очищения» общества уничтожаются не только памятники мысли, культуры, науки (даже язык низводится до словаря в 499 единиц — Эллочке на зависть), но и ведётся «искоренение» опасных людей. На Атцфельда открыта настоящая охота. Вот только он ещё не знает, что уже давно на коротком поводке у охотников и ведёт их к истинной цели... Здесь мог быть спойлер, без которого все мои намёки — путанные и несвязные, но история, созданная Билалом, слишком прекрасна для этого.
Найк Атцфельд не просто человек с феноменальной памятью, он что-то вроде символа войны — и для своего мира, и для нашего. Его породил мир, где все против всех, а война сквозит в каждой мысли, каждом воспоминании, каждом решении. Но рассказ об этом мире — не протест и даже не мрачное пророчество, в произведении искусства нет места социальным месседжам. Мы просто окунаемся в уникальный фантастический мир — чувствуем загазованность мегаполиса; ощущаем на коже песок и горячий воздух пустыни; от холода северной столицы нас бросает в дрожь. Огромное преимущество графических романов — мы видим глазами автора.
Ещё меня удивило, насколько похожи две пары персонажей: Лейла и Памела, Финч и Коббеа. Что это? Какая-то мода? Намёк на вырождение? Или отсутствие фантазии у автора? В последнее верится с трудом, а вот шастающиеся повсюду андроиды наводят на размышления: что же хотел сказать автор?
Композиционно новелла построена на двух арках. В первой параллельно идут истории трёх персонажей — Найка, Лейлы и Амира. Найк — ключевой герой, он объединяет истории и тащит на себе весь сюжет (делаю паузу на случай, если вы решите поспорить со мной). Вторая арка завязана именно на Атцфельда, вместе с ним мы погружаемся в воспоминания о первых днях жизни: Д-18, Д-17, Д-16... Чёрт, а ведь я всего на год старше Найка. И композиция, и художественные приёмы — всего лишь послушные инструменты в руках автора, который хочет показать нам нечто большее, чем текст и картинки.
Для русскоязычного читателя имя маститого французского художника, писателя и режиссёра Энки Билала практически ничего не говорит (тем хуже для нас). Боюсь, среди этой огромной читательской аудитории комиксы не котируются вообще — разве станет взрослый человек читать «детские» книжки? Что уж говорить о мастере, прекрасном, фантастическом, но — лишь одном из многих. Хотя фанаты научно-фантастических комиксов, разумеется, могут знать « Трилогию Никополя » (1980–1992) и «Тетралогию Чудовища» (1998–2007), а фанаты научно-фантастических драм наверняка видели ленты «Бессмертные: Война миров» или «Бункер "Палас-отель"», где Билал засветился и как режиссёр, и как автор сценария (в основу фильмов взяты его графические новеллы). Билал прославился в 1980-е, он до сих пор создаёт потрясающие по своей энергетике и воображению комиксы, но у нас его издают и переводят крайне неохотно. Интересно, смогу ли я найти остальные части тетралогии в переводе на русский? В бумажном варианте — нет. Не собираюсь сейчас выискивать причины такого незаслуженного пренебрежения (здесь явно замешаны деньги) или зашоренности нашего сознания в отношении графических романов (будь то западные комиксы или восточные манга/манхва/маньхуа), но вы должны обладать той же информацией, которой обладаю я, чтобы принять для себя какое-то решение — иначе зачем вы вообще взялись читать этот отзыв, неужели нет дел поинтереснее? «Спящий зверь» стоит того, чтобы открыть его и прочитать.
Билал отличается узнаваемым стилем, узнаваемым своеобразием красок, лейтмотивов и тем — узнаваемым по мрачноватому мягкому карандашному рисунку с яркими деталями, чаще всего выполненными в кричащем красном или насыщенно синем, по прозрачным одеждам и лицам с высокими скулами, по пейзажам... Его мир уникален.

За его работой невероятно увлекательно наблюдать. Мне повезло наткнуться на видео, где Билал работает как раз над иллюстрациями к «Спящему зверю».
Enki Bilal working in his Studio:
https://www.youtube.com/watch?feature=playerdetailpage&v=ZrSCVjvQPjE

Смотрите и вдохновляйтесь.

Я помню, что мне 18 дней. Я помню больших черных мух и теплый летний воздух, врывающийся сквозь зияющие проломы в стенах больницы. В возрасте 18 дней я уже могу отличать дуновение ветра от свиста бомб, минометную очередь от очереди Т-34. В возрасте 18 дней я знаю, что я сирота и что меня зовут Найк. Слева от меня в той же кровати спит Амир, он младше меня на день, а справа ревет Лейла, она самая младшая, ей всего лишь 10 дней от роду. Они тоже сироты, но они этого не знают. Я самый старший, я даю клятву на звездах, сверкающих сквозь дыру в разрушенном потолке, что всегда буду защищать их.

Мы еще не все собрались, но я расскажу вам свою историю. Она начинается, как сказка.

У Энки Билала очень своеобразный, яркий, выпуклый, живой стиль.
И история, которая начинается в первой части "Спящего зверя", такая же.
Герои подкупают именно что своей "несуперскостью". Лейла Миркович-Зохари, выдающийся астрофизик, Найк Атцфельд, специалист по памяти, Амир Фазладжич, бывший вратарь, ныне наемник.
Это история о дружбе, войне, свободе выбора и смерти, история о красной нити, ведущей сквозь забвение.
Найк Атцфельд, человек с феноменальной памятью, ищет двоих друзей, которых помнит младенцами и которых давно потерял.
Орден Обскурантизма вербует все новых и новых искоренителей, лишая их воли и разума.
В комиксе несколько трагических линий: Саша и Амир, Зохари и Лейла, лейтенант Коббеа, не желающий служить злу, и флешбеки из памяти Найка, удивительно яркие для памяти младенца нескольких дней от роду.
Билал гуманист, и его история о свободных людях, которые не сдаются ни перед лицом смерти, ни в минуты отчаяния.

Купленная лет 8 назад книга вместе со вторым сборником автора, изданными на русском языке, долго ждала своего часа. Пролистывал я её много раз, даже прочитал как-то перед сном, но вдумчиво и неторопливо прочёл только сейчас. Не могу сказать, что книга вызвала прям восторг, но она определенно неплоха. Сюжет...он необычен, фантастика, примесь киберпанка, отсылки к жуткой гражданской войне в Югославии, всё сплелось. Рисунок не особо впечатлил, но как минимум, он необычен. Отдельно стоит сказать о самом издании: книга шикарно издана, большой формат, мелованные страницы.
Могу порекомендовать почитать любителям графических романов и людям далеко за 20. Самый большой минус в том, что это первая книга тетралогии и остальные на русском языке не издавались (хотя в сети можно найти самиздатовский перевод второго тома).