Хроники Российской Саньясы. Из жизни российских мистиков (1970-х - 1990-х). Том 1. Начало

Месяца через три я еще раз заехал к нему на работу, чтобы показать черновик диплома, который мне предстояло защищать в начале лета. Бурковский бегло пролистал диплом, хитро прищурился и, протягивая мне папку, сказал: — «Ну что ж, хорошо. Вы, как и прежде, очень изящно противопоставляете себя другим»: Я тогда чуть не заболел. Весь вечер, допоздна, я бродил, как чумной по парку, а когда пришел домой — сочинил рассказ, в котором некто осознал, что он все время выпендривался, тем самым отделяя себя от других все больше и больше, оставшись в итоге одиноким и никому не нужным со всей своей уникальной индивидуальностью.

В: - А вы проводили с собой какие-нибудь эксперименты?
И.Н.: - Да, конечно. Но я в этом смысле был аккуратен, меня звали "мастером по технике безопасности". Я делал все последовательно и по правилам.
В: - Может быть вспомните какие-нибудь случаи?
И.Н.: - Ну, самое интересное было тогда, когда я захотел попробовать полное разотождествление. Я подготовил трех ребят своих: каждый из них должен был принять под свое руководство на время эксперимента, - один - мое тело, другой - психоэнергетику, третий - сознание. И это удалось - я разотождествился и они потом рассказывали, как мое тело выполняло мышечные движения, как команды того человека, которому оно было поручено, психоэнергетика и сознание - тоже. Я же пребывал в пустой, как пустота пустоте и темной, как темнота темноте. Это было очень любопытное переживание, но самое смешное оказалось потом, когда все закончилось; они очень удачно меня вывели, встретили, собрали грамотно. Сидим, пьем чай, как вдруг я обнаруживаю у себя в голове каких-то пионэров, - какие-то образы пионеров в красных галстуках. Я говорю: - "Что такое? У меня в голове какие-то пионеры. Откуда?". Тоща Ева спохватилась - "О, - это мои!" - она тогда в школе работала.