Записки охотника. Повести и рассказы

Короткий рассказ о силе природы и человека должен был прочитаться за час, но читался мной, как полновесное произведение. Рассказ монументальный, образный, лирический. Много рассуждений автора о жизни, конечно же, природа, ее сила и стихия, для которой человек ничего не значит. Главный герой Егор, русский мужик, немногословный, грубый, сильный духом, такая мощь и сосредоточие мужественности. Автор восхищается его характером, описывает поведение в лесу, умение находить хладнокровный выход из сложившихся обстоятельств.
Мне особенно понравилось начало и окончание. Их я перечитала множество раз, проникаясь глубоким смыслом. В остальном, не зацепило, читать было тяжело, постичь суть еще тяжелее.

Ах, Иван Сергеевич! Мастер! Что за прелесть рассказ! Сколько чувства! Как описаны эти люди, собравшиеся в жаркий июльский час в кабачке и решившие устроить певческий конкурс между двумя посетителями. Яшка-Турок и рядчик (подрядчик) соревнуются в пении. А приз (!) - осьмуха пива.
Яшка-Турок (прозванный по происхождению от пленной турчанки) – худой, стройный, трепетный, с большими беспокойными серыми глазами, с тонкими, подвижными ноздрями, красивые, выразительные губы – все в нем выдавало человек впечатлительного и страстного.
Соперник Яшки – рядчик из Жиздры, изворотливый и бойкий. Невысокого роста, лет тридцати, рябой и курчавый, с тупым вздернутым носом, живыми карими глазками и жидкой бородкой. Щегольские сапоги с оторочкой. Тонкий армяк из серого сукна с плисовым воротником, от которого резко отделялся край алой рубахи, плотно застегнутой вокруг горла.
Итак, бойкий и самоуверенный рядчик и трепетный изящный Яшка-турок.
Рядчик пел первым что-то залихватское. И все решили, что лучше спеть невозможно. Но затем запел Яшка-турок и «всем нам сладко становилось и жутко. Русская, правдивая, горячая душа звучала и дышала в нем и так и хватала вас за сердце, хватала прямо за его русские струны.
У меня, я чувствовал, закипали на сердце и поднимались к глазам слезы; глухие, сдержанные рыданья внезапно поразили меня… Я оглянулся – жена целовальника плакала, припав грудью к окну».
Не так давно я прочла «Косцов» Бунина. И представила себе дуэль этих двух рассказов. И там, и там поют, и звучит душа в песнях. Но как хватает за сердце описание пения Яшки-Турка!
И я отдала победу в этой певческой дуэли Тургеневу. Простите, Иван Алексеевич, но здесь Вы проиграли Ивану Сергеевичу.

Поиграем в бисер и сравним двух героев у Тургенева и... Джона Стейнбека. Забавно, что у них похожи не только их детища, но даже собственные имена: Джон и Иван.
Тургеневский Герасим и стейнбековский Ленни из повести "О мышах и людях" имеют много общего:
Они оба наделены недюжинной физической силой. Русский богатырь Герасим "работал за четверых"; американский увалень Ленни шутя (и нехотя) ломал людям шеи и кисти.

У обоих имеется "дефект": Герасим глухонемой, Ленни умственно отсталый.

Оба обожают животных, находят в них отраду. Правда, о любви к другим питомцам, кроме собак, у Тургенева не сказано; а вот Ленни восторгается всем, что можно погладить: собаками, кроликами, мышами...
Странным образом, их любовь к братьям нашим меньшим заканчивается смертью последних: или по необходимости, или по неосторожности. Так, неуклюжий американский детина (с говорящей фамилией Small - "маленький"), не соразмеряя сил, давит мышек, а потом и случайно душит щенка. В этом принципиальное различие: русская животина - жертва обстоятельств, жертвоприношение, сделанное "богине"-барыне; в американской версии фауна гибнет от неумелых человеческих рук.

Огромные ручищи Ленни также по нелепой случайности обрывают жизнь девушке, жене местного заводилы. Он просто хотел погладить ее шелковые волосы, та испугалась, тот тоже, зажал ей рот, чтоб не шумела и т.д. Но в основе этого: восторженное отношение к женщине. Идеализирование. В предыстории Ленни тоже хотел погладить красивое платье какой-то девчонки - и его обвинили в попытке изнасилования.
У Герасима немного иначе, но он тоже относится к Татьяне целомудренно, без задней мысли. А когда та прикидывается пьяной - отрекается от неё, ибо его идеал поруган, испорчен, уже не свят.

На лоне природы, на просторе обоим лучше, чем в замкнутости. Герасим возвращается в родную деревню, где в поле с радостью косит траву, а Ленни грезит о своём ранчо, вдали от людей.

Наконец, оба произведения заканчиваются убийством друга. Разница в том, что в русском рассказе объект нашего сравнения сам совершает этот акт, а в заграничной версии действо производится на́д ним. Если принять за основу трактовку, что Герасим и Ленни оба символизируют народ,

русский народ покоряется судьбе, полон христианского смирения, а американский - покорён сильными мира сего; обе ситуации трагичны, с какой стороны не посмотри. Обе они - пример эвтаназии: "твой друг мил и прелестен, но он мешает, значит нужно избавиться от него". При этом, опять же совпадение, Герасим и Джордж на всё решаются сами: их только подталкивают обстоятельства, но ни барыня, ни фермеры не приказывают и не требуют от них столь решительных действий.

Очевидно, писатели, каждый в свою эпоху, набрели на некий архетипический сюжет, который и положили в основу столь запоминающихся произведений. Или же Стейнбек просто читал Тургенева!
Глобальные выводы о деспотизме крепостничества или национальных типах вы прочтёте в другом месте. Здесь я всего лишь позволил себе минутку сравнительного анализа, который не повлёк за собой обобщений, но мог помочь вам с другого ракурса взглянуть на "Муму" и "Of mice and men". Спасибо за внимание!

"Живые мощи" не вошли в первый сборник "Записок охотника". Хотя при первой публикации в сборнике "Складчина", рассказ имел подзаголовок "Отрывок из "Записок охотника".

Действие происходит в Алексеевке, одном из имений матери Тургенева. И это не единственная отсылка к автобиографичности. Есть мнение, что у главной героини - Лукерьи - есть свой реальный прототип. Даже два. Это крепостные девушки, с которыми Тургенев был близок в разные свои годы.

Название указывает, о чем будет рассказ. Во всяком случае, догадаться не так уж сложно.
Барина застает на охоте дождь и он оказывается в доме женщины Лукерьи. Которая уже 6 лет борется с какой-то страшной болезнью. Болезнь буквально "съела" девушку. Из полной жизни хохотушки Лукерья превратилась практически в живые мощи. Но она не ропщет на свою судьбу. А достойно сносит всё, что выпало на ее долю.

На примере этой смертельно больной девушки Иван Сергеевич показывает долготерпение русского народа. Отношение Лукерьи к миру и тем, кто ее окружает, удивительное. Она боится кому-то помешать, обременить своим существованием. Она даже Богу молится не слишком много, чтобы не надоесть, а это практически всё, что она может в данный момент.

"Увядающая" Лукерья описана Тургеневым очень поэтично. И то, что обычно вызывает страх и ужас - смертельная болезнь - здесь такого эффекта не производит. Хоть деревенские и прозвали ее "живыми мощами", но Тургенев описал Лукерью подобно древней статуе.

Повесть представляет собой предсмертные воспоминания г-на Чулкатурина, еще довольно молодого тридцатилетнего человека. На последнем жизненном этапе рядом с умирающим никого нет, ни родителей, ни жены, ни детей, ни друзей, только старушка Терентьевна, служившая в доме и пес Трезор. Рассказ-исповедь по сути состоит из одного единственного случая, который перевернул жизнь героя и кардинально повлиял на нее.

Волею обстоятельств Чулкатурин попадает в уездный город О, где и знакомится с Елизаветой Кирилловной, дочерью одного из чиновников. Любовь с первого взгляда. Частые встречи, прогулки и уже забрезжила надежда на взаимность, но приезд столичного офицера князя Н рушит все планы. Сердце миловидной, провинциальной барышни дрогнуло. Да и что такое наш рассказчик, робкий, неприметный студент рядом с бравым петербургским офицером, князем Н*. Легко можно догадаться, что по классике жанра красавец офицер, щеголь и франт увлекся Лизой исключительно, как очередной интрижкой. Что ему провинциальная девица, если он привык кружить головы столичным барышням. Лизонька же полюбила его всем существом своей души. Князь умен, не дурен собой, любезен в общении, прекрасно танцует и великолепный рассказчик. Как тут не поддаться соблазну неискушенной особе?

Скорбное начало повести, душевные терзания, трагическая развязка, но рассказчику не откажешь в самоиронии, которая звучит в дневниковых записях. Маленький, незаметный человек с ущемленным самолюбием. Легче самому посмеяться над собой, гораздо больнее, если это сделает другой, в конкретном случае любимая девушка или же соперник. Хотелось назвать Чулкатурина "слабым", но не получается, в дуэльном поединке он вел себя довольно бесстрашно. Мнительный и подозрительный, робкий и застенчивый, рефлексирующий персонаж , философ, а не деятель, сам себя герой причисляет к разряду лишнего человека. Человека, которого могло бы и не быть и никто этого не заметил, как никто и не заметит его уход.

После написания этой повести в русскую литературу вошло новое понятие "лишний человек".

Мне как раз очень понятно, почему англичане и вообще европейцы конца 19 - начала 20 веков больше всего полюбили не Толстого с Достоевским, хотя и их тоже конечно, а именно Тургенева.

Голос рассказчика, неотделимый от образа самого Тургенева, важная часть и возможно самое ценное в его рассказах. Объять необъятное, рассказать жизнь с тактичной лиричностью и лирической проницательностью, неспешно, ненавязчиво, ненадрывно, но от этого не менее глубоко и верно.

Для такого внешне простого повествования нужен огромный талант. Нужен гений для того, чтобы так просто и как будто нежно, открыть те грани бытия, которые всегда там были, но были незаметны, а Тургенев для нас заново открывает мир, заново открывает человека в мире.

Детство.Летние каникулы в деревне.
Провести весь день на природе,надышаться свежим воздухом и погрузиться в сельские заботы.После захода солнца придти домой не чувствуя ног,обнаружить у себя зверский аппетит и слопать в один присест все бабушкины домашние пирожки ей на радость.Наблюдать за торжественным моментом закипания самовара и пить чай с молоком из блюдечка.Немного поворчав,все-таки надеть колючие шерстяные носки и отправиться спать на печку,которая летом является лишь колоритным персонажем всего дома и служит перегородкой между комнатами.Долго вслушиваться в ночную тишину,а потом наконец достать фонарик и открыть книгу для чтения перед сном...
Вот она,идеальная атмосфера для прочтения этого рассказа!

PS
И все-таки под этой невинной иллюстрацией, моментами в рассказе выползает настоящий аутентичный ужас.
Черт,антихрист и всякая славянская нечисть.Вот такая вот она,эта детская литература :-)

странное дело... книга - классика русской литературы нашлась аж на четвертой (из пяти) странице поиска. ничего не имею против муми-тролей, но Муму мне как-то более понятней... может, потому, что впервые эту историю я прочувствовала в далеком детстве (опять же к вопросу о школьной программе: какие дебилы считают, что такое произведение надо читать так рано?!).
помню, как я первый раз прочитала взахлеб - ведь о животных же!.. а потом брала книжечку в руки и открывала с таким страхом!.. мне так хотелось, чтобы вот на этот раз Герасим не утопил собачку, чтобы собачка выплыла, чтобы Герасим лучше утопил барыню...
но моему желанию не суждено было исполниться...

Не было. Герасим - раб барыни. Муму была единственным живым существом, которое этот добродушный глухонемой мужчина любил. Животное ведь не обманешь.
Вы ведь тоже барином были, не запамятовала я вашего отчества, по батюшке как вас...Иван Сергеевич...али как...простите меня, старуху беспамятную.
Любили вы певицу, Полину Виардо...ей вы этот рассказ читали? Я вот перечитывать не буду, простите, батюшка, а то агрессивной становлюсь, я бы такую барыню собственными руками утопила. Классно звучит! Я, воспитанная бабушкой и мамой, даже жучка не убила. Не утопила бы, в запале сказала, не способна я, на словах только смелая! Плакала бы громко и навзрыд...отнять у больного единственную радость, тепло. Я ведь тоже крепостная, как и вы...и в послушании воспитана...
Как вы пишете, какие у вас стихи в прозе, слово ваше тонкое и светлое, умеете вы в человеческую и животную душу заглянуть.
Посмотрела я миниатюру " Герасим", которую Стоянов поставил и порадовалась! Вот так тебе, барыня! Получай! Попробуй с такой Му-Му договориться, сама станешь мумкать!

Что-то с похожим сюжетом читал. Но что?

Постойте-постойте...

Ах да! Конечно! "Обыкновенная история". Наивный юноша Саша Адуев влюбился в эту... как ее?... А потом появился третий-лишний, и все испортил.

Ну-ну, и тут то же самое! Вместо того, чтобы взбодриться, встряхнуться, достойно принять соперничество и повоевать за свою даму, герой сник, стал делать глупости, дурить... и вот, пожалуйста, по собственной воле стал лишним человеком. И без того был никому не нужным этот господин Штукатурин... (простите, что? Чулкатурин? pardon), а тут и вовсе себя на посмешище выставил. Э-э-эх... На дуэль соперника вызвал! Святая наивность! Всё, всё как у Саши Адуева с графом и этой... как её? Юленькой, что-ли?

Хотя, сколько глупостей не наделаешь в таком положении! Вот, как помню, на заре юности пытался я обратить на себя внимание девушек. Столько глупостей наделал! Что-ж, мне тоже себя "лишним" считать? Вы мне возразите - мол, не перевирай значение слова, автор не то имел в виду! Да знаю я все это, знаю. Просто жалко мне этого... Чулкатурина. Как тут "уделать" такого искушенного соперника, когда и сам за даму не боролся никогда, и женщин толком не знает? Ведь эта глупая дуэль все же имеет некоторое оправдание. Ну вот как бы вам это объяснить? В наши времена когда за девушку борются, что часто делают с соперником? Правильно, бьют морду. И нередко тот, кто в результате "поединка" остался стоять на ногах и сохранил во рту больше зубов, тот и уходит с этой дамой в обнимку. А в те времена народ более возвышенный был, морд, я извиняюсь, не бил-с. Это и оказалось не на руку Штукату... простите, Чулкатурину. В кулачном бою еще неизвестно, кто бы кого замесил. А в дуэли граф победил гораздо эффектнее, чем если бы прихлопнул врага. Проявить благородство и великодушие - это верный шанс влюбить в себя женщину! Да, это вам не мордобой, там великодушие проявлять некогда, там только успевай уворачиваться. Или поддавать.

Знал бы Тургенев, что это его словосочетание станет термином, обозначающим целый общественный пласт. "Лишний человек"... да, звучит! Что-ж, как не приходится все-таки признать, что судьба первого "официально" названного так человека была к нему милостива. Он умер очень своевременно.