Творчество. Человек-зверь. Статьи

Начну в этот раз, пожалуй, я без долгих подводок и вступлений: прочитанная на днях книга от французского классика, давно знакомого и столь же нежно любимого (в сердце до сих пор его "Дамское счастье" и "Западня" - рекомендую, кстати, если еще не читали), оглушила, подобно летящему на всех порах поезду, не давала опомниться, перевести дух и хоть как-то собраться с мыслями (я и сейчас, чувствую, до конца с ними не разобралась: дочитала роман еще вчера и все еще в состоянии шока). В романе меня встретил непривычный, неожиданный, неожиданно страшный и мрачный в своих прогнозах и оценках настоящего Эмиль Золя. Шокирующий, потрясающий, заставляющий о многом задуматься (даже помимо собственной воли). Золя для меня всегда драма, накал психологических конфликтов, переживаний, желание героев лучшей жизни для себя и выбиться в свет любой ценой, нездоровая, часто одержимая любовь. Но криминал! Триллер! Расследование кровавых разборок! Вот уж никак не ожидала увидеть все перечисленное - умеют все классики удивлять! Я вновь ошиблась дверью (ну как с Музилем), полагала я, когда открывала роман и погружалась в чтение этой непростой леденящей истории: мне слишком явно чудились здесь Достоевский с его "Преступлением и наказанием" и Толстой с его знаменитой "Карениной" (надо бы, по-хорошему, перечитать наконец-то эти знаковые для русской литературы вещи. Зимой, мне кажется, должно хорошо попасть в атмосферу и настроение). У Льва Николаевича, правда, поезд все же больше метафора и символ. У Золя он еще один участник этой запутанной драмы под названием "Жизнь".

Я упорно искала в этой книге что-то светлое: должен же быть свет в конце тоннеля, не правда ли? Нет, не счастливого ванильного хэппи-энда, где все довольны, как семья из рекламы майонеза. Нет, я искала для себя примеров стойкости, воодушевляющие примеры людей, которых среда, окружающие, обстоятельства и прочее не сделали монстрами. Постепенно, по мере чтения, выяснялось жутко: в мире Золя это просто-напросто невозможно - остаться человеком. Нормальных и, в принципе, даже хороших персонажей беспощадная среда делает зверьми, поступающих исключительно по собственному благоволению и не задумывающихся нисколько о чувствах остальных. Рубо, Северина, Жак, Флора... Да ведь не были они изначально негодяями, мерзавцами, больными выродками! Не были! В отличие, к примеру, от того же Гранморена...

Даже хороших людей среда ломает, отупляет, выкидывает на свалку истории, вытягивает все жилы и все хорошее, что еще когда-то зиждилось в них, манит к порочному, обещая каждому свое. Кому-то - забвение от боли, кому-то - возможность отомстить за совершенное в отношении них когда-то зло, кому-то - богатство, кому-то - счастье и любовь... Вот только, разумеется, не дает даже крохи из обещанного: свершившаяся кровавая месть не приносит удовлетворения, равно как и богатство, полученное неправедным путем, боль тоже лишь разгорается с новой силой. Мертв он, твой обидчик, мертв, но что толку вынашивать планы мести и осуществлять их, если мыслями ты в прошлом и оно для тебя реальнее настоящего?

На страницах романа Золя чувств героев и читателей не берегут. Не нарисует вам автор радужную картинку, не выдаст розовых очков, не подарит надежды. Здесь убивают (жестоко и с умыслом, неслучайно), насилуют (даже несовершеннолетних), грабят, сажают нож в тело и в душу, лишают слабого огонечка надежды на правосудие. Последнее никогда не свершается в пространстве романа человеческой рукой. Оно свершается свыше, божественным провидением и будто бы карой (мне так кажется) за все грехи. Вероятно, на небе виднее. И решения там принимают скорее...

С невероятной скоростью проносился мимо меня этот состав, унося чьи-то надежды и мечты, а возможно, лишь приближая чью-то смерть... Книга же намертво отпечатывалась в душе, тихо нашептывая "что посеешь, то и пожнешь".

Безусловная пятерка, попадание в личный топ ноября и рекомендация от всего сердца тем, кто не боится тяжелых книг.

Роман "Человек-зверь", семнадцатый по счёту, считается одним из самых удавшихся в цикле о Ругон-Маккарах. В нём Золя посвятил своё творческое исследование влиянию наследования черт предков на жизнь человека, желая тем самым доказать, что наследственность и происхождение человека играют решительную роль в становлении его личности, тогда как влияние окружающей среды и конкретных обстоятельств являются лишь вспомогательными факторами.

Особенно хорошо мы видим применение данной концепции в создании образа Жака Лантье. Жак – машинист локомотива. Он молод, честолюбив, обожает свой паровоз, который ласково называет "Лизон". Он на хорошем счету у начальства и легко ладит с людьми. И здесь Золя показал, что никакие приобретённые черты, навыки и знания не могут повлиять на врождённые человеческие инстинкты. И предрасположенность Жака к убийствам – красочное тому подтверждение. Вообще Золя изначально планировал отдать роль маньяка-убийцы другому персонажу. Жака Лантье даже не существовало в начальном списке героев, составленным писателем до начала работы. Однако введя нового персонажа, сына алкоголиков Жервазы и Огюста Лантье, Золя тем самым дал семейному древу Ругон-Маккаров дополнительный, хотя и негативный, потенциал.

Лантье далеко не единственный "зверь" в этом романе. Но если он, в силу генетических факторов, усиленных природными инстинктами, чисто физически не может не убивать, то остальные персонажи обнаруживают свои преступные наклонности, имея вполне конкретные мотивации, обусловленными обстоятельствами. Да, Жак – убийца, но он не действует хладнокровно, разработав заранее безупречный план. Он действует под влиянием минутного помешательства, осознавая всю "животную" сторону своего психического отклонения.

Если же мы будем рассматривать действия Северины, Рубо, Флоры, Пекэ и остальных – ими движут вполне приземлённые желания. Так, к примеру, Рубо убивает Гранморена из ревности и мести, узнав, что тот лишил невинности его жену, когда той было всего пятнадцать (из той же мести, на этот раз жене, он заставляет и её участвовать в преступлении); Пекэ задумывает покушение на Жака, считая, что тот имеет виды на его Филомену; Северина планирует хладнокровное убийство Рубо, потому что тот мешает её счастью с Жаком; а Флорой, ставшей виновницей масштабной катастрофы, двигало желание разъединить счастливых любовников.

У Золя не спасается никто. Ни в прямом, ни в переносном смысле. Он не оставляет пороку шансов на выживание, истребляя его его же методами. Писатель хочет показать, что разрыв между человеческой природой и его рациональной сущностью приводит к внутреннему конфликту, неизбежно ведущему к деградации и потери человеческого облика. Также в романе хорошо показано противопоставление технологического мыслительного прогресса премордиальным инстинктам.

В этом произведении важно не только искусное умение писателя проработать образ героев, но и вдумчивый подход к созданию антуража. Создавая роман, Золя много времени провёл, наблюдая за поездами и за спецификой работы железнодорожников. Он посещал парижские вокзалы, рисовал и описывал структуры мостов. Он также изучал подлинные уголовные дела, чтобы лучше понять работу судебной системы того времени. Так что можно смело утверждать, что "Человек-зверь" – прекрасный роман, который великолепно характеризует все самые сильные авторские качества.

Классические произведения для многих читателей являются достаточно спорным предметом обожания в области литературы. Сегодня в них сложно увидеть проблески новых сюжетов, использование не весьма надоевших приёмов и человеку, вгрызающемуся в сущность романа, остаётся лишь всматриваться в дотошность прорисовки образов персонажей, осознавая весомый вклад в современные тексты, словно опору фундамента определённого совершенства. Однако существует другая категория людей, которых завораживает прекрасно написанный слог, формулировки метафор, красота изысканных образов и многие другие вещи, которые невозможно встретить у многих современных авторов, вынужденных искать другие пути для того, чтобы удивить и заставить любить свои попытки называться любимым писателем. Дойдя до уровня понимания постмодернистов я всё же остаюсь ярым приверженцем классических произведений, которые способны обволакивать сутью и не перестают удивлять, несмотря на некоторые схожести однотипных сюжетов. Следует отметить, что данный пример выпадает из этого списка, открывая что-то новое, несмотря на романтизм убийства и поведение героев, созданных автором, которого я читал впервые и не мог остановиться, не прочитав все буквы за день, без перерыва на обед и отвлечения на прочие вещи.

На момент написания рецензии я прочитал уже несколько книг Эмиля Золя и могу сказать, что это произведение лично для меня было идеальным стартом для погружения в цикл и знакомства с писателем, по причине небольшого объема, интереса к тематике и другим рецензиям, где расхваливали тонкую психологию и прелести образов персонажей. Книги из цикла можно читать в любой очередности, несмотря на некоторые нити, объединяющие людей и время событий. В этом произведении главный герой романа Жак Лантье является незапланированным, побочным отпрыском семейного древа «Ругон-Маккаров». Формально он объявлен сыном Жервезы Купо из«Западни». Однако в самой «Западне» у Жервезы имеется только два сына Клод («Творчество») и Этьен («Жерминаль»), плюс дочь Нана («Нана»). Жак у Золя возник внезапно и самым нахальным образом втиснулся к Маккарам, но это всё никак не влияет на понимание данного произведения и других авторских книг.

Ругон-Маккары, книга №17

Следует заметить, что роман является одним из наиболее популярных в серии — к 1972 году он занимал четвёртое место по числу проданных экземпляров среди других произведений цикла о Ругон-Маккарах

Экранизации

"Человек-зверь / La bête humaine" - Франция 1938г.
Человеческое желание / Human Desire - США 1954

Сюжет

Жену начальника почтовой станции Северину Рубо терзают воспоминания о хитроумном преступлении, в котором она поневоле стала соучастницей своего нелюбимого мужа. Полиция так и не нашла виновных, но отныне семейная жизнь становится для молодой женщины совершенно невыносима.

Именно тогда ее внимание привлекает машинист локомотива Жак Лантье. Он хорош собой, не лишен обаяния, выгодно отличается от товарищей по высокооплачиваемой профессии чистым и аскетическим, почти монашеским образом жизни. Он кажется прямой противоположностью мелочному, жестокому и подлому Рубо.

Однако, пытаясь соблазнить Жака, Северина и не подозревает, что играет со смертью. Ведь Лантье – маньяк, из последних сил пытающийся сдержать всепоглощающую жажду убивать красивых женщин... Вопрос лишь в том, сможет ли он остановить своё желание убивать и на какой жертве придёт чувство насыщения данным промыслом.

В романе прослеживается три основных темы:

- Убийство и предрасположенность к нему, включая систему наказания в виде совести и уголовного преступления.

- Политическое настоящее и будущее страны.

- Железнодорожное дело.

Побочными вещами, мелькающими словно деревья за окном несущегося локомотива, могут служить вопросы верности, любви, дружбы и психологии человека.

Данное произведение завораживает слогом, характерами, описанием совершения убийств и муками совести. Автор плетёт крепкую паутину из которой читателю не выбраться, словно маленькому насекомому, оказавшейся в ловушке прелести описаний и всевозможных граней сюжета. Здесь есть что цитировать и чем восторгаться. Этические вопросы понятия нормы, тяга и предрасположенность к убийству, тема франко-прусской войны. Под занавес книги Жак Лантье занимается перевозкой в сторону прусской границы новобранцев и войсковых частей. Здесь символист Золя находит удачный образ Империи, мчащейся к краху. Поезд остается без машиниста, топка раскалена до предела. Неуправляемая машина (Империя) мчится сквозь пространство (время) к неизбежной катастрофе (поражению в войне). При этом ничего не ведающие солдаты (народ) в пьяном угаре орут патриотические песни. Вся Империя вот так, ни о чем не подозревая, скоро размажется в лепешку.

Роман оставляет приятные впечатления и скорее всего, не отвернёт от автора, заставляя сильнее углубляться в различные произведения из цикла, испытывая наслаждение слогом и сутью, в отличии от множества попыток сделать что-либо подобное, современными писателями, создающими прозу. Здесь есть все основные прелести классической литературы и особенные черты, которые делают чтение неповторимым и с трудом создающим повод сравнений с чем-то другим. Эта книга подойдёт любителям докапываться до сути человеческой природы, психологии и взаимодействий между людьми, оставляя приятное послевкусие после прочтения. Рекомендую, как и автора так и само произведение, для тех, кто почему-то до сих пор всё обходил стороной.

"Читайте хорошие книги!" (с)

На платформе ночь уже раскидала свои юбки. Вбегаешь в вагон. Нащупываешь сталь в кармане, и отворяешь дверь в купе. Воткнуть нож в сновидения человека… Каких мотивов это стоит? К черту болтовню. Отыскать родинку на шее и всадить лезвие. Смотреть в глаза женщины, проворачивая нож. Мгновение, и ты ощущаешь теплоту. Она утекает сквозь пальцы, увлажняя ночной шарфик. Судорога сотрясает тело. Боль пронизывает лицо, выбивая из него хрип и слезы. В последний раз она тянет руку вверх, а ты вдавливаешь нож глубже.

Роман настолько хорош, что не хотелось его дочитывать. Я перекручивал эпизоды, сохранял страницы и делал кучу заметок о женщине, убийстве и развитии персонажей. Здесь по-настоящему ощущается, что бытие и есть изменение. Мне жаль только одного. Надо было читать книгу в поезде. Ведь ключевое в романе - стук колес и запах железной дороги…

Открываем первую страницу, читаем про мужчину и тут же видим детали. До чего просто рисуется тупик идей и скука:

Далее, одним штрихом идет переплетение персонажа с числом и безвыходностью:

Важный нюанс первого листа – тройка, которую, после невероятных раздумий, я все-таки связываю с его супругой:

Ну и предвестие:

Представьте, что дверь раскрывается и в комнату входит Северина. Разбавляя собой духоту и ревностные шаги супруга. Она молода и на 15 лет младше мужа. Знаете, говорят, в таких женщинах есть природный шарм, который позволяет им быть малость ленивыми. Первая фраза жены – "Вот и я" (что забавно звучит, после вопроса соседа в разговоре с мужем). На пальце девушки – перстень в виде змейки с рубиновой головкой. Собственно, как часто это бывает, из-за кольца и просыпается зло. Семейная идиллия, которая длилась без малого три года, переходит на новую ступень. Напряжение нарастает. И Рубо, случайно уличив жену во лжи, поскольку та совсем уж не умела врать (хотя, сэр, вы наверняка оцените старания), начинает её избивать. Нарисован эпизод ярко, в духе триллера. Уровень вовлеченности зашкаливает. В очередной раз задумываешься, что любовь и ненависть – две дырки на одном рукаве.

Но главный персонаж романа совсем другой молодой человек. Досье таких скрытных парней всегда отличается двумя вещами. Во-первых, оно скучное. Во-вторых, папка слишком тонкая, чтобы я мог официально назвать это досье. Машинист Жак Лантье и его локомотив - Лизон. Имя у поезда? Да, весьма прозаично, а местами и вовсе элегантно. Эмиль наделяет груду железа повадками человека. Персонификация в романе особо красива. У Лизон жалобный вопль, с которым она мчится по снежному ковру, напрягая бедра. И как любимая женщина, разумеется, всегда оставляет следы – шрамы во времени.

Если Лизон сравнима с верной француженкой, то Жака можно ассоциировать с Халком. Прелести попсовой культуры - сделай отсылку на глянец и сразу понятно, кто есть злодей. Формально “Халк” — это Жак, что становится ясно на его странице. Но здесь такая тонкая авторская игра, которая чем-то напоминает набоковские временные ярлыки из книги "Король, дама, валет" . Амплуа “Халка” летает от одного персонажа к другому, раскрывая характеры героев ярче. Оно дополняет образы, становится их неотъемлемой частью и функцией. И как ироничный итог, читатель следит за сюжетом, где человечнее всех оказывается поезд. Да, наверное, Лизон здесь по-настоящему жаль.

А что есть роль “Зверя”? Жак испытывает тягу убивать… женщин. Каждый раз, при уединении с девушкой, он хочет её придушить. Без каких-либо социальных и профессиональных мотивов. Прижать её к стенке и сдавить шею, наблюдать, как набухают вены на бледной коже, как губы хватаются за воздух. А цель одна - забрать чужую жизнь, чтобы насытить свою. Именно этот инстинкт и делает досье Жака таким тонким. Он затворник, который минимизировал болтовню с француженками. Аскетик, наделивший груду металла женскими повадками. Печально и романтично.

Но в книге не все люди с психическим расстройством. Дьявола в себе находят и остальные персонажи. Разница лишь в том, что в глазах Жака “зверь” иррационален и бесконтролен. А в образе Флоры, Северины, Рубо и другой толпы - он сознательно царапает когтями изнутри. Это амплуа можно обозвать… послевкусием от людских пороков. Ревность, тщеславие, похоть… Потому в названии романа нет точки или запятой, а лишь простое тире. Идея сама по себе шикарна. Словно человек сходится в борьбе против зверя, а железнодорожные пути символ нескончаемости и тленности под снежным покрывалом. Так Смит встречал Нео с фразой - ведь нам уже известно, кто сегодня выйдет победителем.

Что по итогу.
История цепляет манерой писателя. Изучать его было чертовски приятно. Описание людей за окном поезда, стук колес Лизель, вынужденная остановка в снегах и любовное переплетение Жака и Северины - заставляли перечитывать страницы и делиться ими с девушкой. В 1888-ом году Эмиль создал сюжет, который в удовольствие читать в 2020-ом. Это ли не круто? Отдельного упоминания достойно расследование убийства, где “Человек-зверь” выступает свидетелем. Сам же роман вбирает в себя ноты трагедии, триллера и детектива. При этом в нем нет статистов и пустых макушек.

В беседе о книге Эмиля задумываешься над мыслью, что человека постоянно тянет возводить свои миры на чужих трагедиях. Это путь в тупик, напоминающий великолепную цитату Сэлинджера - Жизнь еще продолжалась, но судьба уже кончилась.

Продолжаю знакомство с творчеством Эмиля Золя. Два года назад я читала его роман "Терез Ракен", который поразил меня своей мрачностью и безысходностью, а сейчас "Человек-зверь" оставил похожие впечатления. В этом произведении просто нет эмоционально здоровых, стабильных людей. У каждого свои собственные демоны и пороки, каждый рано или поздно погружается на дно и деградирует. Причём по мере развития сюжета всеобщая деградация распространяется всё в большем масштабе, кажется, что уже никто не обладает здравым смыслом и не придерживается каких-либо норм морали.

Для меня этот роман является историей о том, как один плохой поступок порождает другой. Так, Северина, главная героиня, в совсем юном возрасте оказалась жертвой низменных, извращённых желаний Гранморена, которого ни остановил ни возраст девушки, ни тот факт, что она находится под его опекой. Он воспользовался той, к которой ему следовало относиться как к дочери. Этот мерзкий поступок становится спусковым крючком и порождает цепь смертей на многие годы вперёд.

К сожалению, я не читала предыдущие произведения цикла "Ругон-Маккары" и, думаю, это моя ошибка. Всё же следовало сначала прочитать цикл с первой книги. Мне бы хотелось знать больше о предках Жака Лантье, о том, что из себя представляли его родственники, чтобы лучше понять, почему он стал таким человеком. Он одержим идеей убийства, но что создаёт таких людей? Просто ли это отклонения в психике, или подобные наклонности также связаны с тем, из какой среды происходят эти люди? Всё это побуждает меня вернуться к циклу, не откладывая его на слишком долгое время.

Думаю, роман "Тереза Ракен" всё же больше шокировал меня, возможно, потому что это было моё первое прочитанное произведение автора, но в любом случае "Человек-зверь" надолго запомнится мне. Он напоминает, что грех порождает грех, насилие приводит к ещё большему насилию, и ни один поступок не остаётся безнаказанным.

Эмиль Золя без сомнения занимает особенную нишу в классической литературе. Все его романы такие мрачные и рассказывают нам о совсем низменных человеческих порывах и страстях. Ни одного светлого образа, ни одной чистой души. Грязь, порок, смрад, тупость, жадность и бездушие. Это насколько разочарованным в жизни и в людях надо быть, чтоб писать такие книги. Как он сам-то с этим жил? Никакой даже призрачной надежды. Все герои отрицательные. Как пауки в банке жрут друг друга. Настоящий тлен и безысходность. Но мне почему-то всегда интересно и увлекательно читать. Вероятно, во мне умер психолог.

Если ближе к сюжету, то даже и пожалеть в нём не кого. Разве только дом, который так неудачно был отрезан от мира построенной через его сад железной дорогой. Это обстоятельство решило его судьбу и ничего лучшего, чем стать ареной ужасных событий, ему уже не светило. Вот только его мне и жаль. Люди же все до единого звери. Не только Жак, но и Северина с её невинным личиком, и её абьюзер-супруг, и добрая великанша Флора, без раздумий готовая погубить невинных людей, и все второстепенные персонажи, беспорядочно сношающиейся друг с другом... И эти люди созданы по образу и подобию Бога? Как после таких книг можно любить человечество и верить в него?

Мы, как тот никем не управляемый поезд, несёмся к глобальной погибели. Насколько на этот процесс способно повлиять относительно недавно принятое мировым сообществом решение, что убивать себе подобных нельзя? Так и то... нельзя, но если на войне, то можно, и смертную казнь не так давно отменили, и дуэли тоже не за горами остались... Нам воспитанием вдалбливается в головы с рождения мораль социума, что убийство себе подобных - это запрет, табу, грех, ужасно, ужасно. Животных тоже нельзя, но если ради еды, то можно. Насекомых только пока считается нормальным убивать. И даже похвальным. А уж жизнь растения или дерева мы вообще ни во что не ценим. Какие размытые, неоднозначные и непостоянные грани. А где-то в генах течёт кровь далеких предков, для которых убийство было чуть ли не нормой жизни. Говорят, что существует моральный барьер, который трудно переступить, чтобы убить себе подобного. Только тот, кому это доводилось делать, может утверждать наверняка, насколько этот барьер внушительный. Большинству же из нас так и суждено прожить жизнь, не разбудив своего внутреннего зверя. Вы задумывались когда-нибудь, смогли бы вы убить?... А ведь вы уже начали этот путь, убив муху, сорвав цветок (зловеще ухмыляюсь).

Книга из серии "Ругон-Макары", каждая часть которой уже давным-давно записана в классику-классику, независимо от того, очень ли она удачная или так себе. "Человек-зверь" - часть удачная. По большому счёту это начало всего современного течения в литературе, тщательно (и даже с некоторым наслаждением, которого у Золя нет совершенно) изображающего абьюзеров и психически нездоровых людей, двинутых на идее убийства. Представьте себе, какой шок это был для тогдашней публики, с неуверенными улыбочками записавшей Золя то ли в натуралисты за гиперреалистичное и подробное описание всего на свете, то ли в порнографы, потому что ... ну сами понимаете почему, хотя постельные сцены, присутствующие в его текстах - чистая невинность по сравнению с более поздней литературой, особенно так называемыми дамскими романами.

О чём книга? О любви, конечно. О любви, извращённой ревностью, душевными болезнями и просто человеческими пороками. Главных героев трое - классический любовный треугольник: семейная пара Рубо, где муж, поддавшись приступу ревности, избивает жену и убивает её "покровителя", развратного окружного судью Гранморена, хотя его Северина, девочка-сирота, отданная судье под опеку, собственно, ни в чём не виновата.

Саму сцену убийства, произошедшего в поезде, мельком видит машинист Жак Лантье, навещавший тётушку, живущую возле железнодорожного переезда. Конечно, он ни в чём точно не уверен, но вроде бы знает убийцу в лицо. А беда в том, что Жак, как он сам считает, нездоров - "Собственные руки внушали ему ужас, он глубже засовывал их под себя, они шевелились, двигались, не подчиняясь больше его воле. Быть может, они уже больше ему не принадлежат. Быть может, это чужие руки, руки, которые он унаследовал от какого-нибудь предка, жившего в доисторические времена, когда человек собственными руками душил в лесах хищных зверей!" То, что кто-то решился и убил, а он жаждет убить и не решается, причиняет ему миллион страданий. Многократно он оказывался на грани убийства, в том числе и девушкой Флорой, влюблённой в него с детства.

Северина, столкнувшись несколько раз с Лантье во время допросов (они с мужем таки попали под подозрение, потому что получили небольшое наследство от судьи) сначала думает чисто по-женски повлиять на Жака, чтобы он "не узнал" убийцу, а потом действительно в него влюбляется. Все перипетии "жизни втроём" объяснять не буду, это долго)). А вот про ход следствия не рассказать не могу. Книга Золя вышла в 1888 году, а перевод на французский "Преступления и наказания" - где-то в начале 1880-ых. Не хочу сказать, что следователя Денизе Золя позаимствовал у Достоевского, но схожесть бесспорна. Методы ведения следствия, мотивы, способы допроса - всё похоже. Вероятнее всего, просто так было принять писать в те времена о расследовании преступлений)).

Но, если мы говорим о преступлении (на почве любви, напомню), то на первый план выходит абсолютно второстепенный персонаж, как бы не имеющий особой важности три четверти книги. Та самая девушка Флора, стрелочница, могучая не только телом, но и духом. Решиться устроить железнодорожную катастрофу - надо быть очень крепким в своих желаниях.

Кстати, картина крушения написана у Золя так, что мурашки бегут. Не считая уже раненых и погибших, неимоверно жалко паровоз, которого Лантье долгое время воспринимал как женщину и даже имя ей дал - Лизон.

О французских железных дорогах, устройстве паровозов и работе машиниста из этой книги можно узнать очень многое. Если кто-то читал "Дамское счастье" - так вот, тут та же подробность и тщательность в описании поданных свистков и маховичков, регулирующих скорость, как там - в рассказах о материале, из которого изготовлены перчатки)). Но никакой прогресс, никакие дороги не могут изменить натуры человеческой... Человеческой ли?..

Не была ранее знакома с творчеством Эмиля Золя...

Книгу посоветовали в мобе. Хотя в рекомендации и было указано, что это психологический триллер, сомневалась. Думала, что это как считать "Преступление и наказание" детективом. Но сомнения оказались напрасными. Роман действительно держит в напряжении, погружая читателя в темные, потаенные, низменные уголки человеческого сознания. Правда Золя склонен считать, что убийцами рождаются, придерживаясь теорий того времени, но ведь и современные исследования не отрицают генетическую предрасположенность к психопатии.

У одного из главных героев Жака, патологическая тяга к убийству, которую он всячески пытается сдерживать. Волей случая он видит, как в окне пронесшегося  мимо поезда муж с женой убивают человека, который растлил жену, когда ты была ещё юной девушкой. Волей другого случая, Северина, так зовут жену, соблазняет Жака и становится его любовницей, а далее... Впрочем не буду пересказывать сюжет.

Хочу только отметить, что количество моральных уродов в книге зашкаливает. Убийства они считают вещью обыденной, как само собой разумеющейся. Больше всех, как ни странно, сомневается Жак...

Язык произведения хорош, правда временами, на мой читательский вкус, многовато описаний, но этим "грешат" многие романы того времени. Не думаю, что это недостаток.

Особенностью произведения является то, что Золя показал работу железной дороги во Франции. Поезда органично переплетаются с сюжетной линией, придавая произведению своеобразную изюминку.

— Нечего и говорить, железные дороги — чудесная штука. Ездить можно быстро, да и народ становится от них как будто умнее... Звери, однако, остаются зверьми, и какую бы хитрую механику ни выдумали люди, все-таки звери от нее не выведутся.

Открывать для себя что-то или кого-то нового безусловно приятно, но всё же в этом всегда есть доля риска: зайдёт или не зайдёт. То ли дело проверенные любимые авторы, чьи книги ты открываешь без всяческих сомнений, убеждённый, что получишь сейчас полноценное читательское удовольствие (понятное дело, что бывают исключения, но на то они и именно что исключения). Еще для меня отдельный плюс, что у таких своих авторов я могу смело не читать ни отзывов, ни аннотаций, открывая каждую новую историю с чистым сознанием. Да, название "Творчество" как бы намекает, да и главного героя Клода Лантье я уже пару раз мельком встречала на страницах других частей этого обширного цикла, так что основная тема истории мне была ясна, а вот то, что за основу были взяты судьбы, жизни и ситуации реальных художников-импрессионистов, с которыми Золя водил дружбу и чьи имена сейчас знакомы любому мало-мальски образованному человеку, я узнала лишь когда решила после прочтения ознакомиться вкратце с историей создания произведения. Неприятие новых веяний маститыми и признанными академиками, презрение и насмешки публики, которая не имеет собственного вкуса зато с умным видом повторяет мнение, прочитанное в газетёнках или услышанное у других, вынужденное прозябание в нищете, если ты не готов отказаться от мечты и творить лишь на потеху потенциальным покупателям - всё это Золя изобразил в полной красе.

Клод Лантье ещё в детстве был замечен любителем живописи, который и предложил его нуждающимся родителям оплатить обучение мальчика из собственного кармана. Уверенный (и по праву) в собственной гениальности юный, полный надежд, мечтаний, стремлений и планов, начинающий художник покинул провинциальный Плассан ради блеска и возможностей Парижа. Там у него сложился дружеский кружок талантливых и амбициозных молодых людей, которые были уверены, что не сегодня-завтра они произведут фурор, станут богатыми, знаменитыми, а главное признанными, что их вИдение мира и искусства получит отклик в сердцах людей, но, увы, гениев и новаторов зачастую начинают ценить уже после их смерти. И вот уже один за другим члены импровизированного кружка сдают позиции, не задавая тон, а подстраиваясь под вкусы так презираемых ими обывателей, мол что делать, жить и есть то как-то надо... Но и в погоне уже не за мечтой, а за более земными желаниями некоторые из них терпят неудачи, некоторые опускаются, сами этого не сознавая, и лишь двое остаются верными своим принципам: сам гг и его лучший друг с самого детства Сандоз. Последний вообще является самым приятным персонажем романа, выбившийся в люди собственным талантом и трудом, не потерявший человеческий облик и не продавший свою совесть, писатель, устами которого автор высказывает собственные взгляды на современную ему литературу.

А Клод же, получив первый болезненный тычок в зубы от Академии и от публики, неожиданно для самого себя нашёл утешение в прежде столь презираемым им слабом поле. Случайная встреча свела его с Кристиной, чистой девушкой, что приехала в Париж работать компаньонкой у богатой старухи. До этого она жила очень уединённой жизнью с больной матерью, а оставшись сиротой попала под опеку монахинь. Она столь отлична от женщин, к которым привык, которых презирает, желает и ненавидит Клод: легкомысленных и легкодоступных натурщиц, падких на приключения девиц, вертящихся около творческих мужчин, откровенных шлюх, что чуть ли не на глазах немощного старика-мужа спят со всеми подряд. Вся эта грязь не то что бы сильно смущала Клода, но и как-то не привлекала. Кристина же совсем другое дело - нежная дружба плавно переходит в трепетную влюблённость, а после провала Клода в безумную страсть, что гонит их из Парижа на лоно природы, где они смогли прожить, пожалуй, самые счастливые годы своей жизни, там вечная соперница Кристины отступила в тень, творчество временно потеряло свою прелесть для Клода. Но не надолго, ведь он действительно был рождён для этого, не рисовать для него равносильно не жить.

Вообще, давно уже считаю, что действительно гениальным людям не стоит заводить семьи, так как возможны только два сценария: абсолютно несчастливый брак, в котором каждый не получил того, что хотел, и брак, в котором спутница жизни признаёт гениальность супруга, ставит его на пьедестал, а сама превращается в многофункциональное устройство любовница-служанка-нянька-психолог-муза. Именно вторая участь ждала Кристину и вроде как её бы пожалеть, приятная девушка, никому не сделавшая ничего плохого, верно и преданно любившая мужа, поддерживавшая его всегда и во всём и не получившая по сути от него никакой благодарности... Да вот только есть тот, кого мне гораздо жальче во всей этой эпопее - маленький Жак, рождённый от большой любви, которой на него уже ни у кого из родителей не хватило, нелюбимый, ненужный ребёнок, чьи интересы всегда ставились на последнее место, загубленный равнодушием к собственной судьбе. И даже в смерти он не получил того, что заслуживает любой ребёнок от своих родителей - внимания и любви, рисующий труп своего сына Клод вызывает очень много разных и даже противоречивых эмоций, он будто эмоциональный кастрат, не будучи по натуре плохим человеком он как будто не может полноценно воспринимать жизнь с её радостями и горестями, если те не связаны с искусством, даже как-то страшно становилось временами.

Сильная вещь, эмоционально тяжёлая, но при этом написанная великолепным образным красочным языком, столь любимым мной у автора, поднимающая многие важные и животрепещущие и поныне вопросы, связанные с искусством, творчеством и людьми, посвящающими им жизнь.

P.S.: Мои рецензии на другие части цикла "Ругон-Маккары":
"Карьера Ругонов"
"Его превосходительство Эжен Ругон"
"Добыча"
"Деньги"
"Мечта"
"Завоевание Плассана"
"Накипь"
"Дамское счастье"
"Проступок аббата Муре"
"Страница любви"
"Чрево Парижа"
"Радость жизни"
"Западня"

"...он подчинился жившей в нем жажде насилия, той врожденной тяге к убийству, которая в первобытных чащобах стравливала между собой свирепых, как звери, дикарей. Разве, убивая, повинуются голосу разума? Нет, на убийство толкает яростный порыв, древний зов крови..."

Вот это триллер, всем триллерам триллер. Здесь все умерли, и все убийцы. И нет другого исхода.

Золя исследует природу человека-зверя, маньяка, конкретного маньяка, при этом исследует психологию как такового вообще человека, в котором живет первобытный зверь. Убийств будет много, совершенных разными людьми по разным причинам - тут и генетическая предрасположенность как болезнь, и ревность, и жажда получить деньги, и ненависть, и месть.

В романе есть и поезд, который тоже здесь один из основных персонажей. Он тоже и убийца, и жертва, и орудие. А еще - поезда - показатели технического прогресса человека 19 века. И это страшный контраст. Человек технический так далеко ушел от человека-зверя из первобытного леса, зато человек как существо разумное и гуманное все так же топчется в первобытном лесу, и никак не хочет из него выйти. Это ужасно. Душа не развивается, технологии развиваются семимильными шагами, те человеку духовно неразумному дается в руки очень опасное оружие. А человек-зверь в нас в любой момент может выйти наружу, для этого совсем необязательно страдать генетической предрасположенностью. В любой момент может сработать этот рычажок в голове, нам только кажется, что мы его контролируем, да, конечно, контролируем, не ходим же по улицам, не режем всех подряд... но кто его знает, где в нас эта болевая точка и когда она будет задета. У всех по -разному, но судя по всему у всех она есть.

Золя написал страшный, кровавый роман, вместе с тем очень психологический и глубокий. О человеке вообще. Я думала, здесь будет одно убийство, и все действо будет вокруг него, но не тут -то было, все страницы залиты кровью, убийца сидит на убийце и убийцей погоняет. Я считаю себя довольно искушенным читателем современных кровожадных триллеров... Но что они в сравнении с этим романом?! Пустячок!
Здесь действительно сцены, от которых сидишь с открытым ртом. И веришь, веришь... Так оно и есть. Человек и такой тоже, есть в нем Зверь. Никуда он не уходил, не отказывались мы от него, поэтому так и живем, в войнах и убийствах. И Золя ушел, а зверь в человеке все тот же...

Здорово написано, красиво, мрачно, захватывающе, страшно. Интереснейшая книга о неотвратимости убийства. Человеку, видимо, так и свойственно сгинуть от собственного зверя внутри.

Дальше...