Том 3. Повести, рассказы, стихотворения

На одной моей скрытой полке стоят книги корешками вверх, белея из темноты своими нижними блоками. Их там около двадцати, и все они перекочевали на эту невидимую глазу полочку в спальне из разных собраний сочинений. Некоторый из них и вовсе не семейные, а одинокие странники из моей домашней библиотеки. Да, я сама их туда переселила на время, как родители отправляют своих детей в летний лагерь. А может они свои выселки воспринимают как тюремное заключение? Хм, может... Там ведь темно, они в самой глубине, бедные... Сейчас договорюсь, жалко станет - пойду вызволять из неволи своих бумажных друзей и возвращать в родные дома... Но, нет! Не для того туда их поместила - они ещё не прочитаны! Это новеллы. Новеллы разных писателей. Более того, они стоят в  определённом порядке, чередуя русских и зарубежных авторов. Ничего не могу поделать с собой - несмотря на некоторую вывернутость плавающих мозгов, люблю порядок и некие закономерности, которым стараюсь следовать в жизни... О, только сейчас догадалась - это моя спасательная соломинка, любезно вложенная природой в натуру, чтоб я за неё хваталась и не утонула в абстрактных мыслительных просторах.

Так... Обнаружилось нарушение установленного порядка. Внимание, тревога - двое русских решили обхитрить свою тираншу! Паустовский и Платонов примкнули друг к другу боками и стоят парочкой болтают. Интересно, о чём? Думают, что если у них фамилии на одну букву начинаются и родились почти рядом, то можно не пускать между собой иностранца? Ааа.. Я догадалась, как это произошло - Платонов новичок в этом "концлагере", новобранец, только что прибыл. Паустовский всего скорее расспрашивал его - как там на воле. Ну ладно, даю вам время на общение, а сама пойду в другую комнату искать нового репрессированного с нерусским именем. Взгляд мой падает на восьмитомник Томаса Харди. О, я его помню по "Отчаянным средствам" и конечно же по "Тэсс из рода д'Эрбервиллей", куда же без неё несчастной. Хорошо пишет англичанин, я помню, что пришёлся мне по вкусу. Может и новеллы найдутся? Вуаля - второй том радует! Сейчас порядок будет восстановлен. Так что, сэр, пожалуйте в спальню, на тёмную полку знакомиться с русскими гениями - они, как старшего, не обидят. Ну, если только Платонов чего-нибудь придумает эдакое и запутает немного, а Паустовский добрый дядька...

Первый сборник новелл называется "Старинные характеры". Они хоть и несколько связаны между собой по сюжету, но одновременно можно воспринимать эти рассказики как отдельные истории, которые немного напомнили мне своеобразные притчи. Эта тронула, слегка отозвавшись в сердце далёким воспоминанием...
Молодость на то и молодость, что она импульсивна и неопытна. Хотя в делах сердечных опыта набраться не удаётся и к зрелому возрасту, как показывает жизнь. Говорят, что первая жена от Бога, вторая от чёрта, а третья от людей... Уж не знаю, насколько это часто и верно материализуется в жизни, но, видимо в этой маленькой и трагичной истории изначальный выбор двух братьев своих будущих жён действительно был подсказан Богом. И тут вмешался дурной дух разгула чужой свадьбы и помутил сознание всех четверых. Они поменялись местами. Могу сказать, что такая рокировка не всегда ошибочна, потому что жизнь вещь непростая. Но в этой истории, видимо, не нужно было вмешиваться в господний промысел, а гнать бесов куда подальше. Однако, поздно рассуждать - дело сделано, свадьбы сыграны. Жизнь пошла своим чередом, утягивая в беспощадный омут обе супружеские пары. Только двоим из этой четвёрки она подкидывает два несчастливых билета в один конец. Может, так она восстановила справедливость, потребовав жертвоприношение от нарушителей порядка? Я была более милосердна к Паустовскому и Платонову...

Рассказ "Тони Кайтс — архиплут"/ Tony Kytes, the Arch-Deceiver входит в антологию «Английский юмор».

История написана довольно давно (1891) , и юмор, заложенный в повествование ,звучит согласно своему времени. Современному читателю перипетии Тони Кайтса вряд ли покажутся смешными. Симпатичный молодой человек запутался в отношениях сразу с треми девушками. Одну из них он готов назвать своей невестой и сделать предложение руки и сердца. Но когда дело с Милли подходит к помолвке, на его пути появляется красавица Ханна, которая не прочь выйти за него замуж. А еще есть Юнити, с которой у героя ранее были шуры- муры. История с выбором будущей жены непроста и напоминает эпизод из повести Н.Гоголя " Ночь перед Рождеством", когда Солоха прятала своих ухажеров в мешок. Герой рассказа вынужден прятать под брезентом претенденток на роль супруги, чтобы не ранить тонких чувств девушек. После долгих разборок между невестами, их родителями и бравым женихом, Тони доверится своим чувствам и выберет спутницу жизни. Дело завершится свадьбой.

Водевильная ситуация в сельских декорациях наверное могла показаться комичной в 19 веке, но сейчас выглядит реликтом. Женское желание выйти замуж смотрится очень навязчиво и глупо. Повествование довольно сумбурное и на мой взгляд совсем не смешное. Другое время иные понятия. От оценки работы английского классика воздержусь.

После прочтения романа Томаса Гарди Отчаянные средства, который мне очень сильно понравился, решил обзавестись всеми его произведениями, переведенными на русский язык. И продолжил знакомство с малой формой прозы: рассказами и повестями, а также, если пойдут, и стихотворениями.

И я скажу, что Томас Гарди — талант во всем, за что бы не брался писать. Все его рассказы мне понравились, стиль и слог и прост, и драматичен порой, и юмористичен, ироничен и т. д. и т. д. Гарди — рассказчик, который умеет заинтересовать читателя и затронуть его чувства драматизмом. Все помещенные здесь истории читаются с неослабевающим интересом, изображение патриархальной сельской Англии и людей того времени выходят у него очень ярко и запоминающимся образом. В том числе и стихотворения Гарди также хороши, некоторые прям можно перечитывать.

Буду и в дальнейшем знакомиться с его романами с особенным предвкушением. Благо, что его произведения и поныне переводятся, насколько мне известно, непереведенных осталось только два романа. Отличный писатель.