Ваша оценкаПосле десятилетий хулений и замалчиваний к нам только сейчас наконец-то пришла возможность прочитать книги "запрещенного", вычеркнутого из русской литературы Арцыбашева. Теперь нам и самим, конечно, интересно без навязываемой предвзятости разобраться и понять:каков же он был на самом деле, что нам близко в нем и что чуждо.
Во второй том вошел роман "У последней черты", а также повести и рассказы.
Жанры
Рейтинг LiveLib
4,9
7 оценок
- 586%
- 414%
- 30%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 9Хотят прочитать 6
Рецензии
litera_T22 января 2026 г.Красное с белым
Читать далееВойна всегда кажется чем-то романтичным и вдохновляющим лишь до той поры, пока к ней готовятся и предвкушают, но пока она не началась по-настоящему. И не даром о ней не любят вспоминать, те кто воевал. И даже книги на военную тематику не все романтичные, а есть и такие, как этот кровавый рассказ, который не по сезону попал мне в руки лишь только потому, что очень понравился автор, а после романа "Санин" сборник продолжился.
Хотя нет, он по сезону и Новый год здесь ни при чём... Там тоже зима, но только не в уютном кресле, как у меня, со снежинками за окном. А с кровавыми пятнами на снегу и трупами, сложенными на нём вокруг железнодорожного вокзала. Выстрелы, стоны, напуганные обезумевшие глаза и привкус смерти, с которым провёл последнюю ночь своей жизни начальник этой станции - "маленький", серый человечек, чьё существование не ценил даже он сам, когда оглянулся на прожитые дореволюционные годы.
"Страшна была его жизнь, как страшна была у всех окружающих его, и именно это скоро притупило сознание и скрыло от него ужасный вид его существования. Как ни мучительны были у него позывы что-то переменить,что-то узнать, что-то устроить, - в общем ему казалось, что так и надо, ибо так живет не он один. Томление духа обратилось в привычку, научило брюзжать, раздражаться, пить, и не было сил задуматься, оглянуться и прийти вот чаяние. Как крот, живущий в вечной тьме, Анисимов уже не видел тьмы,окружающей его, и думал, что он живет лучше многих; но не как крот - он тяготился и страдал своею жизнью.
Так было до тех пор, пока внезапный свет всеобщего протеста и всеобщего напряжения, как молния, не осветил для него все и, как молния, не убил его.
Анисимов вдруг остановился. Что-то напряглось в нем до высшей точки и замерло в ожидании. И внезапно Анисимов понял, что ему не жаль своей жизни.
"Если такая жизнь опять, то лучше смерть... И тогда в смерти нет ничего ужасного, а, напротив, она нужна, необходима, как естественный выход... Будь она проклята, такая жизнь!" - подумал Анисимов."
Это было сильно, по-настоящему и пронизывающе холодно... Мне тоже было холодно. Сейчас морозит, а в полутёмной комнате, где я читала, в окне была приоткрыта щёлка... Я сидела в кресле, но мне было неуютно, потому что страшно замёрзли ноги. Я читала и не могла оторваться, понимая, что околела. Поэтому восприятие рассказа усилилось именно тем оттенком, который передал автор.
"Завтра меня расстреляют! - думал Анисимов, острыми блестящими глазами глядя в холодный мрак. Завтра меня расстреляют". Человек один в комнате, утром его ждёт расстрел. Он мытиться от страха к смирению, от злобы к жалости, от сопротивления до покорности судьбе. Никчёмная жизнь бедняка близится к своему жуткому финалу, письмо позабытой за событиями жене начертано, а кровавое пятно на мёрзлом снегу уже начинает проявляться, как чернила под промокашкой.
Я дочитала этот жуткий рассказ, встала, закрыла окно, надела тёплые носочки и подумала - гениальный автор!52224
Shishkodryomov24 октября 2018 г.Жить или не жить? Вот в чем вопрос.
Читать далееВикипедия до сих пор очень скудно распространяется о Михаиле Арцыбашеве, а его имя вновь большинству читателей ни о чем не говорит. Неудивительно, ибо советская власть сделала все возможное, чтобы придать его забвению, что с успехом будет продолжать и всякая другая власть из-за неоднозначности творчества Михаила Арцыбашева. Девяностые годы, когда книги автора, наконец, дошли до читателя, тоже не очень удачно сочетались с его наследием, потому что в основном писатель ориентировался на аудиторию своего времени (а до революции это был очень известный автор), раскрашивая наиболее значимую часть своих произведений в лирические популярные тона, намешивая в них эротический скандал и ломку условностей. Это слишком напоминало сенсационную литературу перестроечного времени, которая с успехом ухнула в небытие, чего не скажешь о творчестве Михаила Арцыбашева.
"У последней черты" - третье произведение автора, которое мне довелось читать. Качество его трудов все улучшается, улучшается на глазах, а может это я, все больше и больше, погружаюсь в бездонную пучину его понимания и широких взглядов. Вполне может быть, что «У последней черты» - лучшее и итоговое произведение Арцыбашева. Гуляющая версия, что главным его произведением является «Женщина, стоящая посреди», дескать, писатель проник в тонкую женскую душу и ударился в психологизм, меня больше смешит. Не только ничего подобного не обнаружил у вышеупомянутого автора, но и, напротив, человеческие отношения у него однотипные, в данном случае – только трагичные и беспросветные. Арцыбашев явно не тот автор, который может привлекать пестрой переливчатой гаммой изысканных отношений. Скорее он хороший аналитик – дает всепроникающие определения людям, порою смешные, часто злые, прекрасно передает их сущность, но там, где начинается любовь или что-то на нее похожее, он тут же впадает в крайности. У него либо нежно-розовая жвачка, которая больше похожа на издевательство, глумление над традиционным женским романом, и жутчайшая бессмысленность всего, что тоже больше похоже на издевательство, касающееся на этот раз всего общества в целом.
Этим самым путем автор и пришел к логическому коллапсу о безнадежности бытия. Собственно, если так однозначно судить о системе человеческих взаимоотношений, у Арцыбашева какие-то детские, обиженно-наивные взгляды, то и мне самому не осталось бы ничего лучшего, чем накинуть на потолочный крюк добрую капроновую удавку и с божьей помощью закончить этот отзыв. Другое дело, что в итоге, «У последней черты» каким-то таким противоречивым путем превратилось в нерядовой философский роман, у которого могут быть самые различные трактовки. Я увидел здесь явное глумление над обывательщиной и мещанством. Автор, отбросив все условности, в свойственной ему цинической манере, пишет о праве человеческом распоряжаться собственной жизнью и собственной смертью. Если в части поиска межполового счастья автор ироничен и однозначен, то в последующем развитии темы он предельно серьезен, хотя сюжет тоже выплескивается за края. Но здесь я согласен, ибо пить, так пить.
Вопрос который возникает сбоку – может ли любовный роман быть пародией на самого себя, не очень вяжется с «У последней черты», но распространенная версия, что в данном произведении Арцыбашев хорошо отобразил предреволюционный дух, упадок дворянства и грохочущие в воздухе изменения, мне видится характеристикой «Преступления и наказания», что это произведение исключительно об убийстве старухи-процентщицы.
«У последней черты» - произведение многоликое, здесь и трагедия смысла жизни, и тупик человеческих отношений, и вообще, нечто большее. Периодически текст меня веселил, иногда я только пожимал плечами, но часто очень внимательно, чуть ли не по буквам, пытался вникнуть в написанное автором. Есть, что процитировать. Например, «самая опасная болезнь – это жизнь, ибо она непременно имеет смертельный исход». Или вот, «на самом деле – простить, значит, цены не придать». Главное - "Цветок счастья кровью не поливают".
Больше всего меня огорчает, что не все произведения Михаила Арцыбашева сохранились. Данный писатель кому-то может показаться депрессивным, это и неудивительно, ибо на долю его пришлось много разного, жил он в сложное время и умер рано, но все это, как мне кажется, с избытком компенсировалось читательским признанием и всегда, при любой власти, Михаил Арцыбашев находил применение собственному таланту. Это был гениальный человек, чувствовавший конъюнктуру и умеющий сказать свое при любых обстоятельствах. Читал я и про нападки на него со стороны других писателей и очень благодарен Арцыбашеву за столь умелую хирургию, ибо подобные вещи очень наглядны и помогают разобраться в истинном облике людей, имевших отношение к русской литературе.
362,2K
olastr30 июля 2015 г.Читать далееМы все живем для того, чтобы завтра сдохнуть…
«Безобразная Эльза», песня группы «Крематорий!– Удавиться, что ли, на время!
Михаил Арцыбашев «У последней черты»Если вы хотите удавиться – читайте Арцыбашева! Он укрепит вашу мотивацию и поможет дружеским советом. Говорят, в начале двадцатого века это был один из самых популярных писателей, и я могу это понять. «У последней черты» – это роман в лучших традициях русской литературы девятнадцатого века, но сдобренный эротикой и разложением серебряного века. Разложением в большей степени. Это как раз то, что может оттолкнуть от этого произведения – оптимизма в нем и трех капель нет. Страдание, тлен, безысходность. «Веревка, пуля, ледяная тьма»…
Местами очень сильно веяло Федор Михалычем. В «Бесах» есть идейный самоубийца Кириллов, который желал умереть не из страха перед жизнью, а «только из своеволия», Михаил Арцыбашев значительно углубил идею «интеллектуального самоубийства» и из этого получился целый роман, в котором все умерли. Не знаю, считать это спойлером или нет, потому что автор сам с первых страниц намекает на то, что сейчас начнется.
Позже искали и нашли причину в лице некоего Наумова, нового инженера на заводе местного богача Арбузова. <…> Но, глядя вокруг открытыми глазами, нельзя не видеть, что никакая человеческая воля не может ни на йоту прибавить, ни на йоту убавить того, что есть в жизни, что развивается из корня, вросшего в самую глубину земли, и что раньше или позже, так или иначе, должно привести к неизбежному концу.«У последней черты» – это русская рулетка по Арцыбашеву. Где-то в середине романа понимаешь, что холостых в этой обойме меньше, а потом закрадывается мысль, что их нет совсем, но надежда все же не оставляет, поэтому не перестаешь гадать, кому из героев повезет. Впрочем, автор без устали повторяет, что повезти никому не может, что человек несчастен по факту рождения, и всех нас ждет смерть.
<…> как могут люди при виде этого ужасного конца, который ждет всякого человека, зачинать, вынашивать и рожать новую человеческую жизнь, новое страдание?Если бы не смерть, пропитавшая каждую страницу книги, любитель классического русского романа мог бы получить большое удовольствие. Здесь вся дореволюционная Россия с ее хаосом, дикостью и бесплодными умствованиями, с ее барышнями, студентами, купцами и офицерами (народ, как обычно, безмолвствует). Колоритные типажи, карамазовские страсти. Вот, к примеру, Арбузов – купец ярко-выраженного рогожинского типа, страстный, дикий и влюбленный в падшую женщину. Роковой любовный треугольник – «люблю и ненавижу», «так люблю, что, наверное, убью» и все в таком духе. Его соперник художник Михайлов – типичный представитель декаданса, поборник свободной любви, убийственной в своей безответственности. Между ними – Нелли, униженная, изломанная и жаждущая мести.
Проклевываются в романе и гоголевские мотивы маленького человека – чиновник со своей робкой мечтой, не материального, правда, плана. Рассказик, он, видите ли, изволил написать. Есть и вечный студент в рваных галошах, но с желанием осчастливить все человечество. Томные купеческие дочки (а река-то рядом)… Адьютанты-дуэлянты, и что-то такое в духе Куприна (а у штаб-ротмистровой жены – черный чулок на розовой ляжке!). Доктор Арнольди, от которого мне захотелось перечитать чеховского «Ионыча» – он ни во что не вмешивается, но все видит и понимает. Вот только Лев Толстой сюда не заходил – да и ну его, уж больно моралист, придет и все испортит. Одним словом, если вы хотите букет из всей русской литературы – пожалуйста. Здесь будут говорить часами, как безумные, стреляться на рассвете, пить чай с вишневым вареньем, мечтать о светлом будущем, запивать шампанское водкой, бить посуду, мазать официантам морду (лицо?) горчицей и скакать на чудо-тройке.
Мне хотелось бы рекомендовать «У последней черты» к прочтению, но я понимаю, что не каждый сможет осилить эту цистерну страдания без единой ложки меда. Лично я не жалею, что прочитала, хотя порой волосы вставали дыбом, иногда слезы сами текли, и казалось, что невозможно вынести такое до болезненности заостренное восприятие мира как живого страдания. Арцыбашев – прямой продолжатель традиций Гоголя, Достоевского, Чехова, и его можно поставить в один ряд с такими писателями-современниками как Куприн, Бунин. В чем-то он даже глубже последних, Арцыбашев ходит по краю философской бездны и заставляет заглянуть в нее читателя. Зрелище не из приятных. Наиболее близок по духу ему, пожалуй, Леонид Андреев с его трагическим мировосприятием. Но и в наше время страдание никуда не ушло из мира, поэтому такая литература остается актуальной. По моему мнению, Михаил Арцыбашев незаслуженно забыт, он стоит того, чтобы его читали. Только, если вам действительно хочется удавиться – тогда лучше не надо, а то...
– Скажите, для чего жить, доктор?
– Не знаю…
– Но вы-то сами для чего живете? – почти с ненавистью спросил Михайлов.
– Я? – с удивлением переспросил доктор. – Я просто устал…321,9K
Хулио Кортасар
4,7
(25)
П. И. Мельников (Андрей Печерский)
4,8
(3)
П. И. Мельников (Андрей Печерский)
3
(1)
Цитаты
boservas31 мая 2021 г.Ужас смерти, его полная безысходность, мука полной разлуки с миром и людьми так непереносимы для человека, что совершенно естественным и необходимым является учение о загробной жизни.
19388- boservas31 мая 2021 г.
Если бы загробная жизнь выразилась в слиянии нашей индивидуальности с первоначальной материей, то есть в утрате нашей индивидуальности, то для нас это уже есть смерть. Раз не сохранится наш ум, не сохранится ничего…
18374 - boservas31 мая 2021 г.
В мечте о том, что со смертью еще не все будет кончено, что моя индивидуальность и после могилы будет жить, видеть и слышать то, что будет после нас, есть нечто такое светлое и радостное, что человек готов примириться иногда с очевидной необоснованностью, с явным вымыслом, лишь бы поверить в нее, в загробную жизнь…
18369
