Гомер в 2х томах. Том 2. Одиссея

Несколько лет тяготило меня осознание факта,
Что первый курс универа не полностью мною освоен:
В нём среди списка прочитанной литературы заморской
Траурным местом, постыдным, пустым, оставалось названье поэмы,
С коей учёные мужи и жёны должны быть знакомы.
К счастью спустился от богоподобнейшей жрицы ЛайвЛиба
Пендель мощнейший, флэшмоб начинающий новый и хитрый,
Так что неделю уже рассекая средь офисов многоунылых,
Фокс раздражает коллег, рассыпая гекзаметр гнусный.

Лису наивно мечталось, что в этой поэме с начала
Сразу пойдут описанья морских и диковинных странствий.
Вместо же этого добрую треть многобуквенной книги,
Главным героем казался подросток, что сын Одиссею.
Ездил по разным местам, с мужиками бухал и лобзался,
Всё для того, чтобы бати следы в этом мире немножко нащупать.
Впрочем, потом появились рассказы о всех приключеньях,
Их очень хитро Гомер (или авторов многих скопленье)
В повествованье засунул в средину, как будто случайно,
Вроде как сам Одиссей под влияньем паров алкоголя
Всё рассказал собеседнику мудрому, вот так удача!

Ну и, конечно, какой же Гомер без кровавейшей драки?
Ближе к финалу в поэме начнётся резня в ярких красках:
Кто и куда и зачем всунул меч свой острейший и дерзкий,
Кто у кого оторвал иль отрезал конечности лихо,
Как застрелили мужей, и куда же вонзилися стрелы,
Сколько кишок и волос намоталось на острые дроты.

Думать не надо, однако, что это поэма-движуха
И к одному развлеченью её создавали годами.
Всё не так просто, и многие знанья сокрыты
В строках, которые в сон погружают филологов юных.
Если же будет читать «Одиссею» сознательный умник,
Кто был подвигнут к страницам её не ужасным проклятьем,
Коим сражён был весь род изучавших античку когда-то,
То бишь «Лит-ры для прочтения список всенепременный»,
Тот, кто готов привнести в изученье поэмы не только
Долг студиозуса гордый, но и чуть-чуть интеллекта,
Тот, кто пороется в записях знающих Греции слово,
То непременно он будет сражён тем обилием фактов,
Что при желании можно извлечь из трёх сотен страничек
Древнего текста, который и в нашей судьбе актуален.
Далее с гордостью можно читать преогромнейший список
Литературы, в которой появится образ Улисса,
Ловко врубаться в сплетенья аллюзий тончайших и смелых
И усмехаться над всеми «читал, но не понял :,-/ печалька».

В общем, советую всем, как нахлынет желание остро,
Перечитать или внове прочесть «Одиссею» Гомера.

Сначала они бесят несказанно - эти герои и боги в своих хитонах и хламидах. И если дьявол в деталях, то Гомер адски жжот. Потому как описывается всё: начиная от оружия, одежды, кораблей (кстати, а список-то их в Илиаде что ль?), заканчивая мельчайшим гвоздиком и предметом обстановки.

Потом родословные эти. Рехнуться можно. Вот ахейский пацанчик появляется на сцене и понеслось - его предки в трёх, пяти и более коленах, их потомки в бесчисленных количествах, и чё каво, и почему, и чего там было с троюродным дядькой с материнской стороны.

Да, вчитываться тяжело первые страниц пятьсот, а потом случается чудо и Гомер утаскивает тебя прямо на дно - в тёмные, сокровенные воды. И гекзаметр встаёт в полный рост и шарашит, шарашит тебя дубиной по голове - и ты в Древней Греции, в пиршественном зале, мудозвоны-женишки пируют, Телемах перемигивается с Одиссеем, Афина шерохается где-то рядом и всё чудит, всё колдует - то она Одиссея старит, то молодит, то уменьшает, то увеличивает, Пенелопа наверху на постели, залитой слезами, Эврилох, добродушнейший и добрейший, удаляется с пира, а у тебя на лице танцует пламя факелов, ты чуешь запах дыма и жаренного мяса, и вино блестит в золотых чашах, мужики ржут и гомонят, и тебе ужасно хочется наваляшить женихам вместе с Одиссеем.

И ты так ясно их видишь, что становиться плевать на зубодробительный гекзаметр, и очень хочется узнать про троюродного дядьку вон того и пятиюродную тётку вот этого.
А море всё шумит как две, три тысячи лет назад. Шумит море в гомеровом стихе, и витействует, едрит его мадрид, и к изголовью подходит.
Читайте Гомера, он прекрасен, как море - хотела бы написать я, но напишу вернее:
Читайте, читайте Гомера, господа, не то накостыляю.

Что за дивное слово такое "батрахомиомахия"! Такое впечатления, что это какая-то древняя наука или дисциплина, которая изучает что-то очень и очень серьезное. Однако, как оказалось, за этим удивительным словом стоит кое-что другое. "Батрахос" - на древне-греческом оказались лягушки, "миос" - мыши, а "махе"- война. Насчет "батрахоса" ничего сказать не могу, по поводу "миоса" отчетливо выглядывает английский маус, а "махе" - это наш "махач", та же самая война, только в рукопашную.

Выяснилось, что в книге под таким помпезным названием скрывается описание войны между мышами и лягушками. Это небольшое произведение, наверное, является самой древней пародией, дошедшей до нас из глубины веков. И написана эта пародия на такое великое произведение мировой литературы как поэма Гомера "Илиада". Размер у неё, естественно тот же, что и у оригинала - гекзаметр. А звучит это вот так:

Думаю, что чувство иронии у человечества не менее древнее, чем любое другое. Представляю, как смеялись те самые "древние греки", когда слышали подобные строки, когда столь лукавое иносказание рождало у них если не здоровый смех, то уж усмешку, несомненно.

Кроме того, что героические ахейцы и троянцы представали в пародии в образе мышей и лягушек, здесь нашлось место и олимпийским богам, которые с таким же интересом и азартом, с каким они у Гомера наблюдали за осадой Трои, теперь наблюдают за мышино-лягушачьим сражением, Боги волнуются, ссорятся, выражают свои симпатии, всё "по-взрослому". Наконец, Зевсу надоела эта возня и он метнул молнию, давая армиям понять, что пора заканчивать. Но не тут-то было, суровые мыши, считай - ахейцы, которые и развязали эту войну, продолжили теснить "тутошних" троянцев, сиречь - лягушек. Тогда Зевс послал в помощь осажденным раков, которые начали отгрызать хвосты у дерзнувших ослушаться божьей воли мышей, на чем однодневная война и была закончена.

Между прочим, вплоть до Нового времени авторство этой пародии приписывали самому Гомеру, считая, что он сам столь оригинальным образом посмеялся над своим собственным проектом, ставшим суперпопулярным. Но потом сатирическая поэма заметно помолодела, когда её авторство было приписано Пигрету Галикарнасскому, жившему в V в. до н.э. А нынешние исследователи считают её еще моложе на целых 500 лет, предполагая, что она была написана в годы правления римского императора Октавиана Августа.

В "Батрахомиомахии" высмеивается не сама троянская война, а слишком серьезное отношение к ней, принижая значимость события, подаваемого в качестве определяющего мировую историю, автор пародии ставит под сомнение его безусловную значимость, поскольку в его трактовке ничтожные соперники сталкиваются друг с другом по столь же ничтожному поводу. Но, возможно, никаких идеологических задач у пародии не было вовсе, а причиной её появления послужило просто желание посмеяться, переиначив классический текст под смешной сюжет.

Как бы там ни было, но именно "Батрахомиомахия" считается прообразом будущих произведений европейского бурлеска, в котором творили многие авторы, в том числе Тассони и Лопе де Вега.

О том, как я чуть не утонул в Илиаде , можно почитать здесь. Выводы мои отчасти совпадают, поэтому повторяться смысла не вижу.

Зарекалась Цирцея людей в свиней не обращать, зарекался и я не замахиваться на эпохальные произведения, которые, признаться, не то что мне — но уже мало кому из живущих по зубам. Меня успокаивало только одно: Одиссея уже не великая битва, а великое путешествие. Почти травелог. Родоначальница этого жанра. Хотя я уже понимал, что легко не будет, а будет только сложнее.
Да, Одиссея Гомера-Жуковского это значительно больше «эпического полотна» — это «эпическое полотно» над «эпическим полотном». Если б кто-то на полном серьезе занялся деконструированием этой поэмы (увы, судя по всему, полного энциклопедического комментированного издания я не увижу в этой жизни), да потом бы еще провел литературоведческое исследование, как «Одиссея» отозвалась в мировой литературе, и что является отсылкой на что, я бы пересилил себя, и взялся бы за чтение второй раз. К счастью, эту эпохальную работу никто не проделает да, похоже, и не собирается.
А ведь какое богатство аллюзий — провести аналогию с 40 дней романа «реальной жизни» с посмертными приключениями Одиссея в загробном мире (вся история с бесконечными нимфами слишком напоминает мытарства, характерные для христианской традиции — не будем загадывать, кто у кого что позаимствовал) — самое примитивное и простое, что может прийти в голову от прочтения верхнего пласта. Но зарыто то там гораздо больше. А сколько богатых характерных образов — Евмей или Евримах. Слишком часто я их встречал в литературе, чтоб только-только с ними познакомиться. Скорее, это узнавание старых друзей. О сюжете говорить тоже смысла не вижу — мы и есть этот Одиссей.
О попытках чтениях — продолжаю и продолжаю настаивать. Читать Одиссею в переводе Жуковского имеет примерно такой же смысл, как и в древнегреческом оригинале. Современный человек просто не продерется через этот объём, и вынесет исключительно мало. Почему нельзя сделать комментированного издание, с 2-3 пластами, в первую очередь, конечно, историческим, мифологическим и литературоведческим? Пусть 24 песни превратятся в 24 книги — убежден, в каждой песне более чем достаточно материала. Ведь Одиссея — современное произведение. Не в том смысле, что написана сегодня, а в том, что она происходит сегодня, а Одиссей бродит среди нас.

Гомер прекрасен во всех своих изречениях, его язык прост, но бесконечно красочен. Мне нравится то, что все о чем он пишет, он и сам в это верит. Он не пишет, чтобы кто-то прочитал, не пишет на аудиторию, не играет с читателем... Он просто рассказывает то, во что верит.

Вообще "Одиссея" это вторая книга, как по сюжету она продолжение "Иллиады", так и читают их обычно вместе.

Сюжет, думаю, знаком многим. Даже, если вам еще не удалось прочитать книгу, то фильм вы хотя бы должны были разок посмотреть. Сюжет книги очень богатый, в нем много мифических героев, но честное слово, у читателя ( по крайней мере у меня) не возникает такого ощущения, что это вымысел. К каждому из вымышленных героев появляется такое отношение и восприятие, что все это на самом деле происходит.

Мир сразу меняется в понимании читателя. Описания максимально живые и вы просто захотите в это верить. Ведь жизнь наша на фоне жизни Одиссея, кажется совсем унылой и неяркой, как минимум.

Поэма написана в 24-х песнях. Каждая из них - это отдельное приключение Одиссея и его жены, сына, матери...

О впечатлениях, которые человек получает после прочтения данной книги, можно рассказывать бесконечно. Но лучше просто взять книгу и самим прочитать и вы точно удивитесь. Насколько античный человек был гениален, что написал произведение актуальное в компьютерный век.

Массовое образование убило классическое. Это раньше считалось, что главным является вовсе не понимание окружающего мира, всех его взаимосвязей и взаимозависимостей, а только натаскивание в знании древних текстов, создававшее общие интересы и способность считывать аллюзии. Теперь без знания наизусть «Илиады» и «Одиссеи» можно считаться сведущим человеком. Кажется.

Я вот только в 31 добрался до «Одиссеи». И то потому, что друг на своей свадьбе вручил ее мне за то, что я добрался до этой самой свадьбы за пару тысяч километров от нынешнего места обитания. После этого шансов не читать более не стало.

Сначала я достаточно долго в книгу вживался. Нет, я не скажу, что она показалась мне скучной. С порога она набрасывается на тебя удивительными деталями семейной жизни трехтысячелетней давности. Брачные обряды, возможность сватовства к супруге, давно покинутой мужем. Отправка жены в дом отца, выкупы, признаки бесчестия и многое, многое удивительное другое. Но это не сразу тронуло меня.

Удивляет другое – необычная компоновка. Не ждите линейного повествования – вас ожидают флешбеки, отступления, боковые линии, отвлеченные рассуждения, и все это подано комплексно и взаимоувязано. Это впечатляет, значит уже тогда у греков было понимание банальности, общих мест. И уже тогда они хотели видеть и слышать оригинальное, необычное.

Вторая половина повествования, после дивных ужасов, описанных самим Одиссеем при отсутствии живых свидетелей (было ли?), оглушает тебя диким зверством, раскроенными черепами, обилием крови и прочими прелестями, на фоне которых и обычный уровень средневекового зверства начинает казаться достаточно гуманным. Этот нарастающий саспенс, когда женихи сам себя влекут к гибели, а Одиссей медленно и нарочито озорно готовится к окончательной расправе – это заставляет читать с интересом.

Хорошо выписан и образ Пенелопы. Она провоцирует женихов, требует подарки, умножая богатства дома, надеясь на то, что как-нибудь от них можно будет избавиться. Когда же муж открывается ей, она далеко не сразу признает его, сомневается, просит известных только им двоим подробностей.

В книге много мести, рассуждений об общественном порядке, понимания нестабильности человеческих отношений. Нет и следа какой-либо наивности, упрощения, все очень психологично и серьезно. Почему потом человечество испытало столько регрессов? Почему потом было столько наивного, неверного, упрощенного, если уже три тысячи лет назад люди умели видеть все в комплексе?

Я же когда писал здесь недавно рецензию про "Улисс", упомянул, что это латинское название "Одиссея"... И тогда же примерно, вот так "вспомнив", начал было и читать его...

Сказать по правде - без подсказок, добытых из сети, не сразу разберешься -кто здесь кто, и о чем здесь вообще идет речь... Не мудрено - произведение, само по себе, большое -и по объему, и по замыслу, и по охвату тем.

Вообще удивительно, насколько это красивый и мудрый текст, с таким количеством различных историй и событий, так, что даже с трудом верится, что написан он в столь давние времена. Кроме того, в поэме очень много "переплетений" судеб и предысторий героев -обычных людей, богов, полубогов и прочих разных, трудновыявляемых существ.

Что самое удивительное для меня - я нашел в этой эпической поэме очень много героев и ситуаций, которые во многом, в том или ином виде, естественно, под другими именами (и контекстами) встречаются и в... Библии, и причем, в обеих её частях...

Это то произведение, про которое не знаешь что писать в рецензии. Даже не потому, что не чего, а потому, что практически все сказано.
Даже не читавший Одиссею, думаю, отдаленно знает сюжет. Троянская война окончена, почти все ахейцы вернулись домой, все, но не Одиссей. Где наш герой? Никто особо не парился его путешествием, но уже прошло 9 лет с окончания войны, и все начали волноваться, точно ли Одиссей жив, и если жив, то где же он.
Само возвращение нашего героя очень интересно. И что ещё интереснее по некоторым обрывкам из приключений мы знаем, что стало со многими захватчиками Трои. Например, Агамемнон предательски убит, Менелай много странствовал, но уже дома, смерть постигла и Аякса Локрийского.
Наверное, Гомер впервые в истории западной литературы делает интересную вещь - события развиваются не из точки А в точку Б, а в точке Б сам Одиссей рассказывает о своем пути из Трои до точки Б (т.е. постфактум для читателя), а само действие поэмы охватывает путешествие от этой точки Б на родную Итаку.
По композиции Одиссея сложнее Илиады. Сюжет последней подан в линейной последовательности, в Одиссее эта последовательность сдвинута: повествование начинается с середины действия, а о предшествующих событиях слушатель узнает лишь позже, из рассказа самого Одиссея. Центральная роль главного героя здесь выдвинута резче, чем в Илиаде.
Помимо близкого знакомства героев с богами (прежде всего Афины и Гермеса) мне были интересные чисто человеческие реакции героев, когда они понимали, что Одиссей вернулся домой. Особенно запомнилась старая няня Эвриклея, которая по шраму на колене узнала своего воспитанника. Её реакция была живее и подлиннее, чем у той же Пенелопы или Телемака, который в принципе впервые увидел отца.

Классная такая античная вещица. Небольшая поэма, написанная гекзаметром, торжественным стихом, каким написана Илиада. Это и есть пародия на Илиаду. Даже не ожидала, что у древних было такое изящное чувство юмора, и они не боялись пошутить над такими серьёзными вещами, как война.

Как метко показал древний автор, первопричиной войн зачастую становится недоразумение, пусть даже и трагическое. В данном случае, гибель мышонка Крохобора, сына великого Хлебогрыза, по непредумышленной вине напыщенного царя лягушек Вздуломорда повлекла за собой крупный военный конфликт.

Интересно, что боги взирали на это лениво, отнесясь к войне мышей и лягушек, как к мышиной возне. Какое дело богам до этой мелкоты, что мыши, что лягушки в повседневной жизни им только досаждают. Но когда война грозила уже стать катастрофой, боги решили вмешаться и послать для прекращения очага напряжённости третью силу (не скажу, кого).

Это перевод Альтмана. Интересна также и поэма В. Жуковского (неоконченная), хотя сюжет там складывается совсем по-другому, т.е. это очень вольный перевод. Но тоже очень остроумно.