Другой Ильич
Первая полная художественная биография Александра Ильича Ульянова, старшего брата основателя советского государства Владимира Ульянова-Ленина, подготовленная известным писателем Владимиром Васильевичем Канивцом (1923–2017), вышла в молодогвардейской серии ЖЗЛ в 1961 году, за год до появления узнаваемого «арндтовского» оформления обложек. Интересно, что роман Вл. Канивца «Ульяновы», вышедший шестью годами позже, получил Государственную премию Украинской ССР, а Александр Ильич стал первым членом этого семейства, удостоенным «сольной» биографии в серии ЖЗЛ.
Тираж книги по нынешним меркам огромный — 115 тысяч экземпляров, но найти её в продаже по вменяемой цене довольно проблематично. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить моего друга Николая Павленко за то, что поделился со мной этой давней книжной «хотелкой», чтение которой было по-настоящему интересным и увлекательным. Этому во многом способствовало то, что повествование ведётся в захватывающей манере, живым и образным языком, завладевающим вниманием читателя с первых же страниц. Среди других достоинств книги отмечу графические заставки, отражающие содержание каждой из глав, и отсутствие характерных для современных изданий опечаток и ошибок.
В первой главе мы знакомимся с Ильёй Николаевичем и Марией Александровной в тот волнительный момент, когда отец семейства был назначен инспектором народных училищ, и Ульяновы переехали в Симбирск (в 1924 году ставший Ульяновском). Узнаём, в каком плачевном состоянии Илья Николаевич застал сельские школы и с каким упорством принялся за исправление положения. Именно за эту многолетнюю плодотворную деятельность в сфере народного просвещения он был награждён орденом Святого Владимира 3-й степени, удостоен чина действительно статского советника и потомственного дворянства.
Дальнейшие главы посвящены учёбе Саши в гимназии, его страстному увлечению естествознанием и научными опытами, первому знакомству с подпольными прокламациями и поступлению на физико-математический факультет Санкт-Петербургского университета. На страницах книги перед читателями предстаёт живущий насыщенной внутренней жизнью юноша, замкнутый и немногословный, весь в своих книгах и опытах. Праздно провести хоть один день было для него недопустимым, а заниматься он привык по 16 часов в сутки!
В общих разговорах Саша предпочитал отмалчиваться, не всегда имея возможность говорить то, что думает, а ложь он не терпел. Любую интересовавшую его тему Александр привык прорабатывать досконально, от и до, чтобы составить о ней собственное представление и ответить на все вопросы любознательного «почемучки» Володи. Знаковой для него и других студентов стала встреча с имевшим огромный моральный авторитет среди молодёжи Михаилом Евграфовичем Салтыковым-Щедриным, которого они хотели поддержать после закрытия редактируемого им журнала «Отечественные записки». Описана эта сцена очень детально и ярко, несмотря на то, что общение, в общем-то, не заладилось, — как по причине плохого самочувствия писателя, так и из-за неловкости визитёров, но тем не менее произвело на них неизгладимое впечатление.
В следующих главах рассказывается о ходе подготовки покушения на императора Александра III Петром Шевырёвым, Василием Генераловым, Василием Осипановым, Пахомием Андреюшкиным, Александром Ульяновым и другими заговорщиками-народовольцами. Причина провала покушения объясняется банальной неосторожностью, нарушением базовых правил конспирации: сигнальщики и бомбисты несколько дней кряду дежурили на Невском проспекте, мозоля глаза отиравшимся там же шпикам, а недвусмысленное письмо Андреюшкина к их харьковскому товарищу было перехвачено. Да и взяли их сначала, как говорится, для профилактики, ничего ещё не зная о вошедшем в финальную стадию покушении и свалившемся в руки полиции «бомбическом» заговоре.
В финале повествования читатели переносятся в зал суда, приговор которого был известен заранее. Некоторые, как Канчер и Горкун, на первых же допросах «слили» всех, кого знали. Другие, подобно Лукашевичу, пытались повесить всех собак на Ульянова как одного из главных организаторов заговора, и без того готового всю вину взять на себя. Реквиемом звучит полная внутреннего достоинства и убеждённости в своей правоте защитительная речь Александра Ульянова на суде, в которой он пытается не оправдаться, но объяснить глубинные мотивы своих поступков и историческую неизбежность краха царской власти.
Считается, что Александр Ильич передал символическую эстафету борьбы с самодержавием своему младшему брату Владимиру, который, критически осмыслив его методы и признав их тупиковыми, изрёк своё эпохальное: «Нет, мы пойдём не таким путём. Не таким путём надо идти!» К чему и как привёл избранный им путь — уже совсем другая история, подробно освещённая в серийных биографиях Владимира Ильича за авторством Роберта Пейна и Льва Данилкина. На новое жизнеописание Александра Ульянова в серии ЖЗЛ рассчитывать вряд ли приходится, но, думается, сборник очерков обо всех Ульяновых был бы своевременен и интересен многим почитателям серии.
Рецензия на книгу Льва Данилкина «Ленин: Пантократор солнечных пылинок»:
https://www.livelib.ru/review/1311856-lenin-pantokrator-solnechnyh-pylinok-lev-danilkin#comments
Рецензия на книгу Роберта Пейна «Ленин»: https://www.livelib.ru/review/1533946-lenin-robert-pejn#comments
51 понравилось
