Гардемарины, вперед!

Первый шаг сделан. Может, и не шаг еще, а только нога занесена для этого шага. Но коли занесена, так и опустится, сделал один шаг, сделаешь и другой. Так и дойдешь до светлых чертогов вице-канцлера.

И тут Саша увидел, что выражение "глаза полезли на лоб" отнюдь не гипербола, потому что если глаза Лукьяна Петровича остались на месте (при этом они как-то уменьшились и потемнели), то очки сами собой подпрыгнули и уместились на высоком морщинистом лбу их владельца.

Странная штука - жизнь. Все в ней идет по кругу, вертится, возвращается на уже прожитое. Словно одно огромное дело, а подследственный - сама Россия.

В самих знаках препинания чувствовалось вдохновение

Ничто так не жаждет справедливости, как неиспорченное демократией русское сердце!

Мысль, как известно, самый быстрый транспорт

Вера, как известно, горы двигает, но сознаемся- не всегда!

- Гаврила, тебя сожгут! За жадность. Тебе "подведут черту". Ты будешь корчиться в огне, а я не протяну тебе руку помощи.

- Да пропади ты пропадом, колючка репейная, со своими тайнами! Они мне не нужны. И сама ты мне не нужна, и отец твой, и тетка твоя постылая! - заорал Алеша.

• Не сметь тетку ругать!

- Тебя послушать, так умнее древних афинян нет никого!

• Вспомни Сенеку, - Никита умел быть невозмутимым, - оскорбление не достигает мудреца.
• Оскорбление словом, но не рукоприкладством, - горячился Саша. - А если мудрецу по роже съездят?

Кто больший враг человеку, чем он сам?

- Скажи, Никита, что такое любовь?
- Слиянье душ.

Русские оттого много пьют, что очень благочестивы. Пост возбраняет вам есть питательную пищу, и вы едите одни грибы. А грибы тяжелы и неудобоваримы. В России пьют водку, как могучее желудочное средство.

Честь — это твое достоинство, как ты сам его понимаешь. И если ты видишь неуважение достоинства твоей личности, — голос Никиты зазвенел, — то это надобно пресечь! Потому что… жизнь наша принадлежит отечеству, но честь — никому.

Жители Афин говорили, что честь у гражданина может отнять только государство.

Жизнь устроена из рук вон, миром правит глупость, случайность, подлость, безумие, но что ни говори, скуке в ней нет места.

Считается, что ссылают одного, и никто не пожалеет ни в чем не повинных людей — солдат и двух офицеров, что едут в эту глухую, забытую Богом дыру. А? Тебе не жалко конвой, Белов? Они ведь тоже люди!
— Мне очень жалко конвой, Василий Федорович, — твердо сказал Александр, опуская глаза в пол. — И палача жалко. Считается, что наказывают одного, а получается — двоих.

Должность хирурга приучила его спокойно относиться к виду крови и хрусту костей, какая разница, где свежевать плоть — на дыбе или операционном столе?

Любовь - надёжная валюта в политической интриге.