Мерлин. Моргана. Артур

У меня есть только один принцип, и философия моя проста, государь. Мудрецы, подобные Мерлину, Моргане или тебе, всегда все усложняют. Они вопрошают: в чем первопричина жизни, которая помогла бы нам понять природу смерти? Или же спрашивают: диалектика жизни и смерти относится к явлениям божественным или механическим, и, поскольку этот великий закон служит первопричиной всех других законов, является ли они объектом метафизики или манипуляций шарлатана? Я же воспринял атараксию Зенона и Эпикура не как конечную философскую цель всего существования, но как принцип: если жизнь и смерть мне равно безразличны, все становится простым. Следовательно, не имеет значения ни мудрая, ни безумная голова. Безумная лучше - она забавнее.

невозмутимость или спокойствие духа

Она видела, как одержимо трудится этот могучий и неутомимый старик, беспощадно отбрасывая все, что казалось ему приблизительным или неумелым, воздвигая здание такого совершенства и красоты, словно он стремился вновь сотворить мир, который на сей раз будет лишен изъянов, словно хотел исправить в мертвом и неподвижном веществе то, что не смог уничтожить в живом теле и в живой душе, словно жаждал, невзирая на сокрушительное поражение, нанесенное ему историей, которая осталась глуха к его мольбам увековечить Круглый Стол, воссоздать идеал, используя в качестве строительного материала камень и слова, чтобы навсегда остановить ускользающее прошлое, побежденную мечту и мертвую плоть, словно преображая трудом рук своих гибель Логриса в нетленное торжество того, что могло бы быть. И Моргана вспоминала его слова, произнесенные в Кардуэльском лесу три четверти века назад: "Нужно попытаться построить дом в пустоте".

- Чего же ты боишься, маленькая Моргана? Того ли, что солнечный очаг важнее, чем та жизнь, что греется в его лучах?

- Да, Мерлин. Ведь если очаг вечен, а люди смертны и преходящи - это значит, что сам очаг лишен смысла и что конечная целесообразность, присваиваемая человеком каждой вещи - с точки зрения своего ничтожного и призрачного бытия, - в действительности ничего не стоит и является лишь обманом. А сам человек, как и все живое на Земле, - лишь мимолетная тусклая тень, которую горячая материя отбрасывает на материю холодную, оплодотворяя ее и рождая тем самым иллюзию жизни. Меня возмущает, что центр Вселенной лишен причины и смысла, тогда как одушевленное порождение случая, едва копошащееся под его ярким светом среди других тел, бесцельно блуждающих в пустынном пространстве, как раз способно постичь цель и что эта способность служит ему лишь для того, чтобы острее осознать свое собственное ничтожество.

- Невежество порождает страх, который побеждает суеверие, - сказала Моргана. - Вот почему я жажду познания. Слова твои усилили желание, но также и страх. Ведь если познание открывает природу вещей. не открывая конечной цели или, хуже того, открывая, что цели не существует, то не порождает ли оно еще больший страх, чем невежество? Невежественный человек ищет спасения в суеверии. но где искать спасения тому, кто овладел познанием, которое уничтожает надежду на спасение?

- В сомнении, - ответил Мерлин.