Школа насилия

Так легко влюбиться в собственную ученицу, когда тебе под сорок, жена тебя бросила, и ты не можешь найти общий язык с собственной 12-летней дочерью...Легко отдаться фантазиям и намечтать себе новую жизнь (которая, видимо, должна начаться с приходом в нее юной девушки), вот только бы со старой жизнью вначале разобраться... Работа тебе опостылела, ты сам не веришь в то, что говоришь, что преподаешь этим неокрепшим еще умам. Ты удивляешься жестокости этих ребят - хотя с чего им быть другими? На уроках царит полная анархия, учитель монотонно вещает им что-то из хрестоматии - собственного мнения давно ни у кого уже нет. Историк, который считает прошлое лишь подставкой под настоящее, а все остальное бредни и сказки. Равнодушен и безразличен ко всему: людям, событиям, культуре. Германию считает провинциальной провинцией...Руководит драмкружком и предлагает детям, несовершеннолетним подросткам, пьесу...об абортах и минетах. Что в голове у этого человека?

"Вопросы так и сыплются. Вопросы, которые не ищешь, но непрерывно находишь. Они как удары кнута, они требуют ответов, которых не ищешь, но находишь, они гонят тебя все дальше. К следующему вопросу. И ты опять отступаешься и ощупью бредешь дальше, все дальше. Бесконечное число вопросов, тщетные поиски ответов - вот что происходит"

Увидев на дочери джинсы и укороченный топ, он считает это нарядом ш.... и идет и покупает ей красное бархатное платье с декольте и большим вырезом на спине, делает ей педикюр и угощает коктейлями в баре - 12-летнего ребенка поить алкоголем...Странно, как такой человек, как главный герой - Франк Бек - вообще стал учителем, по-моему, его вообще нельзя подпускать к детям, ни к чужим, ни к собственным (ради его и их блага).

Насилие в школах переворачивается школой насилия. Здесь бьют и унижают, и детей, и учителей. Достается всем. Дурной пример заразителен, а хороших примеров как-то недостает. Бывает...Вот что бывает, когда от воспитания уклоняются и родители, и педагоги.

"Мы сорвались с привязи. Происходит какая-то путаница. У нас из-под ног уходит почва старой планеты, нас уносит прочь, нас едва удерживает сила притяжения. Мы еще вращаемся по орбите спутника, достаточно близко, чтобы вообразить, будто принадлежим к миру, но уже достаточно далеко, чтобы не вмешиваться во внутренние дела мира..."

Вот что бывает, когда взрослый зрелый человек начинает фантазировать о ребенке. Но ведь карма - та еще стерва. И наказание совсем близко...4/5 (немного огорчил открытый финал такой весьма увлекательной книги вроде бы с совсем банальным сюжетом - запретная любовь преподавателя к ученице - но подано в весьма оригинальной манере) И написано, кстати, очень красивым языком, что есть, то есть. Такая, я бы сказала, очень философская история для взрослых (о любви, смысле жизни, обществе, современной цивилизации )( с небольшим эротическим подтекстом).

"Я никого не узнавал, и прежде всего себя самого. Откуда мне было знать что-то о себе, если я даже не мог сказать, с кем имею дело. Без собеседника нет и "Я". Нельзя изобрести себе "ты", нужно с ним сблизиться. Нет близости, кроме любви. А любовь, что это такое?"

Действительно, что такое любовь в понимании таких вот людей, как главный герой? Новый вид извращения? Или банальное желание обладать, присвоить, доминировать? Вот просто интересно стало...

Монолог насильника. Или жертвы. Провокационная и драматическая история об отношениях отцов и детей, "поколения экс-" и «поколения next», новый взгляд на проблему набоковских лолит и их престарелых опекунов. От первого лица, что-то типа дневника или невнятных, путаных и спутанных заметок стареющего учителя истории. Он патологически влюблен в свою ученицу Надю, она встречается с главным хулиганом школы, носит зеленые колготки и представляется нашему герою воплощением юности, смелости и свободы. Герой бегает по пустырям, каким-то паркам, чтобы прочистить мозги и вернуть своему дряблому телу форму. Ученики дразнят его, провоцируют, угрожают, издеваются, он постоянно взвинчен и напряжен. И только бумаге он может доверить свои полубезумные мысли, то ли роман пишет, то ли наизнанку выворачивается, то ли от наваждения пытается избавиться, от видений и голосов… пишет длинными, сложными, сумбурными предложениями, разговорным, рваным языком, будто сам с собой спорит, себе же исповедуется, путается в собственных мыслях и безуспешно пытается понять себя… Телевизор не выключается никогда. Среда обитания состоит из бесконечных выпусков новостей, сцен из дешевых фильмов, неоновых вспышек и нудной рекламы… Напряжение прорывается насилием. Вроде бы и не явно экспериментальный по форме, текст-монолог Нимана не так уж легко дается в руки, и вряд ли с ним можно "скоротать вечерок". Это роман-размышление, роман-поединок, роман-монолог 38-летнего учителя, тщетно ждущего собеседника. Подростки для него - как манящий и недоступный древний город для археолога. Свой предмет наблюдения он пробует на вкус, цвет, запах, даже порой переходит на их язык, - Ниман очень органично выдерживает сбивки с философских абстракций и цитат из педагогических книг на подростковый сленг - но нисколько не приближается ни к 12-летней дочери, ни к 17-летней вдохновляющей его Наде, ни к ее разношерстной классной компании. Он только рисует этот групповой портрет, нервными мазками создает образ поколения, выбирающего пепси и автоматическое оружие. Чужой среди своих, так никем и не ставший для чужих, четко понимает - насилие в каждом. И финал с ножом в руках хорош, но предсказуем.

Что в этой книге интересного? Аннотация! О да, она очень интересная и захватывающая, на ней следовало бы и остановиться. О чем эта книга? Скандальная история любви школьного учителя и его ученицы? Нет! Любовь, конечно, есть. Но, на мой взгляд, это не порочное вожделение, а скорее просто восхищение стареющего учителя молодой ученицей. История о конфликте поколений, проблемах воспитания современной молодежи? Может быть, если вы сможете парочку умных мыслей выловить в этом потоке сознания сходящего с ума учителя. Но даже они не спасают эту историю, скорее они ее только портят, делая ее еще нуднее. Так о чем книга? Скорее о том, что профессия учителя опасна и трудна, самоотверженно трудясь можно сойти с ума. Мне эта история напомнила другую историю про школьного учителя - "Географ глобус пропил". Если пофантазировать ее можно представить таким своеобразным сиквелом "Географа". Например, прошло время, Служкин опять работает в школе, только уже учителем истории, он развелся с женой (она все-таки ушла от него к Будкину), дочка подросла, он живет один, продолжает пить. В периодических приступах белой горячки он воображает, что к нему в гости является Андрей Малахов, и Служкин ведет с ним разговоры, рассказывая ему о своей жизни, о своей любви к Маше, которая сделалась только сильнее, не забывая, периодически обсуждать и ежедневновыходящее шоу самого Андрея. А когда он с учениками отправляется в очередной поход у него окончательно сносит крышу, развивается мания преследования и непонятно кто кого прикончит, то ли он учеников, то ли они его. Автор оставляет сей вопрос на суд и фантазию читателей. Шутки шутками, да вот только Алексею Иванову за его "Географа" пять, а вот этому "шедевру" и единица много! У Иванова есть сюжет, есть действо. Наш Служкин оказался учителем волею судеб в отличие от сей немецкой версии. Но свою работу он воспринимает гораздо серьезнее. Он действительно понимает, что он занимается важным делом, как-то пытается, может не очень удачно и довольно своеобразно, но образумить и действительно хоть чему-нибудь, но научить своих учеников, если уж не географии, то хотя бы жизни. В немецкой версии нет ничего, нет начала, нет конца, есть только пьяный бред. А учитель по отношению к своим ученикам предпочитает занимать пассивную позицию, наблюдая со стороны, что и как они вытворяют. Преследует их, уверенный в том, что его преследуют они. Отчего ответная реакция учеников на его поведение совсем не удивляет. Возникает только вопрос: как такому психически нездоровому человеку позволили работать в школе?

P.S. Во время чтения у меня постоянно в голове крутилась одна песня команды КВН "Парапапарам", куда по всей своей сути, наверняка, прекрасно вписался бы и этот роман.