Без судьбы

А вот тут я безумно буду злиться. Я думаю, ни для кого не секрет, что я не люблю премии и всякие награды, которые вручают непонятно за что. Однако, я безумно люблю книги на военную тематику, в этом весь и подвох – кажется что тут всё должно быть идеально, поскольку автор – он же главный герой этой книги, всё пережил на себе. Но в этом и большущий недостаток, та же выдуманная история «Ключ Сары» и то в разы сильнее вышла и натуралистичнее, чем биография автора.

Я, конечно, понимаю, что автор хотел изложить свою жизнь так, чтобы все поняли, как ему больно. Однако, зачем писать то, о чём ты вообще говорить не хочешь. Если тебе плохо, если тебе больно, то не говори никому, оставь всё в себе, зачем книгу писать. Кто-то говорит, что в ней нет тех соплей и чувствительности и сожаления, как в других книгах, да? Да она сухая и чёрствая и абсолютно не поясняет, что же происходило в этих лагерях. Однако, когда ты видишь живого участника войны, который прожил в лагерях, ты хочешь деталей и подробностей, а вместо этого, тебе говорят, что всё хорошо, что всё замечательно и извините, плохо было, но лишь в начале, а потом, получаешь уже удовольствие. Я этого не понимаю, и не считаю это крутым и уникальным и вообще нужным кому-то. Да, это конкретный взгляд, но это не помогает понять чувства других. И наоборот с каким-то пафосом говорит, что вы чего ноете, я вот не ною и мне хорошо, а у вас что стряслось? Да, мне жаль героя/автора, но, к сожалению, это лишь толика тех чувств, что я испытываю к жертвам той системы. На фоне Шпильмана, данный автор ничего по ходу дела и не испытал. Да и какой автор еврей, если ему всё равно до своей веры и до своей культуры.

Я люблю и одновременно страшусь книг о войне и трагедии евреев. Мне тяжело и вместе с тем до жадности любопытно их читать. С каждой страницей перед глазами встают страшные картины, от которых горло сжимает тугой комок, и облегчение — от того, что весь этот ужас в прошлом.

Эта книга отличается от остальных. Она тоже рассказывает о еврейском мальчике, которого по пути на работу забирают в трудовой лагерь, а затем в Освенцим и Бухенвальд. Вот только он не паникует, не сетует на судьбу, не думает о смерти и не тоскует по дому. Он просто живет, не имея в мыслях ни прошлого, ни будущего, - только настоящее. Только минуты, идущие одна за одной, то бессмысленные, то наполненные чем-то. И единственная его задача — выжить, прожить эту минуту, потом еще одну, потом еще и еще... И он живет: изнывает от скуки, падает от усталости, ожидает лагерную похлебку, а получив раны, перевязки и визиты врача. Он не ненавидит всех немцев и не любит никого. Просто живет. Это, наверное, единственный способ выжить в таком месте.

И все же я не могу сказать, что история мне понравилась. Слишком ровно и равнодушно для меня, несмотря на саму тему. Но я восхищаюсь и поддерживаю главного героя в его стремлении не забывать ничего, что с ним произошло. Это его жизнь, его судьба, и о том, как она проходит, нужно помнить каждое мгновение.

Прочитано в рамках игры «Дайте две!» light-version, январь-февраль 2013

Чем-то мне напомнило это произведение другое творение - "Человек в поисках смысла" Франкла. И там, и здесь о евреях в концлагере, как они теряют смысл жизни, веру в завтрашний день; как голодают, как с каждым днем душа и тело стареет; как человеческие эмоции и чувства гаснут из-за физических потерь. Только Франкл на узников смотрел глазами психолога (недаром эту книгу изучают на курсе кризисной психологии), а Кертес - взглядом самого заключенного.
Книга безусловно интересная. Она заставляет задуматься надо жестокостью мира и самих людей, над бесполезностью войны и нечеловеческой идеей фашизма. Кто неравнодушен к истории, кому хочется взгрустнуть и перед глазами увидеть картинки из документальной хроники, но в других ипостасях - тому можно почитать "Без судьбы" и тайно радоваться, что у самого судьба есть.

Это уже не первая книга из серии "Проза еврейской жизни", которую я читаю. Мне интересно узнавать о войне из разных источников. Ведь все прошли её совсем по-разному. Милионы погибших, покалеченных. Изуродованные жизни, города. Но были ведь и те, кому "везло", если в данной ситуации можно употребить такое слово. Например, в книге "Танцующая в Аушвице", главная героиня рассказывала, как вольготно ей жилось зачастую и как ей удавалось договариваться.

Вот и герой этой книги. По сути не увидел самых ужасов, хотя, конечно, и он натерпелся по самую глотку. Но удача улыбалась ему с самого начала. Однажды его сняли с автобуса и привезли в Освенцим. Но там он пробыл всего три дня и отправился в Бухенвальд. Автор рассказывает нам о том, как отличаются эти два концлагеря, о распределении новеньких, о еде. И вот если бы его не отправили дальше, он точно не продержался бы этот год. Бухенвальд и ещё один небольшой лагерь позволяют прожить главному герою долгое время будучи неходячим, с ужасными ранами на ногах.

Для меня было очень удивительно, что его вообще взялись лечить. Не говоря уже о том, как долго это делали. Несколько раз он переезжал из одного лазарета в другой и несколько раз ему на пути встречались хорошие люди - врачи и санитары. Но я не могу понять, почему эта книга не пропитана благодарностью к этим людям? Тебе спасли жизнь. Самое дорогое, что у тебя есть. Да, до того, как попасть на лечение, были и побои, и жестокости, и нелюдское отношение. Но тебя лечат. Тебя таскают на руках. Тебя спасают. Я постоянно провожу паралелли с другими произведениями. Например, мне сразу вспомнился Андрей из "Судьбы человека", которому дали хлеб, сало и который всё это не съел сам, а поделился с такими же голодными, как он сам. В то время как главный герой "Без судьбы" в какой-то момент стал получать доп.еду от одного сжалившегося санитара, но и не думал разделить её с кем-то, даже с тем, с кем он подружился. Может, я не права и это исключительно закон самосохранения, только вот раньше этот закон у главного героя не срабатывал, он был готов лечь и умереть.

Так что это книга - это не книга о сильном человеке. Это книга о случае. О том, что от национальности не зависят качества человека. А здесь встречалось очень много различных народностей! Мне кажется, нигде ещё раньше я не читала и о венграх, и о чехах, и о поляках, и о французах, и о русских, и о цыганах.

У этого произведения есть какой-то необычный феномен. Ты читаешь-читаешь, читаешь-читаешь, а всё кажется, что ничего ещё не начиналось. Через 40, 80, 100, 150 страниц ничего не меняется. То, что могло стать хорошим зачином тянулось, тянулось, тянулось... до самого момента, пока герой не заболел. И, наверное, даже чуточку больше. То есть, примерно первые семьдесят процентов книги было описано так, как будто ничего особенного и не происходит. И суть в том, что сам герой так и считал. Бьют - а разве может быть иначе? Не доедаешь - а разве может быть иначе? Полное смирение. Хотя пара моментов есть так описаны, что видно - автор знает о чем говорит, автор умеет создавать "живые" описания. Но почему не вся книга такая?

Помимо всего прочего, очень разочаровала концовка. В самом начале нам показывали романтические настроения. Спустя год главный герой, которому всего 16 лет, даже не вспомнил о девушке, о которой так тепло отзывался. То есть о ней нет даже мысли. Я могу понять, что за год лишений мысли могут совершенно изменится, но мне непонятно, почему не было вообще упоминания об этом персонаже. И, конечно, восприятие героя всего произошедшего с ним меня тоже очень удивило. Да, я понимаю, что иногда просто не выжить, если переживать всё снова и снова и сухость повествования может спасти. Но я лично не единожды разговаривала с бывшими узниками концлагерей, читала множество статей и заметок, и даже за сухим рассказом чувствовалась вся боль, которую довелось испытать людям. Волнение прикрывалось шутками. Что-то очень тяжелое подавалось как что-то невероятное. Имре Кёртис вроде бы говорит о себе, но всё такое обезличнное, словно его там и не было.

В шестнадцать лет я впервые столкнулась с безосновательной ненавистью. До этого люди вели себя плохо из-за предубеждений, зависти, другого воспитания и финансового положения. А здесь девушка меня возненавидела просто так, с первого взгляда. Только в конце учебы я смогла расположить её к себе бескорыстным поступком.
15-летний Дёрдю Кёвеш тоже столкнулся с безусловной ненавистью, действиями, которые нельзя понять или оправдать. У него была обычная жизнь, обычные увлечения, стремление наконец быть самостоятельным. И тут вдруг всё изменилось. Неожиданно он стал рабом, гонимым по непонятным причинам. Кертес показывает, что все евреи в концлагерях были разными, имели различное воспитание, уровень религиозности, взгляды. Их объединяло лишь одно:

страдали без причины, гибли как мухи, мучались.
В пятнадцать лет мальчику пришлось узнать, что такое небесный телефонный номер, чем лагеря смерти отличаются от трудовых лагерей и когда болезнь лучше здоровья. Через год он отлично понимал свою соседку, которая пыталась осознать - за что?
Всё же мне непонятно - почему он не узнавал об отце ? Склад ума Дёрдю, хоть и положительный, напомнил мне персонажа из "Постороннего" А. Камю .
Больше всего в книге мне понравилось, как автор показал циничное, чёрствое общество, общественные заблуждения благодаря дезинформации и правду о государственной помощи пострадавшим. Концовка - лучшая часть книги.

Мне трудно писать рецензию на такие книги. Это не просто книга это история. И мы ее никогда не забудем, мы не должны этого забывать. Ведь мы все люди и все одинаковы, не зависимо от цвета кожи, от национальности, от веры исповедания. Так почему же происходили такие ужасные события? Пытаясь создать чистую нацию, арийское государства они истребляли не в чем не повинных людей только потому что они евреи.
Это история об обычном парни. Живет он в Будапеште. Учится, помогает отцу и мачехе в магазине. Просто обычный парень который на куртке носит желтую звезду Давида обозначающую еврея. И этим все сказано. Если ты еврей у тебя нет никаких прав, ты даже не человек. Тебя просто могут высадить из автобуса на которым ты ехал на нефтеперегонный завод на принудительные роботы и отправить в Освенцим, Бухенвальд, Цейц. И начинается самое большое испытание в твоей жизни. Испытание веры, силы воли и самое важное жажды жизни. Ведь по другому не выжать в этих условиях. Он смог, он выжил. Вернулся домой и продолжил свою жизнь. Эму советовали забыть тот ад, ведь по другому ты не сможешь начать все сначала говорили ему люди. Он не мог им объяснить ведь те кто не пережили этого не могли понять того что там не все было так уж плохо.

К своему собственному сожалению, я осталась равнодушна к этой книге. Возможно, она и не должна была брать за душу, но точно мне кажется, не должна была быть такой безэмоциональной. Может быть, это был авторский прием: показать, какими бесчувственными становятся люди в условиях жизни в концлагере. Но это отсутствие эмоций наблюдалось уже в начале книги, когда у подростка были друзья и первая влюбленность, когда отца забирали в трудовой лагерь. Уже тогда он был каким-то слишком уж спокойным.
Мне не кажется, что нужно выжимать слезы у читателя, но просто необходимо и очень важно продемонстрировать весь УЖАС той ситуации, что невозможно сделать, если повествование будет таким сухим.
Я не могу сказать, что книга не понравилась, поскольку, наверное, неправильно так оценивать истории на подобные темы, но она однозначно слабее того, что я уже читала. Слабее "Смерть - мое ремесло", слабее "Уроков милосердия", намного проигрывает "Бабьему Яру".

Потрясающая книга. В ней нет в полной мере всего того ужаса концлагерей, который я намеревалась увидеть. Спокойное, ровное, почти безэмоциональное повествование, но я буквально слышала этот внутренний крик 15-летнего мальчика, прошедшего ужас трех концлагерей.

так спокойно нельзя, просто нельзя рассказывать, потому что при таком спокойном повествовании крышу начинает "срывать" именно у читателя. Очень пронзительная книга. Почему-то у меня в голове все время вспоминается "Мальчик в полосатой пижаме". Причем буквально с первых строк книги.

Книга после которой хочется молчать. Очень тихо...

Это, безусловно, одна из самых странных книг о концентрационных лагерях из всех, которые мне попадались. Понятное дело, что герой тут -- сам автор, и это воспоминания, а значит, к ним нужно быть снисходительнее, но... Очень плохо вяжутся друг с другом части, скорее всего, из-за того, что книга писалась потом, уже взрослым человеком, уже имевшим весь опыт прожитых лет.
Непонятно, как на фоне предыдущей жизни до концлагеря мог получится настолько блаженный человека. Нет, понятно, большая часть убитых и замученных до последнего не верила в происходящее, это тоже психология. Но герой именно что получился блаженным. Чтобы так воспринимать путешествие в поезде, например, ему надо было жить несколько другую жизнь прежде. Точно не учиться в гимназии и не иметь, пусть и когда-то, состоятельного отца. Он же подросток. Он был бы возмущён. До слома в нём царили бы другие эмоции, если только этот слом не произошёл почему-то раньше. И вот тут диссонанс.
Безусловно, побыть Полианной в концлагере -- тоже способ сохранить разум. Но тогда непонятны рассуждения... они слишком уж осознанные, глубокомысленные для такого человека. В особенности в последней главе, где разговор с родными. Очень бросается в глаза, что это уже рассуждения из зрелости человека, из переосмысления потом, сильно потом.

Хотя сама идея описать происходившее под таким углом -- необычна, интересна и в чём-то даже вызывающа.

1001 books you must read before you die: 431/1001.

Вы знали,что Имре Кертес был узником концлагерей Освенцим и Бухенвальд? Поэтому его работы заслуживают пристального внимания. Многие писатели проповедовали идею "человек выживает в ужасных условиях благодаря идеалам и жизнелюбию". Что, если часть людей выжила благодаря отчужденности от происходящего, повинуясь скорее животным инстинктам, стараясь не задаваться сложными вопросами, просто живя настоящим? Что, если выжить в условиях, где тебя обезличивают, где общество просто закрывает глаза на реальность, можно лишь проживая эту жизнь как бы вне себя, смотря на это со стороны? Что, если надежда губит, заставляет смириться, принести "необходимые" жертвы, а правило «поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого так же как к цели, и никогда не относился бы к нему только как к средству» помогает продержаться? Если концлагеря стали возможны в цивилизованном обществе, то стоит ли говорить о прогрессе и идеалах? Может лучше поговорить о деградации большинства и беспомощности остатка? И люди, которые забыли все прекрасное, стремления к светлому будущему, восприняли новую реальность как обыденность, поняли, что с ними обращаются как со зверушками и стали чувствовать не намного больше этих самых зверушек, смогли выжить, не занимались саморазрушением, самоистязанием? Одного спасают идеалы, многих спасает отрешенность - почему нет? Каждый сам за себя. Благородство одного умерло там, где умерло благородство народа, власть имущих. Делай то, что должен, не терзайся, сейчас другие законы и другие ценности. Конечно, нам хочется верить в сказку, хочется надеяться, что побеждают и выпутываются самые великодушные, мудрые, великолепные, но так ли это? Мальчик, попавший в ад, живет своей жизнью, ценит светлые мгновения настоящего, он в моменте, в потоке, как сейчас модно говорить.Он действует тогда, когда это имеет смысл. Если читатели хотят насладиться страданиями, внутренней жизнью жертвы, то им не стоит брать эту книгу, это слишком честный формат. Книга не для тех, кому нужен мученический десерт. Кертес просто побуждает понять вот что: