Остров Сахалин

Зная, каким пессимизмом проникнут чеховский взгляд на мир, заметки о путешествии по моей малой родине, признаюсь, открывала с трепетом. Итак, из чего складываются впечатления Чехова о многих сотнях километров между Тюменью и Иркутском...
Грязь, разливы рек, дороги, по которым невозможно ездить, - но тут ничего удивительного, учитывая время написания заметок. Робкие, забитые начальством почтальоны. Самодуры-чиновники.
Однообразный унылый пейзаж (это дело вкуса, впрочем):

Уклад жизни удостоился похвал:

Но без ложки дегтя не обошлось:

Об обычаях отзыв даже лестный:

Но также о сибиряках устами одного персонажа из местных:

• Народ здесь в Сибири темный, бесталанный. Из России везут ему сюда и полушубки, и ситец, и посуду, и гвозди, а сам он ничего не умеет. Только землю пашет да вольных возит, а больше ничего... Даже рыбы ловить не умеет. Скучный народ, не дай бог, какой скучный! Живешь с ними и только жиреешь без меры, а чтоб для души и для ума - ничего, как есть! Жалко смотреть, господин! Человек-то ведь здесь стоящий, сердце у него мягкое, он и не украдет, и не обидит, и не очень чтоб пьяница. Золото, а не человек, но, гляди, пропадает ни за грош, без всякой пользы...

  Гораздо жестче о сибирячках:

А еще Сибирь, по словам Антона Павловича, отличается отсутствием развлечений и, как следствие, повальным пьянством, особенно среди местной интеллигенции.
Досталось, в общем, нам от классика на орехи. :)
(Но вот что я вам скажу - сам он скучный привиреда! :))

в одной из рецензий уже упоминался роман Мураками, где главный герой зачитывает кусок из "Острова Сахалин", и мне вдвойне стыдно, что я прочитала эту книгу только сейчас, поскольку собиралась это сделать еще со школьного времени.
Чехов проделал поистине огромный труд, собирая информацию, как о каторжных, так и туземцах, открывая читателю совершенно чуждый и дикий мир, впрочем после "Архипелага" меня многие вещи уже не удивляют, но все-таки, поражает то, каким может быть человек.

В рецензиях пишут, что книга нудная и тяжелая. Отнюдь, Чехов - талантливый писатель, на мой взгляд, единицы могут так толково, ясно, четко и понятно изложить такой огромный объем информации всего в 300 страниц. Если не нравится документалистика, то и брать в руки, конечно не стоит, поскольку это не художественное произведение.

С самой книгой впервые познакомилась в школьные годы, когда она попала в список чтения на лето.
В тот момент книга показалась абсолютно неинтересной и напоминала скорее инвенторное изложение фактов, будто смотришь в чей-то дневник с черновыми заметками, не до конца оформленными в сложенный текст.
Спустя годы удалось посетить одноименный музей книги в г. Южно-Сахалинске (который действительно содержит удивительные композиции, которые наглядно показывают условия жизни каторжников в те годы), и возникло желание перечитать книгу с новыми мыслями и другим видением. Могу сказать, что Чехов проделал колоссальную работу в рамках того времени. Сама дорога на далекий остров была уже непростой, что говорить о том, как тщательно и детально он посетил каждое поселение, каждый уголок на этом кажущимся суровом и неприступном острове.
Все тонкости раскрываются через его общение с живущими там людьми, как каторжниками, так и свободными людьми. Каждый из них живой, со своими мыслями и историей, своими радостями и горем. И то насколько они настоящие и живые ты легко чувствуешь сквозь написанный текст.
Одназначно рекомендую тем, кому интересно погрузиться в небольшой период истории одного острова и то впечатление, что он произвел на одного из самых известных до сих пор русских прозаиков.

Все его любили, а потом забыли,
На земле остался он один.
И идёт по склонам, по траве зелёной
Человек, влюбленный в Сахалин... - это строчки из песни в исполнении И. Николаева, но они написаны точно не про население Сахалина периода начала XX века.

Чехов совершил подвиг: отправился в путешествие через Сибирь на столь дальний остров, где описывал все, что видел и собирал разные данные как этнограф – беседуя с людьми, и как историк – рассматривая документы. При помощи своего писательского таланта, а также медицинского образования он обобщил все. Данное произведение автобиографического характера, представляющее получить огромное количество информации о социально-экономической, этнической, географической жизни Сахалина.

Описание не радостное, не потому, что автор не полюбил остров, а потому, что там такая обстановка. Основные жители – каторжные, условия их жизни – ужасные, администрация – сами похлеще любых каторжных, медицина в минусе, а центральной власти просто плевать. И все это в окружении тяжелых природно-климатических условий.
Кроме того, Чехов включает и свое собственное мнение об увиденном, но к его чести стоит отметить, что оно всегда аргументировано и выделено отдельно.

Сами жители Сахалина, описанные Чеховым, лишь ждут, когда кончится их ссылка, и они смогут уехать на материк. Но не всем это удается.
Книга ассоциируется у меня с осенней погодой: серой, хмурой, когда бесконечно идет дождь и никакого просвета солнышка. Но это не из-за писателя, а из-за событий, происходивших там.

Пара цитат из книги, особо запомнившихся и ярко характеризующих все произведение в целом

Из Александровска в Дуэ ведут две дороги: одна - горная, другая - по берегу моря. Мыс Жонкиер всею своею массой навалился на береговую отмель, и проекз по ней был бы невозможен вовсе, если бы не прорыли туннеля. Рыли его, не посоветовавшись с инженером, без затей, и в результате вышло темно, криво и грязно. Сооружение это стоило очень дорого, но оно оказалось ненужным, так как, при существовании хорошей горной дороги, нет нужды ездить по береговой, проезд по которой стеснен условиями отлива и прилива. На этом туннеле превосходно сказалась склонность русского человека тратить последние средства на всякого рода выкрутасы, когда не удовлетворены самые насущные потребности. Рыли туннель, заведующие работами катались по рельсам в вагоне с надписью "Александровск-Пристань", а каторжные в это время жили в грязных, сырых юртах, потому что для постройки казарм не хватало людей.

Путевые заметки писателя по следам его путешествия на остров Сахалин.
Бодренькое начало, а потом - поселения, цифры, повторы. Однообразие тянется от главы к главе с минимальными отвлечениями. Но описав все каторжные поселения, Чехов переходит к частностям, среди которых можно найти и занимательные наблюдения, исторические подробности, этнографические особенности.
Помимо статистических данных и условий жизни каторжников, Чехов также делится знаниями о народе айнов, о временах принадлежности острова Сахалин японцам, о разнице названий рыбы кета и зубатка; за счёт чего заметки читать интереснее.
Впечатление от книги - перегруз. Информация в общих чертах вложена (точные данные в виде цифр пробегал глазами, чтиво меня утомляло статистикой и повторами), но удовольствия не получено.

Любопытно было для меня прочитать путеводитель (так как книга является настоящим путеводителем) по Сахалину конца 19-ого века с точки зрения знаменитого Чехова. По тщательно составленным спискам всех возможных показателей (рождаемости, смертности, грамотности и т.д.) трудно узнать драматурга, автора таких пьес, как Чайка, Вишнёвый сад, Дядя Ваня и Три сестры. В поре Чехова Сахалин представлял собой маленькое государство (хотя, конечно, в рамках Российской империи). Чехов в этих отдалённых краях исследовал быт привезённых сюда из материка арестантов и быт остатков коренного населения гиляков и айно.
Сначала я ожидал скучное чтение (списки и цифры всё-таки на первый взгляд не такие уж привлекательные) и был приятно удивлён. Чехов - молодец!