Эту книгу стоит читать оптимистам, потому что они смогут посмеяться над депрессией, которой книга пропитана насквозь. С другой стороны, она понравилась одному из моих друзей, а он эмо, так что и среди пессимистов найдутся ее поклонники, которые любят читать про страдашки.
А теперь по порядку. Начиналось все с довольно яркого цвето-насыщенного гимна Солнцу. "Золото в лазури" - действительно золотое, огненное, переливающееся. Но это единственная яркая и светлая часть книги, поэтому не стоит на ней обманываться. Кстати, в ней же два очень неплохих стихотворения: "Образ вечности", где автор эту Вечность возлюбил (кстати, потом он очень скоро передумает) и "Душа мира". Их, пожалуй, даже могу рекомендовать к прочтению без всяких опасений. После Солнца стихи спускаются на землю, а точнее к людям. Ну, люди - они люди, так что в основном про любовь, взгляды, вздохи. Стоит заметить, что пока все мило и легко. От людей автор (а, может, редактор, тогда у него странный вкус) перешел к сказочным "Образам". Смешиваются великаны, гномы, скандинавские мотивы и сатиры и кентавры. И в этой части попалось первое стихотворение, которое намекнуло, что дальше-то все будет не настолько светло и невинно, как начиналось - "Игры кентавров". Заодно несколько раз мертвецы встали из гробов, но это тоже только начало темы смерти. :)
И хотя до этого места, а точнее до "Багрянца в терниях", автор хоть и писал без явно негативных образов, но некая грусть и безысходность присутствовала, что он ничего не может сделать и поменять, то дальше эта грусть превратилась в тоску, депрессию и черноту. Началось с отожествления себя (т.е. автора и гг стихов) с пророком, у которого ничего не получается. С такими мыслями точно не получится :)
А дальше автор переключился на Россию и российские дороги, а все знают, что тут радости взяться точно неоткуда. Зато запросто где-то по дороге можно найти труп. То кто-нибудь под поезд бросится, то каторжник, сбежавший из Сибири, утопится. Еще же бурьян "иглу в сердце" путнику вонзит, тем более, что стих про этот самый бурьян стоит после "Вечерка", где описан какой-то Сайлент Хилл. Ах да, там же еще осинка просится ее сломать на посох - "Сломи меня в корне"!
И какая же Россия без деревень. Но и в деревнях все не так просто, потому что тут много стариков (замечу, что богатых) и молоденьких девушек, если не сказать девочек. Да-да, почти без цензуры. Правда, есть попытки убить (успешные) того, кто совращает чужих жен и невинных девушек, но потом все равно начинаются страдания. Но стариков оказывается мало - появляются старики-калеки, которые еще и на пауков похожи. И снова девушек отдают за них по расчету, потому что деньги нужны всем.
Ну а в городе в это время семидесятилетняя старушка ночью в дезабилье, пеньюаре и папильотках играет на пианино и вспоминает своих любовников. А в других домах все то же растление малолетних, "Праздники", "Вакханалии" и чего только нет. Зато есть таинственный мститель с маске арлекина, который разбирается с богатыми старичками-паучками. Замечу, правда, что постфактум.
А потом автор ударился в личную депрессию. Потому как появились скелеты, от лица которых идет повествование, особенно если они сами не понимают - зачем вылезли из могил. А еще герой постоянно умирает, лежит в гробу и смотрит, как над ним плачет жена, любовница, мать и далее родственники и знакомые.
Ну и в финале всего этого - стремительный бег Времени. А это еще один повод поплакать, что жизнь пролетела - а что хотели-то после стольких страдашек, пьянок (а они в книге встречаются часто) и глюков. :)
P.S. А язык интересный, вкусный. Даже не смотря на встречающиеся неверные ударения, хотя это я, наверно, к ним придираюсь - мне тут сказали, что у Пушкина ударения тоже скачут, хотя я лично считаю, что это минус даже для Пушкина :) Ну и некоторые фразы - прямо скороговорки - например, "Над крюшоном капюшоном капуцин шуршит" :)
9 понравилось
