
Ваша оценкаРецензии
Glaser1 февраля 2008 г.Целая эпопея. Хорошо показано, как обыкновенные люди переживали мировую войну, революцию, гражданскую войну. Гришка, простой казак, прошел не только через войну. Он все время ищет себя, пронеся любовь через всю жизнь.
7169
lilyacatty3 февраля 2026 г.Прекрасный роман, который окунает в жизнь казачества начала 20 века. Произведение так тонко написано, столько прекрасных диалектизмов использовано, с такой любовью автор пишет о родине. В романе показан упадок такого слоя населения того времени, как казачество.
Это лучшее произведение, что я читала за последний год!
Небольшой совет: при чтении используйте стикеры и отмечайте героев, чтобы читать вам было комфортнее, так как героев тут очень много.696
NikAnd30 января 2026 г.Человек своей надеждой живет
Читать далееЧитая книги Шолохова, убеждаешься, что по его эпохальным произведениям можно изучать историю России, причем сразу со всех сторон - талант и художественная честность автора отражается в нейтральности повествования, без занятия стороны конфликта, мировоззрений и идей, по крайнем мере именно в данном произведении. Глубочайшее понимание души простого народа, не зависимо от занимаемой ими позиции, умение отразить самобытность каждого общества и отдельного человека совместно с невероятным охватом событий не оставляет сомнений в заслуженной и не проходящей любви читателей к автору и признания всего мира.
«Тихий Дон» – начинаясь как история простой и размеренной жизни донского казачества перерастает в страшные события братоубийственных войн (в буквальном смысле), а все ради чужих идей или собственных заблуждений, не редко сменяющих одна другую. И за эти идеи ломались судьбы целых семей, рушилась жизнь невинных детей, которые росли без отцов, или вовсе оставались сиротами, молодые и здоровые люди делом которых было «работать и землю пахать» погибают не успев внести свой человеческий вклад – радоваться простой жизни, честной работе, любить, и передать свое человеческое тепло и опыт детям. Поражает на сколько переломны моменты в истории страны из-за столкновения идей, а именно отдельных ее личностей, которые провозглашают себя истинной правдой, знающих что будет лучше для страны и народа, но по сути гонящиеся за иллюзорной не сбыточной мечтой идеального общества в их глазах, которые при этом слабо представляют сам путь к этому и не поступающиеся ценой. А расплачиваются как обычно за это обычные люди - темные, малообразованные и не способные к собственному критическому мышлению, в связи с чем и легко ведомые, когда нравственный внутренний поводырь простого люда зависит только от ораторского мастерства «лидеров», веры или устоев общины с боязнью осуждения. Все эти внутренние терзания поиска правильного пути и метания совести ярче всего показаны в лице одного человека – Григория Мелехова, пытающегося и не способного понять смысл жизни ради служения чужим идеям и трепетно пытающегося сохранить последние искры надежды на лучшую жизнь и свою совесть, поэтому он чужой для всех.
В гиперболизацию общего направления повествования отражена и любовная линия главного героя, который и здесь испытал и настоящую любовь и не способность жить в любви и душераздирающие моменты, способные сломить виной самое черствое сердце.
Книга предшествует событиям описанным в Михаил Шолохов - Поднятая целина , поэтому советую читать «Тихий Дон» первой, чтобы не следовало за вами постоянное ощущение известности исхода событий. К слову, об экранизации 1957 года – не смотря на красоту визуальной постановки, фильм, к сожалению, не отражает и 10% событий и глубины книги.
6128
Babajtseva11 ноября 2025 г.Читать далееПомню как в школе прочитала я данное произведение в кратком изложении, сочинение написала, пятёрку получила и забыла.
Ибо во время беззаботной юности, не понять боль главных героев, а особенно женщин романа. Чужды понятия Родины и горести выбора.
Не одна слезинка не посетила тогда меня. А тут....когда тебе уже далеко не 15... будут и слёзы ,и гнев, и непонимание поступков.
Как волны Дона, будут вас швырять перипетии судьбы Григория и всего казачьего рода. Штормить, звать на глубину. А потом успокаивать редкими моментами тишины...когда лишь небольшая сюжетная рябь тревожит повествование.
И где-то там в глубине русской души, что-то встрепенётся и запросит Свободы и любви, ради которых и умереть не страшно.6322
Artshrayner12 октября 2025 г.Произведение, которое остается с тобой надолго - как тихий, но неумолкающий голос Дона
Читать далееРоман Михаила Александровича Шолохова «Тихий Дон» - одно из самых масштабных и пронзительных произведений в русской литературе XX века. Это не просто художественное повествование, а целая эпопея, охватывающая судьбы целого поколения, разорванного на части Первой мировой войной, Гражданской войной и революционными потрясениями.
Особенно поражает глубин аи достоверность изображения исторического времени. Шолохов мастерски передаёт атмосферу эпохи: от спокойной, почти идиллической жизни донских казаков до хаоса и братоубийственной жестокости, в которую погружается страна. Автор не идеализирует героев - он показывает их сложными, противоречивыми, часто разрываемыми между долгом, верой, любовью и выживанием.
Центральная фигура романа - Григорий Мелехов - становится символом трагедии человека, ищущего правду в мире, где правда постоянно меняет обличье. Его путь - это путь мучительных поисков, ошибок, утрат и внутренней борьбы. Через судьбу Григория Шолохов раскрывает общечеловеческие темы: верность, предательство, любовь, честь и цену свободы.
Особого восхищения заслуживают описания природы. Донская земля в романе - не просто фон, а живой, дышащий персонаж. Каждая весенняя оттепель, каждый зимний ветер, каждая степная гроза наполнены символическим смыслом и отражают внутреннее состояние героев.
Книга оставляет после себя тяжёлое, но необходимое чувство - чувство сопричастности к судьбам людей,оказавшихся в водовороте истории. «Тихий Дон» - это не просто великий роман, это зеркало эпохи и вечное напоминание о том, как хрупка человеческая жизнь в условиях войны и хаоса.
Мне роман понравился именно своей масштабностью, глубиной и честностью. Он заставляет задуматься, сопереживать и помнить. Это произведение, которое остаётся с читателем надолго - как тихий, но неумолкающий голос Дона.
Шедевр.6269
Tanistaia18 августа 2025 г.Об истории страны и казачества, о людских судьбах
Читать далееМонументальное произведение далось мне непросто. Как сказал муж, когда я пожаловалась ему, что чтение идёт туго: «Ты «Войну и мир» осилила? После этого «Тихий Дон» пойдёт как семечки». Но не тут-то было!
Мне очень понравилось то, как автор описывает героев, их характеры, отношения – они просто встают перед глазами, ты их слышишь их бесхитростные, но такие глубокие диалоги, ощущаешь исходящий от них запах свежеиспечённого хлеба, сена, свежей травы, разгорячённого коня – зависит от того, чем персонаж занимается.
Описание природы меня совершенно покорило: Михаилу Александровичу удаётся полностью погрузить читателя в определённое время года, он мастерски показывает красоту степи и реки, хуторов, любимых местечек героев.
Его талант воссоздать атмосферу того или иного события сказывается и на военных действиях: они описаны так, словно ты находишься внутри действа и становишься его непосредственным участником. Временами я настолько проникалась некоторыми сценами, что вынуждена была отстраняться от книги, чтобы успокоиться.
Конечно, я знала немного о судьбах основных персонажей (наверное, когда-то отрывочно смотрела фильм), но в целом роман стал для меня настоящим открытием. Там столько героев, столько событий – только успевай с ними знакомиться! Конечно, семьи Мелеховых, Коршуновых, Астаховых вроде как центральные, но без других жителей Татарского (и не только их) роман не был бы таким полным и глубоким.
На примере судеб героев автор раскрывает картину разных событий в истории нашей страны. Известные даты становятся осязаемыми, волнительными, шокирующими, горькими, болезненными.
Как же хорошо показано на примере Григория Мелихова то, как обычный человек хочет просто жить на участке своей земли, сеять хлеб, растить детей, работать не покладая рук, отмечать праздники и т.д. Однако ему не дают это сделать: в России меняется строй, политическая обстановка, начинаются метания в плане «Ты за кого?».
А Григорий не знает, за кого. Он разбирается в лошадях, земледелии, и, повторюсь, хочет просто жить. Он видит: что-то правильно у белых, а что-то – у красных. Но и те, и другие могут вести себя по-разному; и здесь, и там есть недостатки, которые не на руку казакам. Так к кому примкнуть?
Хлебопашец становится воином. А так, как он привык всё делать хорошо, из него получается отличный воин. Под воздействием обстоятельств, войны Григорий меняется. Он понимает это, и перемены приносят ему душевные страдания.
И с личной жизнью у казака непорядок: как разделиться между двумя женщинами, которой отдать предпочтение, если обе дОроги? Эх, Григорий!..
Так почему же мне тяжело читалось? Богатый, образный и красивый язык автора показался мне непростым: каждую строчку не просто читаешь – обдумываешь. То есть за чтением не отдыхаешь, а работаешь (причём, хорошо так). Сцены войны, расправ это дело усугубляли – мне всегда было тяжело читать подобное, но в этот раз эмоции зашкаливали.
Несмотря на вышесказанное, я очень довольна, что наконец-то прочла роман. Таким образом я открыла для себя огромнейший пласт истории – казачество, о котором у меня раньше были лишь поверхностные знания.
В начале лета мы посетили музей в Верхнеуральске, где познакомились с бытом, культурой, традициями, обычаями казаков, посмотрели, в каких военных действиях они принимали участие. Это стало отличным дополнением к «Тихому Дону» и помогло мне ещё лучше погрузиться в описываемое в романе время.
6442
Metzger_von_Keiserschwarn25 июня 2025 г.Вся правда о Малой Родине!
Читать далееЕсть произведения, которые говорят сами за себя. Никаких обзоров, статей и критических осмыслений не нужно. Достаточно просто прочесть вещь. Ну, или хотя бы начать.
Те восемь коротеньких глав, что я осилил в уже зрелом возрасте (не знаю, с каким чудовищными купюрами оно преподаётся в школе, не помню совершенно. Не удивлюсь, если в школьном издании этих глав и вовсе нет) сказали мне всё, что я хотел знать об этой литературной работе, и даже более.
Кто бы ни написал этот текст, ясно одно: Малая Родина, я бы даже сказал, Донщина, была знакома автору не понаслышке.
А язык! Что за чудо этот язык! Это не русский, и даже не окраинный диалект. Это живой и мощный отзвук веков, рвущийся из затерянного в бескрайних лесах, реках и болотах народа, бьющий наружу из самого человеческого сердца али другого рядом нутра.Более мне добавить нечего. Внемлите самому автору:
вернулся в хутор казак Мелехов Прокофий. Из Туретчины привел он жену — маленькую, закутанную в шаль женщину. Она прятала лицо, редко показывая тоскующие одичалые глаза. <...>. Пленная турчанка сторонилась родных Прокофия, и старик Мелехов вскоре отделил сына. В курень его не ходил до смерти, не забывая обиды.
Разно гутарили и о жене Прокофия: одни утверждали, что красоты она досель невиданной, другие — наоборот.
Решилось все после того, как самая отчаянная из баб, жалмерка Мавра, сбегала к Прокофию будто бы за свежей
накваской.
Прокофий полез за накваской в погреб, а за это время Мавра и разглядела, что турчанка попалась Прокофию последняя из никудышних…
Спустя время раскрасневшаяся Мавра, с платком, съехавшим набок, торочила на проулке бабьей толпе:
— И что он, милушки, нашел в ней хорошего? Хоть бы баба была, а то так… Ни заду, ни пуза, одна страма. У нас девки глаже ее выгуливаются. В стану — перервать можно, как оса; глазюки — черные, здоровющие,
стригеть ими, как сатана, прости бог. Должно, на-сносях дохаживает, ей-бо!
— На-сносях? — дивились бабы.
— Кубыть не махонькая, сама трех вынянчила.
— А с лица как?
— С лица-то? Желтая. Глаза тусменныи, — небось, не сладко на чужой сторонушке. А ишо, бабоньки, ходит-то она… в Прокофьевых шароварах.
— Ну-у?.. — ахали бабы испуганно и дружно.
— Сама видала — в шароварах, тольки без лампасин. Должно, буднишние его подцепила. Длинная на ней рубаха, а из-под рубахи шаровары, в чулки вобратые. Я как разглядела, так и захолонуло во мне…
В тот год случился небывалый падеж скота. <...> прополз по проулкам и улицам черный слушок…
С хуторского схода пришли казаки к Прокофию.
Хозяин вышел на крыльцо кланяясь.
— За чем добрым пожаловали, господа старики?
Толпа, подступая к крыльцу, немо молчала.
Наконец, один подвыпивший старик первый крикнул:
— Волоки нам свою ведьму! Суд наведем!..
Прокофий кинулся в дом, но в сенцах его догнали. Рослый батареец, по уличному прозвищу — Люшня, стукал Прокофия головой о стену, уговаривал:
— Не шуми, не шуми, нечего тут!.. Тебя не тронем, а бабу твою в землю втолочим. Лучше ее унистожить, чем всему хутору без скотины гибнуть. А ты не шуми, а то головой стену развалю!
— Тяни ее, суку, на баз!.. — гахнули у крыльца.
Полчанин Прокофия, намотав на руку волосы турчанки <...> протащил ее через сени и кинул под ноги толпе. <...>
Прокофий раскидал шестерых казаков и, вломившись в горницу, сорвал со стены шашку. <...> Прокофий настиг тяжелого в беге батарейца Люшню и <...> развалил его до пояса. <...> На пороге кухни, подплывшая кровью, неловко запрокинув голову, лежала Прокофьева жена; в прорези мученически оскаленных зубов ее ворочался искусанный язык. Прокофий, с трясущейся головой и остановившимся взглядом, кутал в овчинную шубу попискивающий комочек — преждевременно родившегося ребенка.
за пожарным сараем, где рассыхаются пожарные бочки с обломанными оглоблями, зеленеет крыша моховского дома. Шагая мимо сарая, Григорий сплюнул и зажал нос. Из-за бочки, застегивая шаровары — пряжка в зубах, — вылезал старик.
— Приспичило? — съязвил Митька.
Старик управился с последней пуговицей и вынул изо рта пряжку.
— А тебе что?
— Носом навтыкать бы надо! Бородой! Бородой! Чтоб старуха за неделю не отбанила.
— Я тебе, стерва, навтыкаю! — обиделся старик.
Митька стал, щуря кошачьи глаза как от солнца.
— Ишь ты, благородный какой. Сгинь, сукин сын! Что присучился? А то и ремнем!
(рекруты-солдаты едут на войну)
Десятки грубых голосов хватают на лету, ухают, стелют на придорожную пыль:
А я роду не простого,
Не простого —
Воровского,
Воровского —
Не простого...
— Ну, вот. Стал-быть, батя говорит: «Давай, Христан, раскопаем Меркулов курган». <...> Батя сулил богу: отдашь, мол, клад — церкву прекрасную выстрою. <...> Зачали бузовать прямо с темечка. Вырыли
яму аршина в два, земля — чисто каменная, захрясла от давности. Взмок я.
Батя всё молитвы шепчет, а у меня, братцы, верите, до того в животе бурчит… В летнюю пору, стал-быть, харч вам звестный: кислое молоко да квас… Перехватит поперек живот, смерть в глазах — и всё! Батя-покойничек, царство ему небесное, и говорит: «Фу, — говорит, — Христан, и поганец ты! Я молитву прочитываю, а ты не могешь пищу сдерживать, дыхнуть, стал-быть, нечем. Иди, — говорит, — слазь с кургана, а то я тебе голову лопатой срублю. Через тебя, поганца, клад могет в землю уйтить». Я лег под курганом и страдаю животом, взяло на колотье, а батя-покойничек — здоровый был чертяка! — копает один. И дорылся он до каменной плиты. Кличет меня. Я, стал-быть, подовздел ломом, поднял эту плиту… Верите, братцы, ночь месячная была, а под плитой так и блестит…
<...> а это, стал-быть, сожгённый уголь. Там его было мер сорок. Батя и говорит: «Лезь, Христан, выгребай
его». Полез. <...> Утром, стал-быть, глядь, а он — вот он.
— Кто? — поинтересовался лежавший на попоне Томилин.
— Да атаман, кто же. Едет в пролетке: «Кто дозволил, такие-сякие?» Молчим. Он нас, стал-быть, сгреб — и в станицу. Позапрошлый год в Каменскую на суд вызывали, а батя догадался — успел помереть. Отписали
бумагой, что в живых его нету.
<...>
— Что ж отец-то? Сулил церкву построить, да так и не построил? — спросил Степан, дождавшись, пока Христоня вернулся с ложками.
— Дурак ты, Степа, что ж он за уголья, стал-быть, строил ба?
— Раз сулил — значится, должен.
— Всчет угольев не было никакого уговору, а клад…
Аксинью выдали за Степана <...>
За год до выдачи осенью пахала она в степи, верст за восемь от хутора.
Ночью отец ее, пятидесятилетний старик, связал ей треногой руки и изнасиловал.
— Убью, ежели пикнешь слово, а будешь помалкивать — справлю плюшевую кофту и гетры с калошами. Так и помни: убью, ежели что… — пообещал он ей.
Ночью, в одной изорванной исподнице, прибежала Аксинья в хутор.
Валяясь в ногах у матери, давясь рыданиями, рассказывала… Мать и старший брат, атаманец, только что вернувшийся со службы, запрягли в бричку лошадей, посадили с собой Аксинью и поехали туда, к отцу. <...> Отца нашли возле стана. Пьяный, спал он на разостланном зипуне, около валялась порожняя бутылка из-под водки. На глазах у Аксиньи брат отцепил от брички барок, ногами поднял спящего отца, что-то коротко спросил у него и ударил окованным барком старика в переносицу. Вдвоем с матерью били его часа полтора. Всегда смирная, престарелая мать исступленно дергала на обеспамятевшем муже волосы, брат старался ногами. <...> Перед светом привезли старика домой. Он жалобно мычал, шарил по горнице глазами, отыскивая спрятавшуюся Аксинью. Из оторванного уха его катилась на подушку кровь и белесь. Ввечеру он помер. Людям сказали, что пьяный упал с арбы и убился.
А через год приехали на нарядной бричке сваты за Аксинью. Высокий, крутошеий и статный Степан невесте понравился <...>
В этот же день в амбаре Степан обдуманно и страшно избил молодую жену. Бил в живот, в груди, в спину; бил с таким расчетом, чтобы не видно было людям. С той поры стал он прихватывать на стороне, путался с гулящими жалмерками, уходил чуть не каждую ночь, замкнув Аксинью в амбаре или горенке.
Года полтора не прощал ей обиду: пока не родился ребенок. После этого притих, но на ласку был скуп и по-прежнему редко ночевал дома.
<...> Степан работал с ленцой: начесав чуб, уходил к товарищам покурить, перекинуться в картишки, побрехать о хуторских новостях, а скотину убирать приходилось Аксинье, ворочать хозяйством — ей
<...> Утром у Аксиньи начались предродовые схватки, а к полудню, за час до появления ребенка, свекровь
умерла на ходу, возле дверей старой конюшни. Повитуха, выбежавшая из куреня предупредить пьяного Степана, чтобы не ходил к родильнице, увидела лежащую с поджатыми ногами Аксиньину свекровь.
— Ты, (сын мой) Григорий, вот что… <...> примечаю, ты, никак, с Аксиньей Астаховой…
Григорий густо покраснел, отвернулся. Воротник рубахи, врезаясь в мускулистую прижженную солнцегревом шею, выдавил белую полоску.
— Ты гляди, парень, — уже жестко и зло продолжал старик, — я с тобой не так загутарю. Степан нам сосед, и с его бабой не дозволю баловать. Тут дело могет до греха взыграть, а я наперед упреждаю:
примечу — запорю!
Пантелей Прокофьевич ссучил пальцы в узловатый кулак, — жмуря выпуклые глаза, глядел, как с лица сына сливала кровь.
— Наговоры, — глухо, как из воды, буркнул Григорий и прямо в синеватую переносицу поглядел отцу.
— Ты помалкивай.
— Мало что люди гутарют…
— Цыц, сукин сын!
<...>
Покусывая губы, шел Григорий позади отца. «Выкуси, батя, хоть стреноженный уйду ноне на игрище», — думал, злобно обгрызая глазами крутой отцовский затылок.*
Аксинья привязалась к мужу после рождения ребенка, но не было у нее к нему чувства, была горькая бабья жалость да привычка. Ребенок умер, не дожив до года.10 из 10, о Господи, 10 из 10!
Содержит спойлеры6349
Tanistaia19 июня 2025 г.Читать непросто, но оторваться сложнее
Читать далееПризнаюсь честно: произведение даётся мне с трудом. То, что касается жизни на хуторе, идёт довольно быстро, но вот всё, что касается Первой мировой, Октябрьской революции, смены правительства, - это прям тяжело.
Произведение стало для меня проводником в мир казачества, о котором я знала довольно мало. А какой это интересный и богатый пласт культуры! Пожалуй, даже хорошо, что читается не быстро: зато предоставляется отличная возможность погрузиться в историю, культуру, быт, нравы казачества.
Странно, но для меня в этом романе нет неглавных героев. Нет, понятно, что Григорий, Наталья и Аксинья - основные персонажи, но с большим интересом я слежу за судьбой каждого, стараюсь отметить их сходства и различия, за каждого по-своему переживаю.
В произведении поднимается масса самых разных вопросов, не последнюю роль играет, разумеется, политика страны. Но всё же в первую очередь это роман о народе, о людях, которые не представляют себя вне малой родины, жизни в праздности, без большой семьи...
Как пахнут волосы у этих детишек! Солнцем, травою, теплой подушкой и еще чем-то бесконечно родным. И сами они — эта плоть от плоти его, — как крохотные степные птицы...И ещё. Ни у одного автора не встречала я такого описания природы, как у Шолохова. Это что-то особенное!
Зима легла не сразу. После покрова стаял выпавший снег, и табуны снова выгнали на подножный. С неделю тянул южный ветер, теплело, отходила земля, ярко доцветала в степи поздняя мшистая зеленка
В погожий сентябрьский день летала над хутором Татарским молочно-радужная паутина...» «По-вдовьему усмехалось обескровленное солнце, строгая девственная синева неба была отталкивающе чиста, горделива. За Доном, тронутый желтизной, горюнился лес, блекло отсвечивал тополь, дуб ронял редкие узорчато-резные листья, лишь ольха крикливо зеленела, радовала живучестью своей стремительный сорочий глаз.Ну и моё любимое, я просто запищала от восторга, когда прочла:
Месяц всходил тихо и кособоко, как инвалид по лестнице.Жалею ли я, что не прочла раньше? Нет. Наверное, не время было. А вот сейчас пришло. Поэтому перехожу ко второй книге.
6170
koroleSve1 августа 2024 г.Книга о народе, который жил в переломное время
Читать далееОна о людях, которые прошли Первую Мировую, а затем Гражданскую войну, где родной брат убивал брата, а лучший друг мог запросто предать.
Главный герой - Григорий Мелехов, казак с турецкими корнями, является героем правдоискателем. Во время всех событий, он искал верную сторону, был то с красными, то с белыми, то против обеих партий. Григорий видел, что ни та, ни другая не пытаются сделать что-то для простого народа.
В итоге Григорий, да и все, кто пережил этот тяжелый этап в истории России, потерял самое ценное, семью, близких людей, хотели только покоя и спокойной обыденной жизни.
Мне было тяжело читать эту книгу, большое количество имен, событий, семейных разборок, больше 3х месяцев я потратила на этот кирпич, но я настолько сблизилась с героями, читать про их смерти было, как я люблю говорить, это произведение - большой треш.
У меня спрашивали, стоит ли читать книгу? Если у вас нет надобности, но есть много свободного времени, читайте! Познакомится с этим произведением стоит. Но надо быть готовым к тяжелым момента, смертям, изнасилованиям, неприятные моментам, тут они описываются подробно.
Не могу сказать понравилась/ не понравилась книга, скажу так, она пойдет в лучшее года! В ней есть и плюсы, и минусы, но я во время взяла это произведение, поэтому пусть будет так
6314
FanFanych8 марта 2024 г.Читать далееПрочитал первый том романа, выявил два минуса для себя: немного затянуто (а впереди ещё второй том) и казачий сленг (немного напрягает мозг).
Немного удивило как в советское время цензура пропустила это произведение и притом дали сталинскую и ленинскую премию. Мне белогвардейцы и особенно казаки, которые боролись против советов показались более гуманнее и человечнее чем большевики. Казаки хотели просто жить, растить детей, пахать землю, выращивать пшеницу. А "красным" надо было все сломать, отобрать и на костях убиенных ими людей построить новый справедливый и сказочный мир...
С другой стороны напрягла животная жестокость казаков по отношению к женщинам. Конечно может я обратил внимание на это потому, что все истрии собраны в одной книге. Аксинью пьяный отец изнасиловал. Елизавета поехала на рыбалку и поплатилась за это. Хотя её фраза, после того как она обнаружила пятно крови на юбке, что она же хотела одеть черную юбку, говорит, что она ожидала такого исхода. Ну и конечно сцена, когда взвод казаков затащил барышню в хлев, намотал какую то тряпку ей на голову и всем составом изнасиловали её - это конечно полный треш. А потом выбросили ее куда-то за изгородь и смотрели - очнется она или нет...
Впереди второй том...
6485