Диско 2000

Тишина. Благословенная тишина. Наверно, в банке кончился воздух.
Я робко приоткрыл один глаз, затем другой. Флетчер держал в руках разбитые останки волшебного рога, который распался из-за того, что в него слишком долго дули. А находились мы — как я с изумлением обнаружил — в апартаментах Энн Мари, на встрече Миллениума, которая, похоже, была в полном разгаре.
Я провалился в кресло.
— Прямо к старым проблемам. Измена, чувак.
Выбежала Энн Мари, бойкая как обычно.
— Лорен, я так рада, что у тебя получилось.
— Не шути со мной, Энн Мари. Ты не представляешь, что я испытал.

Кто-то говорил, что у Мак «мясная мания» проявилась раньше, чем это бывает обычно, и что ее нужно изолировать и держать под наблюдением. На самом деле, я думаю, что она кого-то обвиняла в преступлении, или в расизме, или в чем-то вроде этого, и люди решили, то она слишком похожа на шамана, что у нее не все дома. Еще она слишком злоупотребляла своими способностями ди-джея и творила с толпой что-то странное. Мак держала небольшой магазинчик всякой странной всячины в Клеркенуэлле. Там были произведения искусства и прочее такое, связанное с героином, вещи знаменитых людей, которые им пользовались, книги, записи, картины… Неплохая была штука. В Мак шесть футов роста, И ее волосы перестали расти. Хотя, если подумать, и мои в последнее время стали ненамного длиннее.
Мы идем по коридору; я вцепляюсь в дежурного психиатра, и тут замечаю, что по ногам Священной Коровы медленно стекает вода с кровянистым оттенком.
Ты, грязная старая дрянь! У тебя месячные начались, а ты и не замечаешь! Я так сожалею, доктор!.. Я заталкиваю Корову в туалет, где мы вытираемся и моем бифштексы.
Мак приветствует нас воинским салютом и смеется.

Потом нужно было просто убрать хлам. Разумеется, у «Бэт'с Хэт» не было будущего. Корпорация провела эвакуацию здания и взорвала все, что осталось. Думаю, там оставались какие-то свидетельства, которые они не хотели оставлять.
Что странно во всей этой ситуации. Массовые аресты, но никаких обвинений. Те, кто выжил, были оставлены на Баттерси Парк Роуд — ошеломленные, растирающие затекшие запястья, — а в это время трубы энергостанции сложились внутрь и обрушились в облаке пыли. Вскоре Корпорация сняла оцепление территории и передала ее Короне. Вывела войска так же быстро, как и ввела их.

— Извините, Вайет, но однозначного ответа мы вам дать не можем.
— Дело в моей сперме? Это из-за меня?
— Нет. Вы конкретно тут не при чем.
— Тогда, Кэтлин? Нет яйцеклеток? Они больные, неполноценные?
Доктор Арказян пытался успокоить Вайета — определенного ответа нет. Вайет представлял, как его сперматозоиды несутся к яйцеклетке Кэтлин и вдруг, в последний момент, замедляют свой бег и по одному засыпают или умирают. Вайет представлял себе яйцеклетку Кэтлин в виде куриного Яйца — один желток, без белка — яйца, распространяющего усыпляющие для сперматозоидов испарения. А может, сама яйцеклетка спит?

На их вершине в бризе реют флаги — вечнозеленый и два небесно голубых — последние обрамляют похожий на Будду силуэт, который может принадлежать только Доменико. Я останавливаюсь, и некоторое время вглядываюсь в этот имидж, я чувствую эхо моего прежнего задания: «Так вот куда я пыталась забраться, вот куда вел меня трип». Наверх. Туда.
Сейчас я четко вижу тропу на вершину. На этот раз опасности никакой. И я легко и так счастливо поднимаюсь к свету. Он построил нам этот памятник во времени. Он дал нам то, о чем большинство людей и мечтать не могут. Я чувствую, как от этого все внутри меня становится богаче. Все внутри меня звенит. Усиливается.