Собрание сочинений. Том 6. Котик Летаев. Крещеный китаец. Записки чудака

-свои глазки закрою я; их потру кулачками; и возникнет в закрытых глазах моих центр - желто-лиловый, бьюшийся, и трепеты молний, из центра летящих спиралями и исходящих мне точками блесков, дробимых метаморфозами красноречивейших светочей.
Желто-лиловый центр - счастье; а светопись молний - мои дорогие надежды; образуют мне - светлую ризу под веками; я потру кулачками глаза; и светлая ризa колеблется; по ней катятся звездочки и развивают хвосты светлых блесков - вокруг лилового центра; и из светочей вылагаются:образы и подобия комнат; это- комнаты космоса; это - тайные комнаты; это - церковь, перенесенная мне под веки; папа там на мгновенье возникает;перебегает мне комнаты, кивает, как память о чем-то; и образует проход в иной мир: желто-лиловый центр мчится навстречу мне, раздвигается в синий глаз; синий глаз - добрый глаз:он моргает ресницами блесков;он -ширится; и громаднейшим синим кругом несется навстречу;мгновенье - я бросаюсь туда, в эти звенья летящих спиралей и в ритм пульса блесков (мой собственный), где я был до рождения!..
Мгновение - я забылся: и с открытыми глазками протянул свои ручки навстречу: из-под моргающих век улетел в космос света; и - васильковая комната передо мною: вся та же.
Блески - счастье: они - дорогие надежды; и синий глаз

• добрый глаз! - небо;и небо люблю я; лучики; миллионами светлых пылинок клокочут они;я тянусь к ним; их взять моей ручкой; и - свободно проходит рука в ясном блеске пылинок; огоньки светочей..

  "Котик Летаев"

Самосознание, как младенец во мне, широко открыло глаза, и сломало все - до первой вспышки сознания; сломан лед: слов, понятий и смыслов, многообразие рассудочных истин проросло и охвачено ритмами; архитектоника ритмов осмыслила и отряхнула былые мне смыслы, как мертвые листья; смысл есть жизнь: моя жизнь; она - в ритме годин: в жестикуляции, в мимике мимо летящих событий; слово - мимика, танец, улыбка.

Понятия - водомётные капли: в непременном кипении, в преломлении смыслов они, поднимающем радугу из них встающего мира; объяснение - радуга;  в танце смыслов - она: в танце слов; в смысле, в слове, как в капле, - нет радуги...

"И он мне грудь пронзил лучом
"И сердце трепетное вынул,
"И угль, пылающий огнем,
"Во грудь отверстую водвинул".
А то, раздвоись, закачается дугами крылий; и тихо распустится, точно
древо цветами, - своими лучами; и нет его: отдал себя он лучам; а лучи, -
-
фосфореют, мутнея во мраке, двумя лопастями, как... лилии; знаю я, отчего
ангел... с лилией.
Лилии возникали во мне; и лилии ли из меня вырастали, в меня ли
врастали - не знаю; казалося: я иногда в лепестках; лепестки ясно светятся,
облекают собой; я - в одежде из света.
Я духовную ризу носил: облекался в одежду из света; воображение
облекало в духовность меня; и был в блеске я; знаю я: -
- я - сгустился из
блеска; меня выстрелил ангел: я - луч, раздвоенный в излучину; ангел себя
отдал мне: он во мне; бесконечные годы излучина фосфорически омутневала во
мраке двумя полукружьями крылий; и медленно обрастали они костяными
наростами... черепа: -
- так два полукружия мозга, быть может, сгущенные
крылья; если бы развернулись они, - разорвался б мне мозг; он - духовная
пряжа; он - чехол; дух тянулся к нему; облекался в него; начинали
вздрагивать думы.

Впечатления первых мигов мне - записи: блещущих, трепещущих пульсов; и
записи - образуют; в образованиях встает - что бы ни было; оно - образовано.
Образование меняет мне все: -
- и точки моих впечатлений дробятся -
- душою
моею! -
- и риза мира колеблется; по ней катятся звездочки законами пучинного
пульса; и безболезненно гонится смысл любого душевного взятия метаморфозами
красноречивого блеска, где точка -
- понятие! -
- множится многим смыслом; и
вертит, и чертит мне звенья летящей спирали: объяснение - возжение блесков;
понимание - блески в блеснах, где ритм пульса блесков мой собственный,
бьющий в стране танца ритмов и отражаемый образом, как -
- память о
памяти!
Преображение памятью прежнего есть собственно чтение: за прежним
стоящей, не нашей вселенной; впечатление детских лет - пролеты в небывшее
никогда; и - тем не менее сущее; существа иных жизней теперь вмешались в
события моей жизни; подобия бывшего мне - сосуды; ими черпаю я - гармонию
бесподобного космоса.
Память о памяти - такова; она - ритм; она - музыка сферы,
страны -
- где я был до рождения!
Воспоминания меня обложили; воспоминание - музыка сферы; и эта сфера -
вселенная. Впечатления - воспоминания мне моей мимики в стране жизни ритмов,
где я был до рождения.