Комедии. Том 1

Ты - что бык, а я - что ослик. Нас ли запрягать вдвоем?
Груза не снести мне вровень, ослик в грязь упал, лежит:
Бык не обернется, точно ослика на свете нет.
Ты мне станешь недругом, и свои все засмеют меня.
Стойла нет ни там, ни здесь мне, если так разлад пойдет.
Изорвут ослы зубами, принажмет рогами бык.
От ослов к быкам уйти мне - очень это риск большой.

Веры нет, когда богатый слишком ласков к бедному,
Руку дружелюбно жмет и тут же кончит пакостью.
Знаю я полипов этих: тронут чуть и держат уж.

С чужими осторожней, не пускать никак.
Придут за огонечком - потуши тотчас,
Чтоб не было причины приставать к тебе.
Найду огонь - тебе притушку сделаю.
Воды попросят - ты скажи: ушла вода.
Соседи вечно клянчат: то посуды им,
То ножик, то топорик, пестик, ступочку, -
Скажи, что были воры, утащили все.

Где хорошее случилось, там молчи и радуйся.

Нет, иначе пахнут свиньи, чем щенята. Мне она
Совершенно незнакома.

Не для лица бы только нужно зеркало,
А также и для сердца, чтоб, смотря в него,
Увидеть, что таится в глубине души.
Всмотрись получше, а потом раздумайся,
Как жил когда-то сам ты в ранней юности

Да ты вертлявей колеса.

Будто не гуляют наши женщины по улицам,
На себя надев именья целые? Не мало их!
Вот когда налог назначат, мы кричим - нет сил платить,
А налог для дам, крупнее, - этот нами платится.
Каждый год у них для платья новые названия

Большинство стыдится там, где нет нужды,
А где следует стыдиться, там их стыд
Покидает.

Но в отчаяньи - словесным утешеньем грош цена.
Тот лишь друг, кто в трудном деле помогать готов.

Эвномия Поверишь ли, брат, эти речи исходят
От чистого сердца, в твоих интересах;
Иное родной бы сестре не пристало,
Нас, женщин, не любят, чего обольщаться,
Считают болтливыми — и не напрасно,
И есть поговорка: из женщин немая
Еще не встречалась вовеки ни разу.

Хрисал Скажи, пожалуйста,
Красива с виду женщина?
Никобул И очень.
Хрисал Да?
Гулящая, по-твоему?
Никобул Само собой.

Волк человеку человек, тем боле незнакомый.

Вот где доблесть! При нужде несчастье твердо вынести:
Кто несчастье твердо сносит, счастье твердо для него.

Знай, у сводни с птицеловом одинаков промысел.
Птицелов, когда устроит ток, рассыплет корму там.
Птицы привыкают. Хочешь прибыли - терпи расход.
Склюнут много, а попались - птицелов свое возьмет.
И у нас так. Ток - мой дом, а я ловец, а девушка -
Корм, постель приманкой служит, птицы же - любовники.
Приручат его приветы, ласки и любезности,
Поцелуи, разговоры льстивые, медовые;
Грудь пощупает - ловцу ведь это только на руку.
Поцелуй сорвет - тогда хоть без сетей бери его.

Из воздуха изволь-ка рыбку выудить,
А птицу подстрелить сумей на дне морском!

Удовольствия искал тут от жены тайком старик.
Что для нас здесь ново или странно? Все так делают!
Кто настолько тверд душою, кто собой владеет так,
Чтоб не дать себе услады, если только случай есть?

По моему, когда бы все так делали
Богатые, женились без приданого
На бедных, среди граждан больше было бы
Согласия, гораздо меньше знали бы
Мы зависти: а как сейчас завидуем!

А прежде чем отправиться в поход, жену
Алкмену он оставил здесь беременной.
Каков Юпитер, мой отец, вы знаете:
Свободно он к делам таким относится,
Большой любитель, раз ему понравится.
Тайком от мужа начал он любить жену -
Алкмену, с ней сошелся, и беременной
Ее он сделал тем своим объятием.
Теперь, чтоб об Алкмене все до точности
Вы знали, так вдвойне она беременна:
От мужа и великого Юпитера.

А ждет кто битвы - пусть затеет драку сам.
Противника пускай бы посильней нашел
Да бой, по мне б, окончил не добром, а так,
Чтоб вовсе разохотился бои смотреть.