Путешествие Хамфри Клинкера. Векфильдский священник

Здравствуйте, дорогая моя Roni ! Не сразу, но всё же пишу Вам обещанное письмо.

Вы питаете моё тщеславие, уверяя, что мои письма доставляют вам удовольствие, хотя, сказать правду, они не оповещают о случаях достопримечательных; стало быть, забавляет вас не их содержание, а разве что мой слог. Такое одобрение человека, чей изящный вкус и здравое суждение не вызывают отныне никаких сомнений, воодушевляют меня, и я спокойно буду записывать свои наблюдения. (Тобайас Смоллетт, «Путешествие Хамфри Клинкера»)

В течение почти двух месяцев (с разнообразными перерывами) читала я эту замечательную книгу, о которой как-то уже давненько мы говорили с Вами, бесценный друг мой. Не покривлю душой, если скажу, что это самое подходящее неспешное чтение для предстоящих нам долгих осенних и зимних вечеров. Мастерство рассказчика тем более удивительно, что мистер Смоллетт написал свою книгу во второй половине восемнадцатого века — и тем не менее она интересна и сейчас. Политика и экономика, литература и книготорговля, социология и архитектура — всё становится предметом для увлекательного повествования под пером зоркого и талантливого литератора. Это и путеводитель, и учебник истории, и экономический справочник, и целая галерея сатирических персонажей, и занимательнейший роман в одном «лице» — вернее, под одной обложкой. Перед нами — письма. Только письма действующих лиц. Такая манера изложения всегда вызывает мой живейший интерес и является, по моему скромному мнению, серьёзнейшим вызовом мастерству писателя. Сельский сквайр Мэттью Брамбл в поисках впечатлений и пользы для здоровья путешествует по всей Англии — от Уэльса до Шотландии — в сопровождении домочадцев. Сам он под маской утомлённого жизнью брюзги прячет недюжинный ум, острую наблюдательность и доброту, доходящую до сентиментальности. Его сестра Табита Брамбл — желчная, скупая и недалёкого ума старая дева. Персонаж, долженствующий вызывать смех, по мере повествования вызывает, скорее, жалость и даже сочувствие. Племянники мистера Брамбла, оставшиеся на его попечении — Джереми и Лидия Мелфорд. Джереми — пылкий молодой человек, во всём склонный видеть смешную сторону вещей и постоянно ввязывающийся во всяческие истории, отвечает, если так можно выразиться, за приключенческую сторону романа. Напротив, его сестра Лидия, недавняя воспитанница пансиона — девушка робкая, чувствительная сверх всякой меры, а потому олицетворяет собой романтическую составляющую: отсюда таинственный поклонник, скрывающийся под личиной странствующего актёра, полные вздохов письма подруге и, разумеется, обмороки. Нотка грубоватого юмора в контрапункт к сей чрезмерной возвышенности — очень приземлённые, малограмотные и потешные письма Уинифред Дженкинс — служанки, сопровождающей вышеупомянутых дам. Вот и весь круг основных действующих лиц… «Позвольте, но где же заглавный персонаж?» — в недоумении вопрошаете Вы. Да, душа моя, мистер Смоллетт не так-то прост: Хамфри Клинкер в этой объёмистой книге появляется только в описаниях других героев, ибо сам он ни одного письма так и не написал. Может быть, ему было некогда, может быть — некому отправлять послания, но вероятнее всего, он был попросту неграмотен. Кстати, ещё об авторе: легче всего предположить, что Тобайас Смоллетт вывел себя в своём сочинении под именем мистера Брамбла. Ничуть не бывало: он и собственной персоной не раз появляется на страницах романа… Интересно было бы узнать, первый ли это опыт подобного рода в литературе. Словом, дорогая моя подруга, я надеюсь, что Вас ждёт весьма приятное чтение, ибо я уже отправила «…Хамфри Клинкера» в новое путешествие. Надеюсь, что с ним будет всё в порядке — ведь на этот раз он путешествует в сопровождении «Прислуги» и ещё одной хорошо известной нам обоим особы (в этом месте своего письма я с трудом удержалась от того, чтобы поставить подмигивающий смайлик — что, разумеется, нарушило бы всю стилистику). На этом и без того уже затянувшееся письмо (а как много ещё хотелось сказать!) заканчивает Ваш искренний друг Clickosoftsky

Этот роман в письмах оценили бы любители кроссвордов. Просто таки квест, отгадай персонажа, вернее получателя очередного письма. Я, признаться, к финалу оставила попытки обращать внимания на адресата. А вот пишущего уже узнавала по стилю.

Метью Брамбл, сквайр, постоянно чем-то недовольный, правда милый и безобидный, путешествует вместе со своим семейством по стране, поправляя здоровье в Бате, исследуя Лондон, терпя невзгоды в Ньюкасле, попутно справляя неизгладимое впечатление на людей, с которыми знакомится. Любит побубнить, поныть, но всегда сдержан и трезв в рассуждениях. Заботится о своих близких, переживает за них. Он вообще любит людей и открыт для общения. И предан своей родине. Его семья: Табита Брамбл, сестра. Чопорная и серьёзная старая дева, не оставляющая попытки найти себе мужа, и от того попадающая в разные ситуации, комичные и не очень. Постоянно переживает за своё состояние, как бы её не обманули слуги и работники. Чувствуется скаредность и прижимистость. Сколько ей там? Сорок с хвостиком? А описана, как дама преклонных лет, хотя и ведёт себя свойственно. Но уж замуж невтерпёж. Лидия Мелфорд, племянница. Скромная и приличная девушка. Но впуталась в странную историю с артистом-джентельменом, отчего семья её осуждает, и это доставляет Лидии невыносимые муки. Мечтательная и романтичная девушка. Любит и хочет быть любимой. Но почему-то на пути к этому сплошные препятствия. Джереми Мелфорд, племянник. Весёлый и приятный молодой человек. Молодость бьёт ключом, и он использует её по полной. Любит сестру, и дядю, и даже зануду тётю. Щёголь тот ещё, но раздражения не вызывает. Его послания иногда легкомысленны, иногда ироничны, но без злобы и насмешки. И горничная Табиты Уинфрид, немного нервозная, впечатлительная девица. Вот кто повеселил своими «перукмахерами» и «мадманзелями». Безграмотная простолюдинка писала просто, описывала всё, как понимала и видела. И этим немало повеселила.

Все они отправят десятки писем разным людям и разного содержания. Описания мест, природы, дорог, процедур, приключений. Некоторые события мы сможем посмотреть с точки зрения разных сторон. Это будут письма без ответа, во всяком случае нам их не покажут. Но в них очень хорошо раскроются быт и нравы общества того времени. Во всяком случае спокойный и чопорный дух Англии присутствует.

«А при чём здесь Хамфри Клинкер?»,- спросите вы. А кто его знает. Появляется изредка, первый раз где-то на странице сотой. Писем не пишет, и вряд ли получает. Иногда проповедует, посиживает в тюрьме, подрабатывает у мистера Брамбла. Неплохой малый, вот и всё, что могу о нём сказать.

KillWish 7/8

Не знаю, как обстоят дела с литературными традициями французов, немцев, русских и прочих народов, но насчет англичан могу сказать с большой степенью уверенности: свои традиции они тщательно сохраняют не только в виде монархии. Ироничность (в том числе и само-) и склонность к точным, ёмким замечаниям заложена в них, видимо, на генетическом уровне.

Английская провинция середины XVIII века глазами простого сельского священника, человека достаточно симпатичного, хотя и не без мелких недостатков. Он не прочь завести проповедь на несколько страниц или провести какое иное моральное внушение, но эти нравоучения хорошо вписаны в сюжет и сан священника их оправдывает. Доктор Примроз производит впечатление живого человека, который способен на мелкие хитрости: - Что ж, - отвечал я, еще не сообразив, как на все это дело смотреть, - дай бог, чтобы и через три месяца ты могла сказать то же самое. К такому способу я прибегал всякий раз, когда хотел поразить жену своей прозорливостью: если бы поездка девиц увенчалась успехом, возглас мой можно было бы толковать как благочестивое пожелание, в противном же случае - как пророческие слова. и с удовольствием наслаждается простыми радостями в кругу семьи - остается только улыбаться тем идиллическим картинам, которые рисует Голдсмит. За исключением, впрочем, бед и невзгод, сыплющихся на семью, как из рога изобилия. Их количество показалось мне несколько чрезмерным, но в конце Голдсмит все расставил по своим местам, к тому же благодаря преодолению череды несчастий история получилась не только интересной, но и нравоучительной. XVIII век, господа.

Голдсмит активно обличает английские нравы (от норм поведения до вопросов веры и верноподданнических чувств) и, как бы между строк, ненавязчиво, делится собственными взглядами по всем этим вопросам. Особо интересна защита монархии и противопоставление ее либерализму и демократии и критика английских законов. Любопытное замечание: а только ежегодное количество преступников у нас более чем вдвое превышает число их во всех европейских державах, вместе взятых. Впрочем, думаю, тут автор позволил себе некоторое.. эмм.. преувеличение.

В общем, этакая история-памфлет. Вполне себе современная, несмотря на декорации.

Спасибо Omiana , благодаря которой состоялось мое знакомство с этой замечательной книгой.

З.Ы.: ах, да. эта книга подарила мне отличный аргумент для споров с любителями позитивной психологии: но слыхано ли, чтобы кто когда-либо становился веселым по принуждению, которое само по себе есть враг веселья?