Легенда о докторе Фаусте

Старик
Ах, где найти мне силы, доктор Фауст,
Стопы твои направить на стезю,
Которая тебя бы привела
К небесному покою и блаженству?
Ах, разорви себе на части сердце
И кровь его смешай ты со слезами
Раскаянья под тяжестью греха
И мерзости твоей, смрад от которой
До глубины пропитывает душу
Пороками, злодействами, грехами!
Его изгнать не в силах состраданье
Спасителя лишь милосердье, Фауст,
Чья кровь одна твою греховность смоет65!
Фауст
Что сделал ты, несчастный, жалкий Фауст!
Отвержен ты! Отчайся и умри!
Ад требует расплаты справедливой
И голосом громовым вопиет:
"Твой близок час, иди, иди же, Фауст!".
И Фауст долг идет исполнить свой...
(Мефистофель подает ему кинжал).
Старик
О Фауст, стой, опомнись, погоди.
И не свершай отчаянного шага!
Здесь над тобой, я вижу, реет ангел
И щедро льет из чаши милосердье.
О милости моли, оставь унынье!
Фауст
Ах, добрый друг, я чувствую, врачуют
Слова твои измученную душу.
Покинь меня на время, чтоб я мог
Грехи мои вновь обозреть и взвесить!
Старик
Я ухожу с печалью в сердце, Фауст,
Погибели души твоей страшась!
(Уходит).

(Входят Семь смертных грехов).
Вот, Фауст, спроси их об их именах и характерах.
Фауст
Кто ты, первый?
Гордыня
Я Гордыня. Я считаю ниже своего достоинства иметь каких бы то ни было родителей. Я вроде Овидиевой блохи {31}, я могу забираться в любые местечки к женщине: то, как парик, я облегаю ее чело, то, как веер с перьями, я целую ее губы - истинная правда! Чего только я не делаю! Но... Фу! Какой тут запах! Я больше не скажу ни слова, если пол не будет опрыскан духами и покрыт аррасской тканью {32}.
Фауст
Кто ты, второй?
Алчность
Я Алчность. Родилась от старого скряги, в старом кожаном мешке. Будь моя воля, я хотела бы, чтобы этот дом и все люди в нем превратились в золото Я заперла бы тебя тогда в мой добрый сундук, о мое милое золото!
Фауст
Кто ты, третий?
Гнев
Я Гнев. У меня нет ни отца, ни матери. Я выскочил из пасти льва, когда мне отроду было всего полчаса, и с тех пор я все ношусь по белу свету с этой парой рапир, нанося удары самому себе, если больше не с кем сразиться. Я родился в аду и крепко на него надеюсь - кто-нибудь из вас станет мне отцом!
Фауст
Кто ты, четвертый?
Зависть
Я Зависть, родилась от трубочиста и торговки устрицами. Читать я не умею и потому хочу, чтобы все книги были сожжены. Я худею, когда вижу, как едят другие. О, пусть бы во всем мире настал голод и все поумирали, а в живых осталась я одна! Посмотрел бы ты тогда, какой я стану жирной! А почему ты сидишь, а я стою? А ну-ка подвинься! Вот еще!
Фауст
Прочь, завистливая негодяйка! А ты кто, пятый?
Чревоугодие
Кто я, сударь? Я Чревоугодие, все мои родные померли и, ну их совсем, оставили мне прямо нищенские средства - их хватает на то только, чтобы кушать тридцать раз в день, а выпивать - так всего десять раз, сущие пустяки, чтобы удовлетворить натуру! Я царской породы: мой дедушка был Свиной окорок, бабушка - Бочка кларета. Крестными отцами у меня были Питер Маринованная селедка и Мартин - Мартеновская солонина {33}. А крестная моя... это была веселая дама, ее нежно любили во всех городах и селах. Звали ее Марджери - Мартовское пиво. Слыхал, какова у меня родословная, Фауст? Угостишь меня ужином?
Фауст
Ну, нет, хоть убей, - ты сожрешь все мои припасы!
Чревоугодие
Так пусть тебя дьявол задавит!
Фауст
Сам задавись, обжора! Кто ты, шестой?
Леность
Я Леность. Я родилась на солнечном бережку, где так и лежу с тех самых пор. Зря ты меня потревожил, пусть Чревоугодие и Сластолюбие отнесут меня назад. Больше не скажу ни слова ни за полцарства.
Фауст
А ты кто, госпожа вертихвостка? Ты, седьмая и последняя!
Сластолюбие
Кто я, сударь? Я некто, кто предпочитает один дюйм сырой баранины целому аршину вяленой трески! А имя мое начинается с Ссс.. Сластолюбие.
Люцифер
Прочь, в ад, в ад! (Грехи уходят).

Фауст
Сначала я спрошу тебя об аде.
Где место то, что адом мы зовем?
Мефистофель
Под небом.
Фауст
Да, как все. Скажи точней!
Мефистофель
Среди стихий, в пучине мирозданья.
Где страждем мы и где пребудем вечно.
У ада нет ни места, ни пределов:
Где мы - там ад, где ад - там быть нам должно.
В конце времен, по разрушеньи мира,
Любая тварь очистится земная,
И будет ад повсюду, кроме неба.
Фауст
Ну, думаю, что ад - пустая басня!
Мефистофель
Да, думай так, покуда горький опыт
Не убедит потом тебя в ином.