Когда стариков настигает безумие, время для них обрывается. Это безумие подобно забившейся в дупло сухого дерева сове: изнуренная голодом, холодом и страхом, она застыла бесформенной тенью и только хлопает огромными, неподвижными, невидящими глазами. Но такое оцепенение наступает не сразу; прежде чем окончательно созреть, безумие должно проникнуть в душу жертвы и исподволь заполнить ее мысли, сны, память и все ее чувства, одних беря измором, других штурмом, одних убаюкивая, других оглушая, одних настигая крадучись, других — внезапным прыжком из засады.
Есть несколько книг, открыв которые я проваливалась в них как в затягивающий омут - сразу и целиком, и только вынырнув, по причине их окончания, озирала нездешним взглядом привычную реальность с чувством "что это было?!". Так на меня воздействовал Макондо со своим непрекращающимся дождём, Вкус Дыма - Ханны Кент и...наверное с десяток наберётся. В такие книги я ныряю как в листву, трусь об них воображаемой шкуркой, пытаясь то ли впитать, то ли впитаться, мурлыкая "моё-моё-моё". В них не важен сюжет, потому что они - сама жизнь, они делают воздух острее, а глаза мудрее и зорче.
Название крохотной деревушки не значилось ни на какой табличке, существовало лишь для слуха. Его произносили, но никому никогда и в голову не приходило начертать его буквами. Здесь жила горстка людей, и, пока они ходили по бренной земле, стояла деревушка и имело смысл неведомое большому миру название.
Книга написана с какой-то отстраненностью, бесплотностью, так словно писал её печальный дух.
Я не жду, что книга эта отзовётся в душе у многих читателей, и даже не очень желаю ей популярности. Я хочу владеть ею как тайной понятной не многим. Она необычна, своеобразна, о судьбах - и ни о чём одновременно - слишком общо, слишком верхами. Отзыв пишу с большим перерывом, у меня сразу после прочтения перехватило дыхание как от внезапной горькой правды, и у меня не хватило духу что-то писать о ней.
Не знаю, знакомо ли вам это чувство - когда ты стоишь задумавшись возле дороги, намереваясь её перейти, и вдруг в твоём сознании проносится сюжет из чьей-то жизни, это занимает меньше минуты, люди рядом даже не замечают твоего "отсутствия". А потом ты начинаешь им рассказывать только что увиденное. И это бывают не просто бессвязные обрывки, а картины поясняющие возникновение и завершение чужого кармического сюжета, лишённые бытовых подробностей, и не имеющего ни малейшего отношения к твоей текущей жизни. Мои спутники удивлены и спрашивают откуда я взяла эту историю и почему так хорошо её помню и почему рассказываю именно теперь? А я уже через неделю и сама не помню всех её перипетий - помню только что было интересно и волнующе.
Так вот эта книга - она для меня как точно такая история. Словно автор подобно мне тоже ухватила её нити "из воздуха" и успела из них соткать свою книгу. А я - нет! Мои истории остались разве что торопливо рассказанные сразу после "просмотра". А так жаль.
Я сперва огорчилась низковатой оценкой книги на ЛЛ, рецензиями соскучившихся над ней читателей, и сейчас опять взяла книгу и - она небольшая - сразу вобрала в себя половину её текста - он для меня всё так же хорош.
Амбруаз никак не мог поверить, что это не сон и что сын говорит всерьез. А убедившись, ответил: «Нет!» Сказал, словно отрубил, рубанул сплеча — так всаживают топор в ствол обреченного дерева.
Упоителен.
22 понравилось
