
Ваша оценкаРецензии
M_Aglaya20 декабря 2023 г.Читать далееСовременная литература. ))
Сюжет... Да тут затруднишься сказать что-то определенное... )) Это сборник "малой прозы", как сказано в аннотации. При этом как бы делится на такие смысловые части... Сначала идут просто рассказы - разные, в смысле, не объединенные между собой. Потом идут опять же рассказы, но уже объединенные общим временем, местом и персонажами - тот самый заглавный "Дневник собаки Павлова". И вместе они уже, можно сказать, составляют такое целостное произведение. Повесть там. Или что. (я не литературовед, путаюсь в таких определениях...) Потом идут рассказы... вроде и не всегда имеющие общих персонажей или место... но что-то общее в них определенно чувствуется... не знаю, трудно объяснить. Просто чувствуется. )) По какому порядку они тут помещены, я тоже не знаю. Может, по времени написания? хронологически?
У меня сложные отношения с современной прозой (тем более отечественной)... )) Но вот попалось на глаза в библиотеке - и я думаю - ну, а почему не ознакомиться. )) А то про автора упоминания я то и дело где-нибудь встречаю, а ничего не читала... А тут как раз сборник рассказов - лучший способ (как по мне) познакомиться с новым автором!
Надо сказать, что читала я этот сборник долго... )) Хотя формально он совсем небольшой. 300 страниц, да еще текст идет таким крупным шрифтом... и с разными разбивками... Просто сразу стало понятно, что такое быстро не читают. )) Это просто нужно - как бы сказать - принимать под настроение по чайной ложке... )) Иначе смысла никакого не будет - текст просто не откроется... Но постепенно я как бы вчитывалась, проникалась авторским стилем... и это даже стало приносить удовольствие. А через некоторое время после прочтения обнаружилось, что это все еще имеет - умно выражаясь - послевкусие... ))
И совсем окончательно меня добили цитаты. ))) Я люблю при чтении выписывать цитаты... Какие-то интересные мысли, выражения... что-то необычное... При просмотре роликов буктьюберов видела, что они вроде большей частью используют пометки в самой книжке - стикеры разноцветные наклеивают... Ну, а я по старинке - выписать вручную на бумажку... Потом еще это все с бумажки забить на компьютер... Морока, в общем. Но охота пуще неволи - по-другому неинтересно! )) И вот тут с цитатами засада - здесь практически все подряд можно брать и выписывать... Настолько плотный в смысловом отношении текст... И вот это я к чему все излагаю - вот тут, когда я собралась с силами, чтобы переписать выписанные цитаты на компьютер... Мне вдруг открылся совершенно новый смысловой пласт текста! Я фигею, дорогая редакция... )) Это получается, я один раз прочитала - медленно! глазами по бумаге! Я это собственноручно переписала! И только второй раз переписывая то же самое (через какое-то время и послевкусие, и вот это вот все), я уловила, что тут еще вложен какой-то смысл! )))
Так что чего уж тут говорить. Это просто дело случая и везения - откроется или нет.)) Лично для себя я решила, что тут надо просто подходить по-другому. В смысле, читать это все не как прозу, а как стихи. Не получается сразу уловить весь смысл - воспринимать текст по мельчайшим кусочкам. По образам. Тогда по-любому можно получить удовольствие и наслаждение от текста - это правда очень здорово и временами просто невероятно красиво... )) Какой-то совсем особый взгляд на окружающую реальность... Мне даже показалось - это, конечно, начисто ненаучно, но просто по ощущениям - что тут есть что-то общее с Бродским. Недавно прочитанным. )) (тут тоже можно поразмыслить о странных совпадениях, по каким у того или иного читателя собираются книги в список чтения - читаешь какую-то книгу, вроде бы чисто случайно... а потом, через какое-то время читаешь другую книгу, тоже чисто случайно, и вроде бы они между собой и не связаны - но как-то вдруг становится понятно, что если бы ты не прочитал ту книгу раньше, то эту ты бы не понял... или понял не так... в общем, у всех, наверно, по-своему )) )
Ну вот так, в общем, обстоят дела с этой книжкой. Я не могу что-то о ней более конкретно и определенно изложить. )) Так же как не могу изложить что-то конкретное определенное про стихи Бродского. Поток образов и смыслов. Так что даже если текст и кажется вполне простым и понятным - все равно от предыдущего возникают подозрения, что тут наверняка что-то не так. Поди автор опять специально подстраивает обманку... ))
«…Много удивительных животных живет в тебе, но чтобы сказать о них, я должен выучить язык какого-нибудь счастливого народа!»
«Что за томительную ноту поет аорта? Ах, если бы можно было разрезать грудь, вынуть сердце, промыть и жить дальше! Ах, если бы можно было руками вырвать мучительную занозу любви, которая превращает сердце в гнойный источник не жизни, но муки!»
«Он всегда был любопытен и хотел иметь понятие о всех подлунных странах. Он говорил, что это понятие ему необходимо, дабы провидеть будущее. Вернее, он говорил: вспомнить будущее. Такая сидит в нем вера, что, мол, время мертво, и в мертвой его глыбе давно и неизменно опечатаны не только судьбы царств, но и извилистые человеческие судьбы. А чтобы понять их, следует просто смотреть вокруг и запоминать увиденное… словом, выходит, будто судьба наша не то чтобы началась, но уже и кончилась».
«…Ноготок судьбы незримо тянется к нему, не указуя, не маня, а так – потрогать: не готов ли?»
«…Воздух, от присутствия известной породы тварей тусклый и излишне плотный».
«Итак, все вроде бы на месте, все расставлены в надлежащем порядке. Чуть смазывает картину муть естественной избыточности жизни, планктон бытия, зыбь параллельных возможностей и необязательности происходящего, пусть их смазывают – без них куда же?»
«…Эпитафия, сделанная оранжевым фломастером на фанерной дощечке: «Спустился в могилу. Что дальше?»
«Зачем понадобилась Ъ симуляция смерти? Возможно, такие вещи (смерть) становятся нужны после их потери, как трамвайный талон при появлении контролера».
«Если свет слишком яркий, мир становится черно-белым, но здесь его было не мало и не много – как раз, чтобы различать цвета».
«…Убежденно полагал, что вполне возможно расчетливо выстроить судьбу так, чтобы оставить за собой мифологию, а не биографию».
«…Во всем объеме планы не сбылись, но остались по человеческим меркам вечные сооружения – эпоха сама поставила себе памятник, своего рода Колизей, годный для жизни, смерти и просто для декорации».
«Гвоздюков умел верно озвучивать свои грезы, что сродни природе божественного дарования. Приблизительно так: в сердце Птаха возникла мысль об Атуме, а на языке – слово «Атум». Птах произнес имя, и в тот же миг Атум воссуществовал. В голове Гвоздюкова ветер дул в другую сторону: ответ первичнее вопроса, подражание предшествует подлиннику, ложь обгоняет лжеца, партитура существует до живого звучания, преграде все равно, нащупали ее ультразвуком или нет, - она позы не поменяет. Словом, ответы начинают и выигрывают. А вопросы… Что короче – детство или аршин? Так можно и нарваться».
«Что можно услышать на улице вечером, в истекшем декабре? Все то же: звуки и запахи. Шелест шин в сыром твороге талого снега, всхлипы шагов, запах мокрого ветра и случайных прядей табачного дыма, лай пса из подворотни, невнятную воркотню разговоров, парфюмерию встречной кокотки, трамвайный звонок с Литейного, потрескивание фонарной лампы, выхлопной фантом автобуса, грохот двери в подъезде и, может быть, колокол. Вот что странно: все это редко фальшивит. Возможно, потому что это и есть та самая «правда жизни», которой в собственно жизни нет – она заводится/не заводится только в ее имитации».
«Материал хочет быть привычным, материал хочет, чтобы ему доверяли. Иначе он нервничает – боится, что станут портить. Подспудное состояние предметов бросается в глаза: ограда Летнего сада знает себе цену, и сарай, и Псковский кремль тоже, это хорошая цена, а вот телефонная будка и лифт трепещут. Отчего-то не по себе газонам. Цивилизация желает быть адекватной себе, суетливый прогресс достает ее: в самом деле, поставь фанерный киоск в Микенах, что, не поковыряют?»
«Что-то было в городе от бабочки, взлетающей в немыслимо замедленном рапиде».
«…Прозрачные голубые глаза, до того ясные, будто череп его с изнанки выложен апрельским небом».
«Небо над хрупким заледенелым городом неспешно текло куда-то на юг, будто было широкой рекой, а Петербург, запрокинув лицо, лежал на дне ее».
«Дюжий бармен зажал в стереосистему кассету, и Бутусов зловеще объявил обреченному на компанию певца богу: «…я хочу быть с тобой, и я буду с тобой».
«- Не люблю чудеса. Они не экономичны. Они требуют сверхусилия, которое, собственно, и требует жертвы».
«…Смотрел на него глазами, в которых не было человека».
«Это был только наш день, и солнце сияло нам одним, другие, правда, тоже им пользовались, но иначе – словно прикуривали на улице от чужой зажигалки. А как только мы ушли со сцены, небо опустило белый занавес…»
***
«Тяжко, а не опаньки, постигать метафизику бытия, вот существует, скажем, факт, другой – названы, казалось бы, и шут с ними, а однажды поднимешь себя, как штангу, на которой сто кг, что обычно влом, и за горизонтом та-акое подглядишь… вот, скажем, жил на 8-й линии Васильевского острова Семенов-Тян-Шанский и делал свои дела, на ней же – Мандельштам со своими делами, теперь я живу – ну что, казалось бы, за чушь? А за этим, может закон чего-то всемирно прячется – он, понимаешь, прячется, а мне влом за горизонт заглядывать, вступать в тонкие взаимоотношения с пространством и временем. Или вот еще – весна: живешь как в башмаках на размер меньше, вокруг посмотришь – тошнит, милейшего человека встретишь, приглядишься – крупная какая-то и, пожалуй, опасная рептилия, кофе вечно пережженный и в голове все время тупой гвоздик; а однажды проснешься – батюшки! – за окном-то: с крыши капает, грачи прилетели, солнышко в лужах – весна! Опять хорошо и чего-то хочется – жить, что ли».61271
strannik1024 января 2016 г.Читать далееСовременная русская городская литература — наверное самый всеобъемлющий тег для этого авторского сборника.
Книга отчётливо делится на три части — причём не только оглавлением, но и смысловым содержанием и содержательными смыслами тоже. Часть первая "Знаки отличия", вероятно, характерна для писателя, обчитавшегося Пинчона, Горана Петровича и Джойса — не знаю, насколько проникся Крусанов джойсовскими и пинчоновскими идеями и петровичскими подходами (то, что он их читал, сомнению просто не подвергаю), но какие-то параллели несомненно при чтении возникают. Такая же или близкая к их творчеству вязь смыслов, запутанная в ариадниной нити гордиева узла текста. И порой просто выпадаешь из содержания рассказа, пытаясь понять, что автор имеет ввиду. Вина во всём этом скорее всего не автора, а читателя — ну трудно до меня доходит высшая литературная математика!
Зато вторая часть сборника, "Дневник собаки Павлова", куда как просторнее и вольготнее, и персонажам в этих рассказах живётся не в пример проще и понятнее — понятнее и самим персонажам, да и читателям тоже. Кусочки жизни (не шибко умной и совсем не напыщенной и смыслово отягощённой), мазки взаимоотношений (и поскольку это мазки, то некоторые из них не просто оставляют следы, но именно мажут и марают — как впрочем мараемся все мы во время этого краткого длящегося мгновения, именующегося Жизнью), лохмотья чувств и переживаний с заплатами эмоций и аритмической судорогой поведений — вот так живут герои рассказов Крусанова в этой части сборника, и примерно так же живём и мы, горожане и горожанки, мегаполисцы и провинциалы — со_временники...
И в третьей части, где собраны три рассказа автора, мы опять встречаемся/знакомимся с простыми советскими пока ещё людьми.
Смысловое содержание и энергетика сборника определяются как раз временем написания составляющих его рассказов — середина 80-х — 90-е. И потому понятна эта разорванность смыслов и лохматость чувств, невнятность поступков и пустопорожность деятельности героев — всё как у Шекспира "порвалась дней связующая нить...", старое уже полумёртво, а нового пока ещё тоже нет, и общество тужится в попытках разродиться, и потому схватки и мучительные боли и громкие крики и корчи и испарина на лбу...
45854
majj-s28 декабря 2017 г.Читать далееЧехову удивительно хорошо удавались короткие рассказы, но драматургия его не то, чтобы очень хороша, а крупные прозаические формы и вовсе ввергают читателя в суицидально-депрессивное состояние. Или, к примеру, Толстой: объемные романы у него шедевральны, не все подряд, но «Анна Каренина», «Война и мир». А «Севастопольскими рассказам» только институток мучить, что же до «Сказок для крестьянских детей», ну, вы понимаете…
Это к тому, что пятна бывают и на солнце, а рассказы Крусанова проигрывают в сравнении с его крупными формами. Успев влюбиться в стиль, когда афористичный, когда растекающийся мыслию по древу; в дивный язык – в современной российской литературе так, кажется, не пишет даже Иванов – ты готова простить писателю многие вещи. Объясняя себе рыхлость сюжета тем, что таков уж постмодерн, готовый похоронить автора, Бога, сюжет. Но что нивелируется в романе, того рассказ не прощает.
В сборнике «Бессмертник» один рассказ – давший книге имя и он очарователен, Хотя полностью отрешиться от мысли, что читаешь Павича, не удается. Нет-нет, сложносочиненные двояковогнутые здешние сравнения все-таки не достигают степени абсурда, характерной для балканской звезды. Но не заметить определенного сходства, имеющий глаза, не может, чивоуштам. К тому же антураж османо-магрибского магреализма отсылает прямиком туда, к господарю Милораду.
Из оставшегося балансирует на грани между рассказом и эссе «Петля Нестерова», приводя на память Андрея Битова, что характерно, времен не «Вида неба Трои», но раннего «Улетающего Монахова». Прочее – эссеистика, рассуждения общего и локального характера, необычайно интересные и приятные из уст Мастера, однако рассказ предполагает четкий сюжет с завязкой, развитием и по возможности неожиданным финалом. Здесь нет.
11421
CulinaryCat28 декабря 2012 г.А вы бы хотели прожить бесконечную жизнь? А разве ее можно прожить? Один день сменяется другим, а ты не меняешься и знаешь что дней у тебя таких бесконечность. Да, конечно, определенные ситуации влияют на твой внутренний мир, но жить с осознанием своей бесконечности очень и очень сложно.
Произведение краткое, очень лаконичное и очень увлекающее. Мне понравилось, чего и вам советую.10134
Anastasia200025 декабря 2012 г.Только что я прекратила попытки ее дочитать . Книга слишком умная , очень непонятная , я скажу честно я больше никогда не возьму в руки книгу написаную Павлом курсановым .
Эта книга для тех кто любит запутанные , умные со смыслом книги.4319
Interisti11 января 2014 г.Читать далееЧётко и ясно делится этот сборник Крусанова на две части: категорически не понравившийся «Бессмертник», и отлично написанный «Дневник». Абсолютно никакого впечатления не произвела первая часть, и, хотя, нам этого писателя «рекламировали» на курсе русской литературы, я думал бросить книгу на четверти. Решил-таки прочесть вторую половину, и не пожалел. Не знаю как настоящим критикам, а мне стиль написания, обстановка, антураж, абсурдность ситуаций у Крусанова напомнила прозу СДД. На полном серьёзе. Только у Крусанова просто хаос, описанный простым созерцателем, а Довлатов всё же и себя хорошо осветил. Впрочем, я мог не знать всей подноготной, и попросту не заметить Крусанова в образах книги. В любом случае, время показало, что «Дневник» был более интересной читателям вещью, и пару лет назад был выпущен свежей книжкой.
3135
LanKa30 января 2013 г.Читать далееБывает такое, что книга совсем не воспринимается. Я называю это - мы с разных планет. Из разных миров - я и книга.
"Бессмертник" - одно из таких произведений для меня. Обычно, осознавая это, я бросаю читать - не вижу смысла тратить свое время и мучить то, смысл чего для меня все равно останется нераскрытым. Но это книгу я была вынуждена дочитать, потому что флешмоб. Страницы мне казались бесконечными. Я с трудом пробивалась сквозь нагромождение слов. А книга все тянулась и тянулась. Не спасало даже многообразие рассказов, смена действующих лиц и пейзажей.
но каким-то образом я получил тебя , как теленок - пожизненную жвачкуВот и для меня эта книга была жвачкой - уже безвкусной от долгого жевания, усыпляющей и монотонной.
И, несмотря на то, что я выписала немалое количество цитат, даже во время прочтения я и книга были параллельны - она ни разу не пересеклась со мной, или я с ней. В общем никак.3146
SomSom26 октября 2011 г.Читать далее"Бессмертник" - это, попеременно, то Павич, то Лимонов, то Кортасар, то Сорокин, то Платонов, то что-то еще, читанное давно, и потому не опознаваемое. Сам Крусанов выступает из разнородного фона меткими метафорами, навязчивыми самоповторами, шизофреническими отступлениями и (та-дам! лишняя звезда в оценку) потрясающе точным, узнаваемым Питером.
Эту книгу надо читать под настроение. Иногда это так же тяжело, как глодать гранитную глыбу. Иногда - так же легко, как прислушиваться к собственным мыслям. Или смотреть сны.391