Цитаты из книги Валькирия

Однако вылитого не поднимешь

Лыжи с размеренным шорохом несли по ровному полю и в то же время как будто вниз с немыслимой кручи: воет в ушах, летят за спину кусты и деревья, а сердце мрёт ужасом и ощущением то ли падения, то ли полёта, и не остановиться, не повернуть, не повременить... Всё прежнее кончилось безвозвратно; меня ждал неведомый грозный мир за пределами рода и неведомая страшная жизнь. Для неё следовало умереть и родиться вновь подобно младенцу, зарёванным, одиноким и голым.

Велик ли труд вымолвить слово? Открыть рот, пошевелить языком. Вот только мужества иногда надо больше, чем в битве.

Я до смерти тянуться буду к несбыточному.

Первому не на кого оглядываться, он торит лыжню, ему трудней всемеро.

...в одиночестве нельзя заглядывать в темноту…

Нет света без тени, не обретают нового достоинства, не выпив чаши бесславия.

Смертный человек живёт в двух мирах одновременно. Один – это мир плоти. Другой – мир души...

... хороша сила, когда при ней ум, хороша поворотливость, да со сноровкою.

Все мы когда-нибудь превращаемся в старых собак, которым уже неохота лаять в лесу, задорно летя по жаркому следу, неохота встречать незнакомца, явившегося у ворот... даже нюхаться с красавцем псом, приведённым в гости... Остынут, подёрнутся пеплом ярость и любопытство, широкий мир потускнеет и сузится: был бы клочок сена в углу...

Из-за такой спины можно язык показать хоть целой деревне. Я этого делать, конечно, не собиралась, но всё-таки…

О грозе хорошо рассуждать тихим вечером, а лучше всего зимой у печи. Но не в бурю, когда разражается над головой то ли свадебный пир, то ли смертная битва, а ты только ждёшь, чтобы пала на виноватую голову десница гневного Бога.

Мне не найти Того, кого я всегда жду, потому что ни одна баснь ещё не сбылась

Род будет всегда. Всегда будут сыновья и отцы, хотя бы звали их кметями и воеводой. Или как-то ещё.

Злая совесть грызёт без зубов, её не уговоришь.

Всяк домостройничай, покуда живёшь у себя, а в чужой избе хозяина не учи.

– Зачем воину мужество, новогородец? – спросил вождь... – Чтобы женщина тебя, бестолкового, полюбила.

Есть всё же разница, когда срамом срамиться, ныне или после, хоть чуть отдышавшись.

Со всех сторон хорош воин, откуда ни погляди. Он и надёжа, верный защитник, мужчина среди мужчин. Он никого не боится, за ним, что за стеной, тепло, сыто и весело. А уж обнимет – все косточки сладостно захрустят...

За дела одного всегда платится племя, на том стоит мир и будет стоять.