Труп. Худеющий

Когда веришь, что угроза серьезная, зевать не станешь, даже если давно не спал.

Но мужчине трудно отказаться от всех своих удовольствий, даже, когда они больше удовольствия не доставляют.

В одиночестве боль ощущается острее, только и всего.

It seemed that crying was going to be my new career.

But kids lose everything unless somebody looks out for them

The act of writing itself is done in secret, like masturbation.

The most important things are the hardest things to say. They are the things you get ashamed of, because words diminish them—words shrink things that seemed limitless when they were in your head to no more than living size when they’re brought out.

В беде познается благородство натуры.

Комбинация параноидальных заблуждение и прямого самообмана.

«Мой прадедушка говорит, что нет никаких проклятий, а есть лишь зеркала, в которых души мужчины и женщины видят себя» — глава 22: Рассказ Джинелли —Джина

Приходят, не имея корней, и так же уходят: людское перекати-поле — готовы заключить любую сомнительную сделку и вовремя скрыться из города с долларами в засаленных кошельках, передаваемых по наследству. Они выжили. Гитлер пытался их истребить заодно с евреями и гомосексуалистами, но они, видно, переживут еще тысячу гитлеров.

Дело обстояло вовсе не так, как воображал его параноидальный рассудок. Все оказалось гораздо хуже.

О! Да скажи ты правду! Уж коли наступает прозрение, не лучше ли быть откровенным с самим собой? Не ври себе - для вранья времени не остается. Только факты!

То, как мы воспринимаем реальность, гораздо больше, чем мы полагаем, зависит от нашей оценки собственного телосложения.

Вот так наступает конец света, подумал он. Не с громом и молнией, а через похудание.

"Посторонним нет дела до потайных уголков нашей души. Мы окружены глухой стеной непонимания, точнее нежелания понять. Приоткрывая потайные уголки своей души,мы рискуем  стать объектом всеобщих насмешек и ,как  уже не раз бывало, наше откровение будет гласом вопиющего в пустыне..."

Вот так наступает конец света, подумал он. Не с громом и молнией, а через похудание.

"Прохладный ветер все крепчал. Внезапно прямо у меня над головой сверкнула такая ослепительная вспышка, что глаза сами собой зажмурились: похоже, сам Господь сфотографировал меня, по пояс голого мальчишку, куда-то бредущего по железнодорожной колее."

для врaнья врeмeни нe oстaeтся

Несчастье любит компаньона