Бывают книги, рецензии о которых рождаются в моей голове сразу, я лишь «шлифую» уже готовый в моей голове отзыв, подбирая нужные слова. Бывают книги, после прочтения которых у меня есть целых две или даже три идеи, и я переплетаю их образуя текст. А есть книги, для которых я не могу найти практически ни единого слова, когда выразить то, что в моей душе, практически невозможно - настолько они неоднозначны и нетипичны. Так вышло и с книгой Даниэля Каца.
«Всё к лучшему в этом самом лучшем из миров!», - когда-то оптимистично воскликнул Вольтер, вкладывая, пожалуй, в эту фразу нотку тонкой иронии и сарказма. Быть может, Даниэль увидел в этом высказывании полное отсутствие оптимизма, после чего решил добавить сарказма и иронии, отчего уже его собственные цитаты выглядят примерно так: «Жить или умереть – пожалуйста, но никто не имеет права останавливаться».
Персонажи этой книги не имеют ничего общего с действительностью, как не имели с ней ничего общего при жизни.
Как по мне, это и впрямь хорошее уточнение. Почему-то себя с героями книги сравнивать не хочется совершенно, а ведь зачастую это и есть ключ к успеху того или иного творения в литературе.
Первая часть книги во мне вызывала порой не самый приятные эмоции: ирония над окружающим, переходящая в желчный сарказм и едва прикрытую ненависть, причём не только к происходящему, но и к персонажам в целом. Молодой находчивый еврей Беня (дедушка автора) вызывает симпатию, но то, как описываются прочие национальности, вызывает удивление и некоторую оторопь.
Его третировали. Калмыки ездили на нем верхом, ингерманландцы угрожали ножами, татары хлопали по заду. Да и дагестанцы глядели на него недобрыми взглядами и ощеривались, что-то бормоча себе под нос. Плохое было житье у деда, малышки Бени.
Наш главный герой был полковым трубачом. Дважды дедушка автора допустил невероятные оплошности, и по закону военного времени за это ему грозил трибунал и расстрел. Где это видано, чтобы полковой трубач затрубил марш на вокзале в Хельсинки, тем самым отправив поезд раньше времени?! Да и в засаде в лесу во время Первой мировой он поднял солдат в наступление раньше времени или, как иронично отзывается об этом автор, в «контратаку контратаки». Но тем не менее, несмотря на все невзгоды, Беня был прекрасным и неунывающим человеком. Автор рассказывает про своего отца, воевавшего в составе «Оси», несколько раз приезжавшем домой во время боевых действий. Мельком упоминается прадедушка Даниэля Каца, весьма колоритный персонаж: контрабандист, в лагерях заболевший туберкулезом (судя по симптомам) и на лыжах пришедший в Финляндию к сыну. Ближе к концу книги упоминается уже и сам автор, а также и его брат. Тогда автор уже рассказывал то, что помнил исключительно сам, а не передавал истории и байки, рассказанные взрослыми.
У меня создалось впечатление, что в этой книге центральное место занимает дедушка Беня: невзрачный, казалось бы, и щупленький человечек полутора метров ростом, но очень уважаемый родными, овеянный любовью семейства и знакомых, которого они будто водрузили на постамент для примера следующим поколениям. Сам же автор, особенно в тех рассказах, где он упоминал себя, мне показался достаточно посредственным человеком, достаточно сумасбродным и одновременно навевающим тоску, которая является непременным спутником депрессии... Если не верите – прочтите фразу с самого начала рецензии. Думаю, это будет очень показательным аргументом. Понравилась ли мне книга? В большей степени всё-таки «да», хоть и с натяжкой. Буду ли я её перечитывать? Однозначно «нет». Советовать? Вряд ли, но упоминать буду. Правда, в каком контексте… хм. Впрочем, это уже другая история.
P.S. Уже после прочтения книги я заглянула в биографию автора и поразилась, что его судьба похожа на судьбу одного из самых моих любимых авторов – Джека Лондона. Та же вереница смененных профессий, мест жительства, поиск себя и смысла жизни, и обретение призвания в роли автора книг.
24 понравилось
