Философия в будуаре. Жюстина

17.01.2025. Философия в бодуаре, или безнравственные учителя. Маркиз де Сад. 1795 год.

В маленькой комнате несколько человек обсуждают законы природы, страсти и свободы. Молодая девушка впервые сталкивается с идеями, которые обещают разрушить её прежний мир. По мере того как разговоры становятся всё откровеннее, она оказывается на грани выбора: подчиниться или полностью отказаться от прошлого. Но когда правила уничтожены, что приходит на их место? Обещание счастья или кошмар вседозволенности?

Насколько притягательной была предыдущая книга, которая попала мне в руки, настолько эта оказалась отталкивающей. Есть произведения, которые вдохновляют, произведения, которые утешают, и произведения, которые словно пытаются швырнуть в вас камень. «Философия в будуаре» Маркиза де Сада — из последней категории. Этот текст выдаёт себя за философский трактат, но оказывается больше похож на провокацию с элементами шок-арта. Это не просто вызов общественным нормам, это демонстративный фейерверк из идей, искры от которого, к сожалению, вместо того чтобы создать красоту, сжигают дом.

Де Сад разрушает всё: семью, религию, мораль, законы. В его мире свобода — это вседозволенность, оправданная природой. Однако вместо того, чтобы создавать диалог или тонкую дискуссию, автор превращает текст в карикатуру на свободу, где жестокость и эгоизм объявляются вершиной человеческой натуры. Утверждения о естественном порядке выглядят больше как оправдания самых низменных инстинктов, чем как серьёзная философия.

Риторика текста насыщена гиперболами, метафорами и искусственной глубиной. Диалоги будто пишутся не для героев, а для зрителя в зале, который должен аплодировать каждой фразе. Стиль напоминает чрезмерно драматичное театральное представление, где герои кричат свои реплики в пустоту. Всё это создаёт атмосферу пустой патетики: громко, ярко, но без настоящего содержания.

Что касается персонажей, то они кажутся скорее куклами, чем живыми людьми. Дольмансе олицетворяет цинизм, доведённый до крайности. Это не герой и даже не злодей, а лишь рупор идей, настолько однобоких, что с ними невозможно спорить, потому что они и не предполагают возражений. Трансформация Эжени могла бы быть интересной, если бы её путь не сводился к банальному отказу от всех норм. Она больше напоминает марионетку, которую автор использует для иллюстрации своей философии. Г-жа де Сент-Анж, задуманная как воплощение сексуальной свободы, на деле оказывается лишь фоном для идей Дольмансе. А унижение Г-жи де Мистиваль, которое автор преподносит как триумф новых идей над старыми, вызывает не сочувствие и не осмысление, а лишь отвращение.

Театральность текста подчёркивается и минимализмом антуража. Пространство почти не прописано, оно служит лишь декорацией, чтобы герои могли произносить свои речи. Но эта условность лишена символизма: вместо многозначности остаётся лишь пустота.

Идеи Де Сада крутятся вокруг одних и тех же тезисов, которые он повторяет снова и снова, будто боится, что читатель забудет. Каждая сцена пытается шокировать, но в итоге все они сливаются в однообразную картину, где шок теряет свою силу. Финал, в котором насилие и деградация достигают апогея, не оставляет ни катарсиса, ни глубоких мыслей, только усталость и

«Философия в будуаре» — это не философский трактат, а радикальный личностный манифест аморальности и карикатура на свободу, доведённая до абсурда. Вместо тонкой критики социальных устоев мы получаем поток грубых провокаций, где эпатаж заменяет содержание. Это произведение можно рассматривать как исторический памятник радикальной мысли, но не как значимое литературное достижение. 1 из 10.

Давно я не ощущал себя монашкой. Даже обидно, что такую литературу не закидывали в список на летнее чтение. Предвкушаю алые щёки у соседки за партой. Ведь тут полно мест, где фантазия и внутренний монолог могут уединиться. Отдаленно книга напоминает платоновское государство и пошлые анекдоты поручика Ржевского. И если первое выражено в сути, то второе – в форме. Читаешь… и не понимаешь, можно ли смеяться? Причем я так и не определил авторскую позицию. То ли это сатира на компанию развратников с гротеском и размахом, то ли де Сад серьёзно водил кистью в порно-эпизодах. Одно наверняка – концепция вседозволенности изображена неплохо.

Но порно здесь на любителя, скажу прямо. Юная девочка, которой лет пятнадцать, приходит на обучение к некой двадцатишестилетней распутной госпоже. Эжени только выпорхнула из домашнего гнезда. Нацепила платье и пошагала по французским тротуарам. Поскольку наблюдаем здесь пьесу (или что-то очень на неё похожее), то внешний вид персонажей в основном раскрывается в диалогах.

Её каштановые волосы настолько густы, что их невозможно удержать в одной руке […] глаза - чернее ночи и пламенные!.. О, мой друг, сопротивляться этим глазам невозможно...

Забавно, что описание разбавляется практической стороной. Тут хвост волос исключительно держат, а желаниям не сопротивляются. Как только девочка заходит в комнату – дверь закрывается от условностей. На ковёр она опускает трусики и прочие навязанные социуму платья из морали, добродетели и религии. Важный нюанс, что в помещении находится много зеркал. Если вспомнить старинное поверье, а именно: "в зеркалах заключены души всех тех, кто в них смотрелся", то тут на ум приходит смешная мысль – у этих людей сверкают не только души, но и бледные ягодицы. Ведь как говорит госпожа: "всё становится на виду, и ни одна часть тела не может быть скрыта". И парадоксально, как автор, используя зеркало в интерьере, стирает его мистический образ. Служка в церкви сказала бы - этой комнате не хватает только табуретки для змея.

Контраст между закрытой исповедальней и комнатой зеркал мне понравился. Да меня вообще забавляли монологи о религии. По ходу чтения я только и думал, почему книга 1795 года не закинута моралистами в запрещенный список литературы на территории Р.Ф. (там еще, кстати, аргументация в пользу секса между мужчинами). В современной российской прозе такой дерзости я не встречал. Вот лишь несколько вырезок из монолога Дольмансе – 36-летнего французского развратника.

Кроме того, яро проклиная тех, кто не уверовал в него, этот мошенник сулит рай всем болванам, которые согласятся ему внимать. Он ничего не пишет, потому что он невежда, очень мало говорит, потому что он глуп, ещё меньше делает, поскольку он слаб.

Несколько его собственных бессмыслиц тотчас становятся основой его морали, а поскольку этот водевиль разыгрывается для бедняков, милосердие стало первой добродетелью.

Добавлю, что убийство религии и набожности на страницах не основное.
В общем, что нужно учитывать, беря книгу в руки:

1. Эпизоды разврата. Причем я не против таких сцен в литературе, тем более если они иллюстрируют авторские логические цепочки. Но то, как изображены фрагменты на страницах, с утрированной грубостью, без приятной глазу эстетики, вычурно пошло и грязно… всё это вызывало два желания, которые периодически сменяли друг друга – перевернуть листок и расхохотаться. Короче говоря, весь сюжет сводится к групповому сексу. Пять участников: две девушки и трое мужчин (в конце пьесы ждите бонус). В минутах отдыха и эйфории “наставник” ведёт монолог об иллюзорных ценностях социума.

2. Если вырвать монологи из сюжета, то помимо их философской составляющей можно проследить ступенчатое изменение личности. Так, например, под пяткой оказывается первая дощечка, на которой стирают повиновение перед матерью. На следующей развеивают миф про стыд. На третьей – топят набожность, как котёнка. И так далее, по цепочке "добропорядочного" гражданина. В эти минуты я особо ощущаю прелесть литературы. Ведь именно она показывает, что твои вчерашние мысли уже были проиллюстрированы 225 лет назад.

3. Напомнило платоновское идеальное государство. На страницах де Сада иногда встречаешь мысли о Республике, как форме правления. Сразу скажу, что навивает исключительно… ароматом. Похожего построения диалога здесь, понятно, нет. Возможно, моя ассоциация случилась из-за наставника и ученика.

4. Жестокость. Во многом бунт дочери против матери бессердечен и кровав. Приготовьтесь к дикости.

Призвание женщины - быть распутницей, как сука, как волчица: она должна принадлежать всем, кто её захочет. Очевидно, что связывать женщину абсурдными путами уединённого брака значит оскорблять её природное предназначение.

По итогу.
Рад, что реализовал старое желание – прочитать де Сада.
Эти 200 страниц местами забавляют, смешат и вырывают из реальности. Читается на удивление легко.
В перспективе продолжу открывать автора дальше, если там, конечно, кроме разврата будут похожие мысли о боге, природе, тщеславии и зверстве человечков.
Советовать такую литературу нет смысла.
Книга исключительно на любителя.
Для меня она стала сборником смелых утверждений и иллюстраций на тему концепции вседозволенности. Где порно, лишь проекция этих тезисов.

Достаточно философский роман, обнажающий пороки человечества, но не все этим порокам подвержены. Где есть порок, там есть и добродетель. Может она мала, ничтожна, но она есть. Добродетель - выбор сильных и чистых людей. Не всем дано это чувство, кому-то легче поддаться пороку, испытывая наслаждение причиняя муки другим. Отбросить всю мораль, человеческие законы. Приносить только боль и страдания, уничтожая любую добродетель на своём пути, но полностью ее никогда не уничтожить. Про эту книгу я узнал из упоминаний "Волхва" Джона Фаулза, так что сразу же взялся за неё. Скачал я расширенную версию, без цензуры. В ней около 800 страниц. Я не поклонник извращений, но и цензуру я не потерплю. Сначала мне казалось, что это не просто порнушная книга, что это что-то более глубокое, но к сожалению я не смог осилить и даже разочаровался. После двухсот страниц я сдался, но всё же решил оставить рецензию, может быть в будущем всё же вернусь и попробую осилить это произведение, ну или же попробую почитать зацензуренную версию объёмом в 272 страницы. А история рассказывает нам про двух юных осиротевших сестер, лишившихся всего. 14-летняя порочная Жюлльета и 15-летняя целомудренная Жюстина. Жюлльета сразу определила свою судьбу и попыталась привлечь и Жюстину, но та отвергла предложение сестры и всё же всё равно попала в руки нехороших людей. Для меня это не просто книга. Это испытание. Наберусь сил и обязательно преодолею это.

«Кто сказал: Казанова не знает любви», - не понял вопроса».
С. Калугин.
Почему эту книгу стоит прочитать?

• Классику надо знать и уметь читать. Так как проблемы, заявленные в таких книгах, как правило, не преходящи и универсальны.
• Сведения о сексе, полученные из журналов типа COOL и BRAVO, не всегда достаточны для удовлетворения любопытства и прочих потребностей. Правда стоит де Сад чуть-чуть дороже, но дешевле, чем Play Boy.
• Вообще, тексты такого рода невольно развивают воображение, т.к. несильно детализированы. Правда, в данном случае, вы рискуете оказаться в его заложниках.
• Если вы за порок - почувствуете себя оправданным, а добродетель - высмеянной, т.е. утвердитесь в своей позиции. Но вы и так в ней тверды.
• Если вы за добродетель - подберёте и разовьёте контраргументацию и почувствуете порок высмеянным и обезображенным, утвердитесь в своей позиции.
• Если вы не достигли определённого возраста и в действии не всё вам понятно, будет что обсудить с родителями и друзьями.
• Если вы - нежная и чувствительная девушка, то разовьёте мышцы ног и живота, справляясь с рвотными позывами в наиболее красочные моменты повествования. Большинство моих друзей, согласились, что сие пособие является уникальным тренажёром для сердечно-сосудистой системы и средством понижения аппетита.

• Как?
• Я её уговорил». Торжество добродетели или же её крах - автор сам для себя не решил. Зато смерть её адепта неизбежна. История несчастной девушки, получившей воспитание в монастыре и попавшей в жестокий мир Франции XVIII, века начинается словами «тот не преступник, кто изображает/ поступки, что Природа нам внушает» (что естественно - то не без оргазма). А на самом-то деле хочется вспомнить слова одного из героев Фонвизина (тоже классик и тоже классицист): «Ничто так не терзало души моей, как невинность в сетях коварства».

Хоспадибожемой. Не зря этот бред так отчаянно запрещали! Такого бреда… Это… Это… Это похоже на корявые кособокие рассказы с сайтов «Эротические истории», написанные детишками с гепертрафирующей фантазией Рабле, которую тоже не плохо бы рассматривать по Фрейду, и с полным отсутствием какого-либо ОПЫТА!

Такое впечатление, что человеку, который это писал, 15 лет и что он никогда в жизни не занимался сексом! Епт.

Что ни мужик у него – половой гигант. Ну просто чернобыльские все! Тогда как найти мужика с нормальным… Ну да ладно. Оставим это. Может, мадемуазель Жюстине так везет. Впрочем, ей слишком откровенно НЕ везет. Но не о сюжете же говорить в таком произведении? Хотя куда лучше было придумать ей ОДНО место со всеми интересующими милорда маркиза подробностями. А то прямо складывается впечатление, что все только о разврате и думают в бедняжке-Франции…

Такого бреда я не читала давно… Складывается впечатление, что мсье не имеет никакого, даже приблизительного представления о том, что пытается описать. Вопиющая нереальность бесит. Какие-то непомерные размеры, мужчины, способные, простите, отыметь по 60 (шестьдесят!) детей и ни разу не кончить за день, каждый день! Несчастных жертв ежедневно истязают до полусмерти, избивают – и это не мешает им годами оставаться цветущими и свежими, никаких ран и синяков нет у них уже на следующее утро, а о такой досаде, как «не могла пошевелиться после вчерашнего» не упоминалось ни единого раза за весь роман, чего бы героине не приходилось выносить на его страницах. Она переносит насильственный анальный секс, со специальным указанием на «явное несоответствие размеров»,без «всякого увлажнения» и «какой-либо подготовки» - и что же? Через полчаса она приходит в себя, встает и идет по лесу, страдая о… своей поруганной добродетели. Более никакого дискомфорта этот и все последующие подобные эпизоды ей не доставляют! Ее несчастные ягодицы и бока столько раз «изрывали в клочья плетьми» - а они продолжают быть «самыми божественными в мире». Собственно, каждая девушка и каждый молодой юноша-жертва – самые божественные в мире по красоте, такие, каких раньше никто и никогда не встречал. Оргии описываются по принципу «включить как можно больше действий», и автор нисколько не руководствуется исполнимостью подобных «композиций», не говоря уже о их удобстве и способности принести хоть кому-то удовольствие. Автор никогда в своей жизни не имел дела ни с одной женщиной, я готова спорить! Если несколько эпизодов интимной близости с мужчиной у него, возможно, и случались – то с женщинами мсье «не совокуплялся» никогда. Ибо он не имеет никакого понятия о том, как это у женщин бывает. Отсюда бесконечные «извержения» женской половины романа, «обильные струи», венчающие их оргазм, отсюда появление любой влаги обзывают этим самым оргазмом, отсюда же и клиторы в 8 сантиметров. О, переводить дюймы в привычную систему счисления тут просто опасно – иначе перед нами раскрывается чудная картина Франции с мужчинами, у которых интимные органы по 35 сантиметров в длину и ДВАДЦАТЬ – в диаметре… И так – каждый второй.

Утомительный бред больного воображения. С мукой читаю по главе в день, руководствуясь тем, что де Сад входит в произведения, которые стыдно не читать. Ибо надо знать. Я дочитаю до конца «Жюстину», и даже прочту еще пару известных вещей. Но, о мон дье, как же можно было ваять в печать порнографические романы, да еще и в 17 веке, не удосужившись хоть немного попрактиковаться на деле?..

Нет, я просто не могу молчать! убиласьостену Ну всему же должен быть предел!

Осторожно, тупой садистский бред

++

++
Еще всю ее изорвали на клочки с двух сторон гвоздями и избили кнутами. Ну и отымели всеми способами, разумеется. Ах, еще же утыканный шипами шарик, который изорвал ей задний проход и влагалище "до самой матки".

Ну и что же? Стоит всего лишь наскоро промыть ее раны прямо на месте – и она приходит в себя. Она уже готова молить и просить, рассуждать о справедливости, оплакивать СВОЕ ЧЕСТНО ИМЯ, и, главное, она ходит! Да что там ходит – она больше вообще не вспомнит о вчерашних неприятностях!

Такое впечатление, что ей раны промывали диким сельдереем из "Детей капитана Гранта"!

Де Сад, конечно, тролль знатный. Дурно то, что юмор его удался на славу и орава бедолаг высосала из пальца ВЕЛИКИЙ СМЫСЛ. Того смысла тут с гулькин нос - де Сад со своих субъективных позиций разбирает порок. Мысли его (звучат фанфары) не очень-то и оригинальны, и уместились бы в одно-два эссе. Теперь по факту. Люди, сумевшие дочитать сие, вместе с этими скудными мыслями съели десятки фаллосов: молодых и старых, вялых и твёрдых, средних, бочонок юных и старых содомитов, выпили литры спермы, крови и дерьма и неизвестно чего ещё. С чем я их и поздравляю. Де Сад с улыбкой опорожнялся на бумагу и в умы, а вы проглотили.
Ещё по факту. Возьмём, например, Генри Миллера. В его "Тропиках" и прочем за всеми скандальными эпизодами проглядывает нечто робкое и беззащитное. Да, оно там есть, говорю положив руку на сердце. Но не более. (Хотя лопухи-критики увидели там (а так же в "Лолите" и прочем) нечто большее и если я или кто другой оспорит это, или, не дай Бог, увидит в Миллере только секс, то кучка снобов-читателей будет смотреть на меня неодобрительно или, чего похуже, прибегут ко мне со своей убогой и скучной иронией, будто мне и вправду важно, что там они думают). Так вот, у маркиза оргия - это просто оргия. Никаких скрытых чувств я там не увидел. (Хотя, если бы я исповедовал "десадство" и было бы для "меня совершенно безразлично, кто и что исторгнет из моих чресел малую толику спермы - потаскуха или собственная дочь", то мне, может быть, что-то и открылось, но это сомнительно). Все собрались, яростно совокупились, залили всё вином, разбрелись в свои сугубые стороны, ну, и ещё читатель сидит и, простите, в контексте книги это не звучит, сосёт палец в ожидании великих смыслов, которые вот-вот должны отправиться в Большое Время Бахтина, ну да ладно.
Поэтому, я утверждаю, что чтение де Сада - вопрос не столько эстетический, сколь вопрос человеческого достоинства. Ситуация, кстати, аналогична ситуации с Сорокиным. Допустим, у них есть смысл (хотя символизм Сорокина, про который иные толкуют, не является сам по себе достоинством). Вот, один выливает на читателя то, что я говорил, другой - ведро помоев. За это читатель получает этот смысл. Теперь читатели, залитые по уши, созывают нас: придите, прочтите, тут есть смысл. А я отмахиваюсь и говорю им - нет. Тот смысл, что вы мне предлагаете, мне не нужен. Он этого не стоит.
В этом мой основной ответ де Саду, его творчеству и иже с ними: мне это не нужно. Ешьте сами. Приятного аппетита.

Кроме - фууу, какая мерзость - мне про эту книгу сказать нечего. Честно. Даже Содом вызвал меньшее отвращение, хотя и там мерзости предостаточно...
Повествование начинается с описания того, как две осиротевшие девушки Жюльетта (14 лет) и Жюстина (15 лет) из некогда состоятельной, но разорившейся семьи вынуждены покинуть монастырь в Париже. Младшая сестра легкомысленна до невозможности и её основная цель - стать содержанкой у богатого человека. Жюстина пытается следовать нормам католической морали. Она пытается найти приют в церкви, но священник проявляет к ней плотский интерес. Затем Жюстина пытается наняться в дом к богачу Дюбуру, но тот требует от неё обнажения и замечает, что «целомудрие приводит нас в уныние». Откровенно говоря, я уже начала делать ставки, в какой главе ее обесчестят и обесчестят ли вообще до конца книги (проиграла, эх...).
Начиная от Дюбура и далее сюжет развивался по одному сценарию. Жюстина попадала в лапы к жестокому мужчине, который ее заставлял ублажать себя, она безмерно страдала, но в итоге сбегала из неприступной крепости. Наверное, первые два-три подобных приключения было бы ещё ничего, но их гораздо больше, развития сюжета нет (перемещение от одного садиста к другому - не в счет). Да и те оргии, которые описывает автор, в какой-то момент начинают набивать оскомину, т.к. идут по одному плану. Меняются имена героев, но не само наполнение.
Разумеется, от этого автора я не ждала великого произведения, но все же...

Это чрезвычайно тревожное и шокирующее произведение. Но когда я оставила в стороне эти мысли, я увидела свет. Де Сад мужественный, независимый, мятежный. Он задает вопросы нравственности, религии, традициям, сексизму и каждой догме, что затрудняет нашу жизнь. Он жестокий, но впечатляющий. Он восстает против правил, которые мы беспрекословно принимаем в течении жизни.
Он призывает читателя, подражать персонажам. Не обращайте внимания на все, что противоречит божественным законам удовольствия. Уничтожайте и отвергайте все эти нелепые заповеди, привитые вам родителями. Будьте циниками и эгоистами и тд.

Кто-то воспринимает данный текст, как обвинение пуританства, может для кого-то это порнография, но лично для меня это сатира поочередно палящая излишествами свернутой аристократии и буржуазной духоты класса Революции.

Конечно, многие идеи де Садa очень сомнительны, но я все же восхищаюсь его смелостью, его дикой и гениальной фантазией. И ... это действительно бесценно.

Я не знаю, как это оценивать… Как величайшую литературную мерзость или как гениальный вызов человеческому ханжеству?
Сюжет прост как пять копеек: две юных сестры, осиротев, оказываются один на один с жестоким миром похотливых извращенцев, которые без устали испытывают их добродетель. И если Жюльетта, бойкая и чувственная, старается извлечь из ситуации все мыслимые выгоды и удовольствия (но это уже совсем другая история), то чистая душой и прекрасная телом Жюстина всеми силами (хоть и без особых успехов) сопротивляется обрушившейся на нее реальности.
Кажется, нет таких извращений и гнусностей, которые не пришлось испытать героине этого поистине эпатажного творения. И сексуальное насилие в различных формах – далеко не самое шокирующе, что можно здесь встретить. Для Донасьена Альфонса Франсуа де Сада запретных тем нет… совсем…
Но самое интересное, что любые, самые запредельные и отвратительные проявления чувственной фантазии своих героев, свидетельницей и участницей которых приходится быть бедняжке Жюстине, автор довольно успешно оправдывает в многословных разглагольствованиях персонажей, объявляет их естественными для человеческой природы и потому вполне допустимыми и даже предпочтительными. А моральные преграды для декларируемой им свободы проявления животных инстинктов – это всего лишь рамки, в которые ханжеское общество пытается впихнуть истинную людскую сущность.
И тут надо отдать ему должное: господин де Сад так грамотно оперирует различным историческим, философским и теологическим материалом, так иронично высмеивает любое добродетельное начало, так искусно подменяет понятия и догмы, что в какие-то моменты почти начинаешь верить, что чудовищное надругательство над телом ребенка, например, приведшее к его смерти, поедание экскрементов и прочая подобная мерзость - это не только приемлемо при определенных обстоятельствах, но и вполне естественно. Жесть неимоверная, короче.
В какой-то степени, это любопытно… кого-то, наверное, даже возбуждает… Но я, кажется, все-таки слишком захвачена в плен ханжества, чтобы по-настоящему оценить сие бессмертное творение. Дочитала исключительно из природного упрямства, не получив при этом ни радости, ни полезной информации. Да, возможно, какое-то разумное зерно во всех этих словоблудиях и есть: о природе человека, о нравственности, о физиологии, но слишком уж жестко, слишком за гранью находится всё написанное.

Мда, ожидала я чего-то другого от апологета насилия, ну да ладно, классика же, все дела, ознакомилась, причастилась и слава Богу.
Больше всего, конечно, поразило количество странных мужчин в жизни Жюстины, их, мужиков, хватает, безусловно, но что ж она, козочка, ни одного нормального не повстречала, это жутко неубедительно.
Также неубедительно то, что встречи с мерзкими извращенцами не научили героиню быть осмотрительнее.
При всём уважении к жизненному опыту маркиза де Сада, добродетель и тупость - две разные разницы, которые он почему-то объединил в одной Жюстине.
Можно было бы серьёзно сократить объёмы романа, но это так, моя критичность даёт о себе знать.
Слабонервным и впечатлительным барышням не рекомендовала бы, автор со знанием дела заклинивается на не особенно приятных моментах.
Теперь самое оно почитать что-то из барона фон Захер-Мазоха.