Пинбол-1973

Я недаром решил начать свою рецензию с поминания сказки Андерсена и пьесы Шварца. Пока те две повести рецензируемого автора, которые я прочел, больше всего мне напоминают платье сказочного короля, которым восхищались придворные и зажиточные горожане, лишь бы на них не подумали, что они его не видят.

Вот я перечитал кучу положительных и восторженных рецензий, и по большему счету все они имеют некий гадательный характер: "А может автор хотел сказать то? А может это? А может что-то еще?" Каждый уверен, что он нашел правильный ответ на некую загадку, которую разгадать под силу только посвященным. Неплохо Харуки устроился, предложил текст с набором необязательных образов и деталей, некий такой ребус, из которого можно безболезненно выбросить что угодно и так же вставить что угодно, лишь бы по стилистике соответствовало, и платье готово.

Сама по себе такая литература нежизнеспособна, но, если создать соответствующие условия, привлечь внимание, обеспечить критические публикации в элитных журналах, причем, не обязательно положительные, создать атмосферу скандала и сенсации, то это уже совсем другое дело - читатель видит в тексте не только то, что там написано, но и то, чего там и не было никогда.

А надо отдать должное Мураками, писать он умеет, создавать некую эмоциональную атмосферу у него тоже получается, поэтому отсутствие смысла, читатель, сенситивно воспринимающий действительность, как реальную, так и воображаемую, ему легко прощает. Точнее, берет на себя функцию объяснения и смыслового толкования предложенного текста.

Может я излишне польщу японскому автору, но мне на ум приходят строки Тютчева, который писал о природе, но и к творениям Харуки их можно отнести: ...может статься, никакой от века загадки нет и не было... Единственное, что здесь лишнее, это "от века", потому что не от века, а от 1979 года, когда его начали издавать.

Харуки продолжает свистеть как ветер из первой части, что бы он не написал, всё ему простительно, потому что он "художник", и лабуда про венерианцев и сатурнианцев, с которыми общается герой, и пассаж про Троцкого и оленей на Красной Площади, и про бюстгальтеры советских женщин-военнослужащих. Кстати, когда его потом спросили про экскурсы в историю СССР, он ответил так: "Я тогда и представить не мог, что все это будут читать русские люди", и на момент написания не имел даже представления ни о Красной Площади, ни о тех самых бюстгальтерах. Но создать исторические анекдоты, которые теперь гуляют по просторам иностранного инета, у него получилось.

Судя по всему, Мураками относится к своему творчеству гораздо критичнее, чем его российские почитатели. Есть такое писательское правило: писать нужно либо о том, что ты знаешь лучше всех, либо о том, о чем никто ничего не знает. Харуки очень виртуозно пользуется вторым условием, он пишет явный бред, отвечать за который не нужно. Ну и что, что в Москве нет никаких оленей на Красной Площади, это же пишу не я, а человек, от имени которого ведется рассказ, он же там еще и с инопланетянами общается, и со странными двойняшками живет, и сам он до жути странный.

Вот эта странность безымянного повествователя наводит на мысль, что его и нет как такового. Есть Крыса и его внутренний мир, в котором он сходит с ума, поэтому и перемежаются главы от одного к другому. Жизнь Крысы до жути скучна и однообразна, напившись очередной раз в баре, он в очередной раз проваливается в мир, кажущийся ему идеальным. Но "блаженны нищие духом", духовная нищета Крысы рождает соответствующую воображаемую жизнь, в которой присутствуют необъяснимые вещи, как во снах, там же всегда всё необъяснимо, в которой происходит гиперболизация каких-то мелочей, но отсутствует логика и смысл.

А когда завершаешь чтение книги, то остается звенящая пустота - всё не важно, всё могло быть, а могло и не быть, всё, по большому счёту, не имеет значения. Что дала мне эта книга? Что я вынес? Чему она меня научила? У меня только один ответ - пить много пива, как это делал Крыса, вредно. Не судите меня строго за этот вывод, но он ничем не хуже авторских экзерсисов об оленях и бюстгальтерах. Так что, какова книга - таковы и выводы.

Прочитав первую часть трилогии, от которой у меня остались только самые лучшие впечатления, я взялся сразу за вторую. Концепция книги похожа на своего предшественника, тут также два главных героя, один из которых "Крыса", такая же манера повествования, и тот же бармен. Но вот эмоции и атмосфера совсем другие. Если в первой книге все было по летнему легко, то тут все по осеннему пасмурно и тучи сгущаются.
Иногда хочется все бросить и полностью перевернуть свою жизнь. Наверное у каждого в какой то момент жизни появлялись такие мысли. Только вот не каждый готов взять все в свои руки, поэтому многие оставляют все как есть. Вот и получается, что в такой ситуации можно поделить людей на два типа.
Первые, как "Крыса", все таки решаются, обрывают все прошлые связи и пытаются полностью поменять свою жизнь. Даже если ради этого приходится расстаться с дорогими им людьми.
Вторые, как другой наш герой, просто оставляют все как есть и пускают жизнь на самотек. Они принимают все, что подкинет им жизнь, даже если это непонятно откуда взявшиеся в Вашем доме близняшки.
Кто прав первые или вторые судить сложно, это личный выбор каждого.

"В этом лесу, где дико ветви ветром крючит,
Толпы людей пытались отыскать, хоть света лучик,
А свою спесь и пафос приготовь, чтобы спустить в утиль,
Когда услышишь голоса тех, кто не смог найти пути..."
Несвятой

Вторая часть трилогии о Крысе... О Крысе ли? Конечно, он сквозной герой, но, всё-таки, не о нём роман. Вторая часть трилогии с Крысой. Он где-то тут, на периферии, рядом, но не в центре.

Читая Мураками, я всегда задумываюсь о том, что хорошо бы было, если бы к его книгам прилагались диски с музыкой, которая играет на протяжении романа, и с фильмами, которые там упоминаются. Почему бы не прикладывать к подарочному изданию Мураками подобные музыкально-кинематографические бонусы? И большой культурологический словарь, например, кратких биографий и фактов (вроде "Словаря "Маятника Фуко""), потому что пробегаешь взглядом по фамилиям и даже не задумываешься, правда ли то, что Мураками об этих людях написал. Обратила на это внимание только прочитав здесь бредовую байку про Троцкого и оленей, которым поставили потом памятник на Красной площади. Кольнуло сомнение насчёт фактографичности автора, и уже следующую же незнакомую фамилию (Морони), я побежала гуглить. Вывод: Мураками интересно подстраивает факты "под себя", зачастую преувеличивая или привирая, так что полагаться на рассказанные им факты нельзя. И обидно за любимого переводчика, который, как оказалось, проверить эти фамилии поленился и просто их транскрибировал, не обратив внимание на возможное разночтение "р". Всё-таки это Молони. (Но это не в обиду Коваленину будет сказано, потому что перевод прекрасен).

У меня после "Пинбола" осталось очень двойственное ощущение ирреальности. Сразу провелась параллель с аниме "Фури-кури", где вокруг главного героя творится редкостный бред, а он продолжает ныть, что всё скучно и ничего не происходит. Здесь то же самое, правда, автор не ноет, но совершенно спокойно реагирует на все странности, что рядом с ним происходят, как заводная кукла какая-то. Собеседники, утверждающие, что они с Сатурна и Венеры. Близняшки 208 и 209, неизвестно откуда появившиеся и оставшиеся у главного героя жить. Похороны распределительного щита. Облачение в парадную одежду для того, чтобы приехать на железнодорожную платформу и посмотреть на собак. И всё это без малейшей толики удивления или ощущения чего-то неправильного, кажется, у Мураками вообще нет удивления, как эмоции. Любое событие он умудряется так закатать в свою плотную паутину размеренного повествования, что оно теряет всю свою неординарность. Меланхоличный эмоциональный вампир, который выпивает из жизни все краски, превращая всё вокруг в "муракамность".

Во всё это удивительно точно вписывается аллегория пинбола. Игра, в которой не надо думать, она просто прожигает твоё время и деньги, ничего не давая взамен, кроме моргающих циферок на экране. Бесцельность. Жизнь, как коробка, заполненная упаковочной крошкой — вроде и не совсем пустая, но... Даже секретарша на работе главного героя замечает это. Вроде и работа хорошая, и деньги есть, да только всё до невозможности пресно, никто кроме самого Мураками (точнее, любого из его главных героев) в этой среде нормально жить не может.

Повествование катится, катится, к середине книги уже забывается, что должно-то быть про пинбол и про Крысу, слова затягивают тебя... И, наконец, они появляются. Вспоминая первый роман из трилогии о Крысе и главного героя оттуда — неужели Крысу всю жизнь окружают персонажи, так ужасно похожие друг на друга? Мне правда его жаль, постоянно сталкиваться с разными людьми на одно лицо. Ещё один перекочевавший во второй роман сквозной персонаж — владелец бара китаец Джей. В русле этих двух произведений он похож на своеобразного хранителя традиций дзен-буддистов, этакого странного духовного наставника.

Роман про два одиночества... Одиночество главного героя, одиночество Крысы... Совершенно разные, но и чем-то неуловимо похожие. Главы про Крысу и главного героя чередуются, оттеняя и дополняя друг друга. Кульминация — отъезд Крысы и посещение кладбища пинбольных машин главным героем (где пахнет мёртвыми курицами и вообще жутковато). Это посещение похоже на свидание с бывшей, слегка натянутое, с обязательными вопросами про жизнь, неловкое, но, в общем, приятное и необходимое. После этого экран темнеет, скоро начнётся новая серия, новый роман.

оффтоп Иногда возникает ощущение, что несчастного Мураками в детстве изнасиловал колодец. Раньше не обращала на это внимание, но сейчас при перечитывании буду смотреть более внимательно — из романа в роман ползёт этот образ, появляясь даже тогда, когда это совершенно не в тему.

Я вас любил. Любовь ещё (возможно,
что просто боль) сверлит мои мозги,
Всё разлетелось к чёрту, на куски.

Раньше Мураками был моим любимым автором. Но то что случалось в прошлом, случилось и теперь. Прочитав несколько его интервью, я стала грустной и отложила его книги в сторону. И сколько бы раз я не зарекалась не вдаваться в биографии любимых авторов, но почему-то все равно делаю это снова и снова. Не то чтобы Мураками сказал там что-то ужасное, просто мы с ним не сошлись во взглядах относительно свободы самовыражения. К тому же, последнее время я иначе взглянула на распределение ролей в его романах и то, что я увидела, мне очень не понравилось. Хотя не могу отрицать, что он старается делать лучше с каждой новой книгой и это заметно.

Может мое настроение также диктует то, что прочитав первые две книги трилогии крысы, я была в растерянности. Очень абстрактно, очень метафорично. Как-то по-детски. Несмотря на то что эту инфантильность критики приписывают особенностям стиля Мураками, но в дальнейшем он от этого стиля отошел, что уже говорит само за себя.
Вся эта сумбурность, происходящая в Пинболе и Песне ветра, выглядела не убедительно, очень сыро. Как будто вместо произведения нам дали его черновики. Плюс, чтобы там не говорили о том, что действие его книг могло бы происходить в любой стране и отличается международностью, но именно в этих первых двух романах еще отчетливо чувствуется азиатская проза, чрезмерная претенциозность и вычурность диалогов в совокупности с эмоциональной скупостью героев.

Я не могу сказать, что это плохо, но это не тот Мураками, который завоевал миллионы читателей. Тот Харуки Мураками появится лишь несколько книг спустя. И начинать знакомство с этим автором с первых двух его опытов себя в роли писателя я бы не советовала. Можно, конечно, сделать исключение в том случае, если вы большой любитель пинбола или пива.

Сначала хотела начать свою рецензию с того, как я очень люблю творчество Харуки Мураками. Как мне нравятся его произведения. И стала вспоминать, что я у него читала. Оказалась, что я та еще поклонница. Всего две прочитанные книги, и то лет 12 назад. И одна из них это 3 часть «Трилогия Крысы». Короче, мое странное хобби: я читаю серии книг в обратной последовательности.
А что до самой книги, то мне она понравилась. Хотя тут и нет определенного сюжета. Да и имен как таковых тоже нет. Главный герой у нас остается без имени, второго героя зовут Крыса. И то это его прозвище. А для различения близняшек подходил лишь один-единственный способ — по их футболкам. На темно-синей выцветшей ткани стояли белые цифры номеров: «208» и «209».
Когда я начала читать данную книгу, я сразу поняла, почему мне так запомнился этот автор. Его истории сначала могут показаться бессмысленными. С первого взгляда может показаться, что книга дышит печалью и унынием. Но это ни так. Эта история оставляет удивительное чувство. Она похожа на воспоминания. Которые ты знал, но почему-то совершенно не помнишь.

Мне очень понравились абсурдность определенных сюжетов. Иногда совершенно не понимаешь, что происходит в книге. Например, похороны распределительного щита. Или хотели бы поучаствовать в конкурсе на «Старательное выслушивание чужих речей»? А наш герой занял в этом конкурсе скорее всего первое место! Один из его собеседников родился на Сатурне, а другой – на Венере. Их рассказы о жизни на других планетах оставляю глубокое впечатление. Я, как и главный герой, люблю рассказы о дальних городах. Об улицах, которых не увижу. О людях, с которыми мне, скорее всего, никогда с ними не пересечься. В залитой осенним солнцем квартире поставить «Rubber Soul». Сварить кофе. А потом до самого вечера сидеть у окна и смотреть, как мимо проходит день. Прозрачное и тихое ноябрьское воскресенье.

Во второй части трилогии (тетралогии) о Крысе чуть больше действия, чем в первой. "Чуть" в данном случае не меняет общего пассивного инертного настроения, присущего не только персонажам (слово "героям" рука не поднялась написать), но и всей книге. Все та же музыка, тот же кофе, те же бары, пиво и разговоры ни о чем. Та же апатия. То же безразличие. Те же странные поступки. Та же песнь ветра в голове. Только тут еще пинбол добавился, который персонаж ищет, что для чего, неясно.
Все персонажи книги показались мне до невозможного похожими, их речь, настроение, действия, мысли идентичны друг другу. Одно время я даже думала о том, что так называемый "я" и Крыса - это одно лицо. У каждого была размеренная, но "ниочёмная" жизнь без стремлений, но к концу книги каждый пытается обрести смысл, один - покинутый близняшками, другой - расставшийся с женщиной. Кто-то считает, что одному из них это удалось, но, если вы спросите меня, то я отвечу - "Нет, какой смысл можно обрести, обнаружив склад пинбольных машин, найдя эту "Ракету"?"
Почему эту книгу необходимо прочитать? Возможно, лишь потому, что вы уже прочитали первую часть, и вам хочется понять, для чего все это было. Боюсь, правда, что ответа на свои вопросы вы здесь не получите. Тогда добро пожаловать в третью книгу!

Что меня радует в книгах Харуки Мураками, кроме таланта и мистики, так это новые для меня локации.
Даже по карте прошлась, посмотрела что и где происходит. А то так надоел этот американский Центральный парк, аж тошно.
Недавно прочитала три книги, книги очень неплохие, но во всех трёх действие происходило в Центральном парке.

Конечно, прочитав "Овцу" заранее, мне теперь легче уловить её зарождение у Крысы, более понятна стала картина происходящего.
Здесь понравилось, как главный герой искал исчезнувший автомат игры Пинбол. Казалось бы, что за фигня, зачем эти поиски? Вообще, к чему всё это?
Но объяснить сложно, просто собирается в целом картинка и это очень заманчиво, очень хочется ещё, всё больше и больше.

Второй роман Мураками из "Трилогии крысы", воспринимающийся сугубо чувствами. В этой книге продолжается история главного героя и его товарища Крысы, которые теперь разлучены пространством и создают раздельные друг от друга истории своей жизни.

Мы снова сталкиваемся с тем, что герои пытаются найти себя в этом огромном мире. Один ныне живет в крупном городе, другой же остался в маленьком.

И та и другая история (не в книге, а в жизни) мне знакомы. И они легко могли бы меня зацепить; Удушение своим родным городом, осознанием того, что ты перестал развиваться, что ты застрял, завяз, что нужно бежать, лететь, спасаться; и тяжесть переезда, борьба с новыми обстоятельствами, проблемы, море проблем, внешних, внутренних, сомнения, а правильный ли шаг я сделал? А что дальше? Куда дальше?

Но в книге я этого не прочувствовал. Она показалась мне менее эмоциональной (цепляющей), нежели первая.

Как и в "Слушай песню ветра", я увидел здесь акцент на ностальгии, а точнее на неком элементе прошлого, который в настоящем моменте является, лишь его субъективным восприятием. И при попытке вернуться в прошлое, к тем ощущениям, что мы однажды испытывали, через этот предмет, мы терпим фиаско.

Я уверен, что герой, хоть об этом и не сказано явно, осознал перемену внутреннего представления, и поэтому решил оставить данный элемент прошлого в прошлом.

И это правильно, ведь если мы в новый период жизни начнём погружать в предметы прошлого, то просто деконструируем наш личный миф, наше заблуждение, наше субъективное восприятие и останемся ни с чем.

И следовательно, не стоит "марать рекорд", его место в нашем прошлом, которое такое тёплое, ностальгическое и уютное.