Князь Серебряный

Когда я читал эту книгу в первый раз, то открыл для себя третьего русского писателя по фамилии Толстой, на этот раз Алексея Константиновича, и тоже графа. Корни у всех разные, но выросли они на одной почве - русской, отсюда и изумительное владение русским языком, делающим их произведения такими притягательными для читателей. С большим удивлением узнал, что перу А.К. Толстого принадлежат и слова известных старинных романсов, таких как "Колокольчики мои, цветики степные", "Средь шумного бала", "Звонче жаворонка пенье", "Не ветер, вея с высоты", "Кабы знала я, кабы ведала". Хотя чему удивляться, если даже роман о мрачных, тяжелых временах в русской истории звучит у него как поэма в прозе и с первых страниц целиком захватывает твое внимание. Многое я узнал об эпохе Ивана Грозного, о древнем русском быте, нравах и обычаях того времени, об опричнине. Помимо описания эпохи Грозного, в книге есть и драматические элементы, и любовная интрига с драматическим концом.
В целом же книга оставляет целую гамму чувств от удовлетворения от того, что так много узнал о царствовании Ивана Грозного, до печального ощущения всех страхов и опасностей той эпохи и сочувствия к людям, которым пришлось жить тогда.. Сам автор написал:
"Да поможетъ Богъ и намъ изгладить изъ сердецъ нашихъ послѣднiе слѣды того страшнаго времени, влiянiе котораго, какъ наслѣдственная болѣзнь, еще долго потомъ переходило въ жизнь нашу отъ поколѣнiя къ поколѣнiю! Простимъ грѣшной тѣни царя Iоанна, ибо не онъ одинъ несетъ отвѣтственность за свое царствованiе; не онъ одинъ создалъ свой произволъ, и пытки, и казни, и наушничество, вошедшее въ обязанность и въ обычай. Эти возмутительныя явленiя были подготовлены предыдущими временами, и народъ, упавшiй такъ низко, что могъ смотрѣть на нихъ безъ негодованiя, самъ создалъ и усовершенствовалъ Iоанна, какъ раболѣпные римляне временъ упадка создавали Тиверiевъ, Нероновъ и Калигулъ."
Лучше не скажешь.

Вот и состоялось моё знакомство с ещё одним Толстым русской классики. Помню некоторые его стихотворения ещё со школы, а вот прозу не читала. "Князь Серебряный" – один из самых известных его романов, поэтому решила познакомиться с писателем через него. При чтении главное помнить, что Толстой, в угоду художественности, очень утрирует, рисуя одних сплошь положительными, а других – сплошь отрицательными. Этим роман напомнил мне "Камо грядеши" Сенкевича: если там была "сказка в Риме времён Нерона", то здесь – "сказка на Руси времён Иоанна IV".

Написано в своеобразном древнерусском стиле, как былины тех времён, поэтому первые несколько страниц я привыкала к слогу, хотя в некоторых фрагментах он был вполне себе обычным для русской классики XIX столетия.

Если отойти от реальной истории и судить о событиях именно по книге, то самым интересным оказалось подмечать и анализировать механизмы, которые описывал Харари и на которые я стала особенно обращать внимание после его книги.

Например, царь в своих зверствах прикрывается долгом, а вообще он божий человек и постоянно замаливает грехи свои вынужденные, понастроив храмов и часто устраивая полуночные.

Или князь Серебряный, пытаясь уговорить разбойников не идти в слободу, ловко направляет их гнев в другую сторону, сплотив в праведном гневе против врагов всего русского. И вот им уже наплевать на несправедливость, вот уже объединились несогласные и готовы лечь костьми за свою веру.

Вдобавок на протяжении всей книги раздражала слепая покорность народа, который раболепно любил и почитал государя, ведь "в наших головах ты волен", а стоило только Ермаку покорить Сибирь, так тут же взыграла в людях какая-то непонятная национальная гордость (с чего простой люд-то так радовался этой земле?) и стали они славить царя. Как-то грустно было обо всём этом читать.

Бесподобно написанная книга. Иногда хотелось закрыть глаза, и пусть бы все это разноголосие просто раздавалось в голове. Я кайфовала от языка. А самым любимым моим героем стал Митька. Кто читал - тот поймет. Пусть он и слывет дураком, но какая у него речь! Это не сарказм, я реально балдела от него и от его редких фраз. Какой там князь? Какая любовная линия? Только Митька! Это была минутка лирики.

Чего мне только не попадалось в интернетах об Иване Грозном. И что он был вовсе не таким, как его живописуют. Что все это россказни Курбского и западных историков, и вообще царь был бы душкой, все из-за родственников злобных, поломавших его психику. Кто-то даже развил теорию, что Крупская - потомок рода Курбских. И в СССР сложился такой образ Ивана Васильевича благодаря ей. Правды не найдешь. Чтобы отсеять все мифы и мистификации, нужно очень хорошо разбираться в том периоде, а поскольку у меня таких знаний нет, остается только довериться известным фактам, в мыслях помня о погрешности и субъективности. Образ же, выписанный Толстым в романе органичен, хоть и не совсем понятны предпосылки такого поведения Ивана Васильевича. Но мы же застаем царя уже мнительного и непредсказуемого на момент возвращения Никиты Романовича в Москву, поэтому рассуждать об этом незачем. Гораздо интереснее изменения в главном герое и в его побратиме - Максиме. Образ Малюты Скуратова, как пишут исследователи основан скорее не на исторических источниках, его образ сборная солянка из народных песен. А вот сын его выдуманный герой. Но какой персонаж получился! Его разрывает на части совесть, честь и сыновняя преданность отцу и государю. Он конечно сделал свой непростой выбор, что предстоит потом и князю Серебряному, но судьба к ним обоим была жестока. Понравился образ атамана Ванюхи Перстня (который Иван Кольцо, тоже реальная историческая персона), тот долго верноподданническими муками не терзался, жил в ладу со своей совестью. А поскольку всем она диктует разное...
Мне очень понравилась книга. Даже какой-то отголосок язычества удалось почувствовать в сценах на мельнице. Чувствуется эпоха с её страшной опричниной, разбойничьими шайками, атаманами, покорением Сибири Ермаком. Все описано очень живо и интересно. А если почитать предисловие к роману, то идея куда как масштабнее и шире, чем на первый взгляд кажется. Толстой ужасается народу, который терпел деспота и тирана, оправдывая его, как делал это поначалу Серебряный. "Царь хороший, бояре опричники плохие". Позже конечно глаза открылись, но кто поступил по совести? Те головы и сложили. Как там в сказках? «Направо пойдёшь – коня потеряешь, себя спасёшь; налево пойдёшь – себя потеряешь, коня спасёшь; прямо пойдёшь – и себя и коня потеряешь».

Во время учебы в гимназии у меня было пять видов уроков по истории. Это привело к тому, что после сдачи экзаменов я напрочь потеряла интерес ко всему, где фигурировало слово «исторический». Моя полная индифферентность привела лишь к редким возмущениям в сторону уж совсем вопиющих анахронизмов в литературе и кино. Поэтому мне вообще не важны негодования знатоков насчет исторического фона в романе «Князь Серебряный», хотя я встречала выражения типа «второсортный текст», «псевдоисторическая дешевая книжонка» и «бюджетный водевиль». Я оценивала роман как приключенческий и получила от книги большое удовольствие. Безусловно, у меня есть претензии другого характера, к чрезмерной контрастности и позиционированию персонажей, например, в градации «плохой-хороший». Однако это не мешало мне переживать и за второстепенных персонажей тоже, таких как Митька с его оглоблей и украденной «нявестой». Или, например, неубедительная с точки зрения военного дела сцена схватки с татарами. Впрочем, почему-то именно описания атак или обороны меня даже в фэнтези возмущают неправдоподобием, что уж говорить о произведениях, претендующих на реализм. Зато к стилю описаний, к манере повествования у меня претензий нет, мне понравилось умеренное использование историзмов, несовременных, но не громоздких синтаксических конструкций, опять же много новых слов узнала, взять хотя бы звучное «строфокамил». Учитывая, что упоминается «строфокамиловое яйцо», нетрудно догадаться о страусе, но часто в других случаях я вчитывалась в текст со словарем. Впрочем, велеречивость и многословие автора порой зашкаливает, и не только в приятных животу местах типа царского пира, вошедшего в эталонные литературные образцы. Я местами произведение слушала в замечательном исполнении Олега Мартьянова и на ночном сказе про «Голубиную книгу» сама чуть не уснула, уж настолько длинной была речь слепцов. Произведение послужило основой для нескольких экранизаций, хотя ни одна из них не удостоилась полного и безоговорочного признания читателей. Однако некоторые сцены и образы воплощены в фильмах очень ярко. Лично на меня произвела впечатление какая-то сюрреалистическая пляска опричников с Федором Басмановым в женском летнике и «личине». Нарочито разухабистая сцена наглядно демонстрирует ту долю безумия в действиях опричнины по отношению к населению, которая отражалась во многих исторических документах.
Резюмируя, могу сказать, что, возможно, во многом роман исторически неточен, впрочем, в этом каялся и сам автор, но нескучен, совсем нескучен!

Времена Ивана Грозного и опричнина - это та небольшая часть истории, которую я хоть немного знаю. В школьные и вузовские годы мне обязательно задавали рефераты именно на эту тему, на экзаменах одним из вопросов оказывался именно про Грозного, в общем, преследовала меня эта тема, ну и так вышло, что запомнилась хорошо благодаря многократному повторению. И имея представление о том, что же происходило тогда, я сложила у себя в голове определенную картинку того, что же я могу увидеть в этой книге. Увы, ни одного совпадения с той самой картинкой реальность мне не преподнесла.
Не нашли мы общего языка с книгой: читалась тяжело, не скажу, что было сильно увлекательно. Показалось, что слишком многое осталось "за кадром", а книга собрала нечто такое, поверхностно-былинное. И сам Иван Грозный здесь как-то не проявляется в достаточной степени, зато вот Князь Серебряный во всей красе - 100% положительный персонаж, аж тошно - не верю я в существование таких людей, даже с поправкой на время не поверю. Благородные разбойники, Елена прекрасная... Ну какое-то оно все ненатуральное, ненастоящее. Потому, что и Грозный вскользь, и Малюта вроде и ходит, и пытает, и шуршит на ухо что-то, а как-то все где-то в фоне, и опричники вроде бы и расписываются, а не веришь в них. Мне за чтением учебников по истории они представлялись ярче, чем в художественной книге. Пожары жгутся, люди гибнут, головы с плеч летят, а никак не цепляет, картинка перед глазами не встает, не получается за героев переживать.
В общем, то ли книга не моя, то ли автор не мой, но не прониклась я ни благородством Серебряного, ни достоинством Морозова, ни ужасностью Скуратова, ни манией Вяземского, ни даже любовью Елены или подвигами Перстня.

Эта книга похожа на былину, сказание в прозе - такой изумительно напевный, поэтичный, богатый русский язык. Любовь и восхищение Русью, ее природой, людьми, характерами... И ужас перед кровавой эпохой правления Иоанна Васильевича, печально известного Ивана Грозного.

Государь Иоанн, несомненно, был личностью параноидальной. К тому же самодержец, вольный в жизни и смерти своих подданных. Но разве смог бы он единолично поддерживать то, что творилось на Руси в его царствование: опричнину, разбой, грабежи, убийства, насилие, нескончаемые казни и пытки?... Вокруг него были приближенные - Малюта Скуратов, Басмановы, Грязной и др. Порой фаворитам было хуже, чем опальникам - при первом же подозрении в неверности их голова летела с плеч. Но худшее, что воплощает в себе человеческая личность: жестокость, подлость, жадность более всего проявлялось в опричниках. Кто ими становился? Бояре брезговали. Мало-мальски порядочные люди в ужасе отшатывались. А подонки общества шли охотно, тем более что там наконец-то можно дать волю зверским наклонностям, убивать, жечь, насиловать - вседозволенность была полнейшая. И на этих людей опирался "надёжа, православный царь"!

Вот только Борис Годунов - я так и не поняла, как к нему относится автор. Кто это - ловкий лицемер, "и нашим и вашим", стремящийся любой ценой сохранить расположение царя, да не утратить популярность в народе? Или дальновидный политик, старающийся не допустить кровавого хаоса и бунта против государя? Но по сравнению с остальными царедворцами он даже вызывает симпатию...

Есть в романе и другие герои - светлые, чисто русские души - Никита Серебряный, боярин Морозов, Максим Скуратов (ох, Максимушка, что же так жестока к тебе судьба?). Есть обаятельнейшие удалые разбойнички - а на фоне опричников, разбойники ей-богу, вовсе не отрицательные герои, скорее наоборот. Или мои любимцы - великан, "русский медведь" и богатырь Митька, неугомонный дядька Михеич, провидица, царская мамка Онуфревна. Любовная линия боярыни Елены и князя Серебряного поэтичная и грустна, хотя до последнего надеешься на счастливый исход...

Здесь много жестокости и крови, ужаса и горя, но ведь есть и любовь, и преданность, и самопожертвование... И надежда на лучшее. Очень трогательный роман.

Этот роман не претендует на историческую достоверность. Он является художественным произведением, и автор сам признаётся, что позволил себе некоторые отступления, не имеющие исторической значимости. И тем не менее, Алексей Толстой отлично рисует общую картину эпохи, верований и нравов русского общества во второй половине XVI века.

Главный герой романа — князь Никита Романович Серебряный, который возвращается на родную землю после долгого отсутствия. Но вместо процветающей Руси он сталкивается с опричниками, притесняющими и безжалостно расправляющимися с боярами, разоряющими вотчины без суда и следствия.

Толстому удалось создать невероятно живое и реалистичное изображение Руси того времени. Описание быта, нравов, обычаев и костюмов пронизано духом того времени. Читатель словно переносится в те далекие годы, становится свидетелем исторических событий и переживает их вместе с героями.

Сам Князь Серебряный - фигура вымышленная, на мой взгляд уж слишком идеализирована: гарант чести, доблести и справедливости, противостоящий жестокости и коварству опричников. Однако проблема героя заключается в том, что он появился на свет в эпоху, когда лучшие черты характера не находят отклика, не находят понимания и часто приносят вред.

Нашли место на страницах романа и широко известные исторические личности. Здесь и Малюта Скуратов, и Алексей Басманов вместе с сыном Фёдором, и Афанасий Вяземский, и рассудительный Борис Годунов.

Роман полон неожиданных поворотов, интриг, приключений и драматических событий. Борьба за власть, любовь, предательство, героизм — все это переплетается в захватывающий сюжет, который держит в напряжении с первой до последней страницы.
Очень понравился!

Наверно, уже каждый ребенок знает о святом Валентине тайно венчавшем влюбленных и за это пострадавшего. Вот только не каждый знает, что в тот период (III век н.э. ) венчание еще не существовало и доподлинно не известно существовал ли вообще такой святой или это собирательный образ. А вот Трифон Апамейский не вымышленный мученик и день его памяти празднуется сегодня, 14 февраля. Пишу об этом здесь , потому что предание о происшедшем на царской охоте с сокольничим и кречетом вошло в книгу Толстого "Князь Серебряный". В честь святого Трифона, который спас жизнь царскому сокольнику, тот построил часовню, позже церковь, а на многих иконах св. Трифон изображается с соколом в руках.
Роман «Князь Серебряный» Алексей Толстой больше напоминает сказание и по жанру и по стилю . Язык его певуч, словно бабушка сказку на ночь рассказывает , в которой есть злой царь (Иоанн Грозный), добрый молодец (Никита Романович) , красна девица ( Елена Дмитриевна) , а еще старичок-лесовичок(мельник) , богатырь (Митька) и благородный разбойник (Ванька Перстень). Но не так сказочен роман, как может показаться в начале. Меняется тон повествования, да и царь не просто зол, а убийца-психопат, и разбойники не все добряки- детинушки, и мед-пиво на свадьбе в конце книги по усам не потечет.
Есть в романе реальные персонажи , а есть вымышленные, некоторые из них наделены историческими фамилиями . Например, сын Малюты Скуратова Максим умер в раннем возрасте , в романе же его персонаж занимает не последнее место. А разбойничий атаман Ванюха Перстень (Иван Кольцо) личность известная, казачий атаман , сподвижник Ермака. Честно говоря, когда читала, думала наоборот).
После прочтения становится понятно, почему роман не был принят современниками. С одной стороны его выход стал возможен только после смерти Николая I , мог попасть под запрет из-за образа царя тирана. С другой стороны Толстой затрагивает такую тему, как слепая любовь народа к царю. Роман вышел в 1862 году , в период правления Александра II, время зарождения революционного народного движения. На царя реформатора было совершенно семь покушений, восьмое в 1881 году стало смертельным.
А здесь Максим Скуратов исповедуется в страшном грехе "нелюбви к царю" и получает ответ

Книга замечательная, теперь появилось желание прочитать что-то о первом царе всея Руси из серии ЖЗЛ , буду благодарна за рекомендацию.