Черное воскресенье. Ворнан-19

Это был ещё один балкон, с которого открывался вид лишь на внутренности главного компьютера. Извилистые пряди информации конвульсивно перемещались от одного резервуара к другому. Между загадочными отверстиями носились взад-вперёд девушки в коротеньких халатиках. С потолка свисало что-то, похожее на кишки. — глава 9

Громоздкое тело служило подставкой для массивной вытянутой головы, которая, минуя шею, прорастала прямо из плеч. — глава 8

В шести дюймах от моих ботинок случился приступ рвоты с нетвёрдо стоявшей на ногах вдовой. Из пола сразу же возник золотистый жук, диаметром где-то в фут и, со звуком удовольствия, всё слизал. Когда он уходил, я заметил размещённые под крыльями механизмы. — глава 8

Это была какая-то Ниневия. Это был Вавилон. Я стоял потрясённый, чувствуя одновременно и отвращение, и удовольствие, подобное удовольствию, которое получает человек при виде любой всеобъемлющей наглости. — глава 8

Меня не особо заинтересовала книга Ф. Ричарда Хеймана, которая потрясла меня своей занудливостью и поверхностностью. Я не особо увлекался его случайными статьями в ведущих журналах, которые неизбежно заканчивались развенчанием его коллег. — глава 6; вероятно, пародия на Ричарда Фейнмана

Высшие слои научного мира заселены крошечными кликами, родственными связями и самоувековечиваниями. — глава 6

Я опрокинул ром в пищевод. Он прошел легко, потому что там отсутствовала пища, которая могла бы помешать, и стал впитываться в нервную систему. — глава 5

... один из тех вашингтонцев, для которых гипербола является национальным языком? — глава 4

… добро всегда сеялось с разрушающими надежды сомнениями и суматохами. — глава 4

— А какие у вас в 2999 году ведущие нации?
— У нас нет наций. У нас есть Централь, ну и, соответственно, децентрализированное население. И всё.
— А что такое Централь?
— Добровольная ассоциация горожан в единой зоне. Это что-то типа города, но всё же не город. — глава 3

— Многим нравится наблюдать процесс декадентства в развитии. Посетив разрушающуюся культуру, можно лучше понять истоки. — глава 3

После этого последовал разговор с Хорстом Клейном. Это было сделано умно, потому что использовали живого Клейна, который беседовал с дублированным компьютером изображением пришельца. Юный германец говорил свои фразы, в то время как компьютер отвечал за Ворнана так, как это помнил Клейн. — глава 3

Очевидно, в наши дни стало нормальным явлением использовать анатомию в передачах последних известий, если это поощрялось Высшим правлением, узаконившим репортажи журналистов. Я не возражал против освещения неосвещаемого. Табу на нудизм давно устарело. — глава 3

В такое уж время мы живём. Когда критерием жизни является истерия, то пойдешь за любым маньяком. — глава 3

Будем считать, что я вывел закон Гарфилда: стоит физику-теоретику стать общеизвестной фигурой, как его дела идут наперекосяк. Для журналистов я казался магом-волшебником, который когда-нибудь подарит миру машину времени. Для себя — полным неудачником, заблудившимся в лабиринте своих окольных путей. — глава 3

Когда боль и гнев непереносимы настолько, что человеческий мозг уже не в силах справится с ними, наступает странное облегчение; но это означает, что в человеке что-то умерло.

Человек, в течение длительного времени подвергавшийся жестоким насилиям, переживший унижения, изоляцию, физические лишения, не может избежать глубокой депрессии, порожденной подавляемым в течение долгого времени гневом. Вопрос лишь в том, когда и в какой форме проявятся его депрессивные реакции.