Цитаты из книги Черный обелиск

- Почему ты молчишь? - А какое значение имею слова? - Огромное. Они - все.

— Нет, да! — настаиваю я. — Не так я говорил! Пустые слова, гордыня, болтовня…

— Не губи же всего, Рудольф! Почему всякий раз, когда ты хочешь чем-нибудь владеть, ты губишь это, как только получил?

— Да, — соглашаюсь я. — Почему?

— Это огонь без дыма и пепла. Не губи его. Прощай, Рудольф.

Что это? — думаю я. — Прямо как в театре, но подмостков никаких тут не может быть. Прощание? Но ведь сколько раз мы так прощались, каждый вечер! Я крепко держу Изабеллу.

— Мы не расстанемся, — говорю я.

- Кохання - справа почуття, а не моралі, - повчає він. А почуття не знає зради. Воно росте, зникає або міняється - де ж тут зрада? Почуття - не угода.

- Ти питаєш, як дитина. - А як діти питають? - Так, як ти. Все питають і питають, аж поки не доводять до того, що дорослі не знають, як відповісти, і бентежаться або починають сердитись, - Чого ж вони сердяться? - Бо зненацька помічають, що в них є щось страшенно фальшиве, і не хочуть, щоб їм нагадували про це.

Людина живе на сімдесять п’ять відсотків своєю фантазією і лиш на двадцять п’ять відсотків - фактами; в цьому її сила і в цьому слабкість, і через те цей пекельний танець цифр все ще несе одним виграші, а інших призводить до втрат.

... и тот, кто ничего не хочет удерджать, владеет всем.

В нашем возлюбленном отечестве людей очень легко объявляют изменниками. Только такие вот волькенштейны никогда ими не бывают. Они - закон. Они сами определяют, кто изменник.

– Отражение – это картина в зеркале. Можно отражаться во многих предметах, если у них гладкая поверхность. И в воде. Но это не значит, что мы в ней.

– Значит, рубленое мясо. Но отчего рубленое мясо – немецкое кушанье? – Оттого, что мы воинственный народ и даже в мирные времена разрубаем друг другу лица на дуэлях.

– Кельнер! – зову я вторично. – Ты варвар! – заявляет Георг Кроль. – Ты оскорбляешь человека, называя его профессию. Ради чего же он делал в 1918 году революцию?

Топить печку в апреле, пожалуй, уже незачем; это одно из коммерческих изобретений моего работодателя Георга Кроля. Ему кажется, что когда люди скорбят и им еще приходится выкладывать деньги, то легче это сделать в теплой комнате, чем в холодной.

Бывают такие счастливые находки - в начале или в конце, когда человек, словно играя, достигает того, над чем специалисты бьются без всякой надежды на успех.

Вероятно, в этом не было никакой иронии, ибо лучшие остроты на свете говорятся серьезными людьми, которые на виду. Во всяком случае — да здравствует наш разум, но не будем чересчур гордиться им и не будем в нем слишком уверены! Ты, Изабелла, получила его обратно, этот дар данайцев, а наверху сидит Вернике и радуется, и он прав. Но каждая правота — это шаг к смерти. И тот, кто прав, всегда становится черным обелиском! Надгробным памятником!

- Когда у тебя будет опять романчик, - говорит Герда, - никогда не рассказывай девушке про свои другие любови. Понимаешь?

— Никогда не следует искушать свое счастье. Еще одно ценное правило.

- Моя любовь как ветер: вот он поднялся, и думаешь, что это всего-навсего легкий ветерок, а сердце вдруг сгибается под ним, словно ива в бурю.

Ничто существующее не может исчезнуть. Никогда.

Каждый человек, даже если его куснет комар, сейчас же потянется рукой к укушенному месту - это один из основных законов жизни.

...только вера дает блаженство. А для чего же нам дан разум, способность критики, жажда доказательств? Чтобы ими не пользоваться? Странная игра для великого неведомого божества. А что такое благоговейное отношение к жизни? Страх смерти? Страх, всегда только страх? Почему? И почему мы спрашиваем, если на наши вопросы нет ответов?

Время - это предрассудок. Вот в чем тайна жизни. Только мы не знаем этого. И всегда стараемся куда-нибудь да приехать!