Чистая вода

"И так продолжается эта жизнь, просто жизнь, без потрясений, бесконечно тонкая нить, продернутая сквозь застиранную канву, расшитую узором привычек и скуки, та жизнь, которой он хотел жить и жил всегда."

Маленький норвежский остров. Рыбная ловля, сельское хозяйство, водопровод как местная достопримечательность, школа да больница. Постоянно идет дождь, мрачная гнетущая атмосфера, которая сводит с ума и заставляет бежать молодежь в город на материк к другой жизни. И только Юн, местный "сельский дурачок" не хочет уезжать. Его преследуют навязчивые отрывочные воспоминания о подруге детства Лизе, как говорится "без царя в голове" или "оторви, да брось", но невероятная красавица. Уехала заниматься балетом пару лет назад и пропала. Странно, что до нее никому нет дела. Юн пытается разобраться, где же Лиза?

Читатель наблюдает за Юном, о чем он думает, что вспоминает, сожаления, грусть об уходящем: детстве, родителях, сестре, переехавшей в город, разваливающемся доме. И только воспоминания о Лизе напоминают о счастливом детстве, совместных мечтах и развлечениях. Он не может уехать. Стремится сделать все, чтобы вспомнили Лизу.

Несмотря на не очень адекватные поступки, Юн вызывает сочувствие, его мотивы понятны. А главное, не такой уж он "дурачок". Но отношение местных и полицейского показывает как люди не доверяют словам таких, как Юн, а иногда их просто боятся. Заворожила сцена с журналисткой, когда Юн наслаждался минутой власти и упивался страхом другого человека, хоть на миг почувствовать, что с ним считаются, а не небрежно отмахиваются. Психологизм момента чувствовался до мурашек.

Это не очень веселое чтение, неторопливое, невероятно атмосферное. Финал не сказать, чтобы открытый, но не проясняет полностью картину случившегося. Для ценителей скандинавской прозы, где незримо присутствует недосказанность, призрачность и неоднозначность.

Удивительно, от чего зависит линия человеческой судьбы. Одна буря — и все меняется в мгновение ока...

Первую половину книги я листала лениво-неторопливо, в соответствии с атмосферой. Глушь, холод, болото, коллективная засолка рыбы, эрозия, сумбурные видения, водолазы, трубопровод, тело в реке, растянутые до бесконечности однообразные дни, сестра, переезд, скомканные временные рамки... я расслабилась. И тут-то меня огрело по голове со всей дури. Последние главы я стремительно заглатывала, вроде бы пытаясь узнать ответ на сакраментальный вопрос любого детектива, а вроде бы его уже и зная... Дочитав, я сидела крепко зажмурившись, а соленая морская вода хлынула на меня со всех сторон и, кажется, затопила совсем.

Объективно – не ахти какой это детектив. И не ахти какой триллер. И совсем это не история любви. И все-таки ж зацепило меня, закрутило в водовороте, вынесло на берег, а я не могу понять, что это было. Редкая книжка.

Меня так сильно впечатлила "Чистая вода", очень понравилась. Но очень трудно рассказать о ней так, чтобы не выдать ничего лишнего

Сестра сбежала, чтобы не видеть трагической развязки. Никто ему больше не верит

Вокруг кромешной безысходности герои толкутся по кругу. Это жители острова, судя по всему, недалеко от Копенгагена. Редкие люди сюда приехали и остались, но местечко медленно (но закономерно) вымирает. Ничего удивительного, здесь жизнь сильно отстаёт от «большой земли». Все друг друга знают, друг у друга на виду.

Каждый день дожди, дома стоят так редко, что соседнего не видно. Что здесь человеку делать?

Юн живёт на этом острове всю жизнь. Сейчас – с сестрой. А больше у него никого нет. Да и сестра давится чувством вины. Можно поговорить на камеру. Глазами Юна читатель видит, слышит жителей, приезжих и то, как меняется жизнь на этом клочке земли, стараясь дотянуться до материковых рамок. Почему парня стали считать местным дурачком, остаётся тайной. Как и когда умудрился так начудить…

Будь Юн девочкой подросткового возраста, готова биться об заклад, его бы видели в ином свете: эдакая не по годам эрудированная, до предела язва – и вот она уже уникальная, сама по себе, интересная и со своей точкой зрения. Такой ещё поди захочется быть. И как-то принято в таких книжках опускать озлобленность, хамство, запредельный эгоцентризм героини. А отсутствие элементарного воспитания в отношении к другим людям выдаётся за свободу мысли и слова.

Юн был слишком прямолинейным и незамысловатым, но с чувством юмора. Он не был лишним, но был неудобным. Хотя и не слишком, и не всегда. Юн не был девочкой-подростком.

Он больной человек и живёт среди людей, желающих ему только добра, как они говорят, тут надо держать ухо востро

Так вот, как и когда он умудрился так начудачить, не ясно. Но если Юн «не такой как все», то не так уж это и плохо. Жители острова как обитатели дна какого-то запущенного, зацветшего водоёма. Копошатся в грязи, но старательно избегают «испачкаться» о чужое, непонятное, инородное. Сестра, которая использует не слишком рациональные способы найти своё женское счастье с полупьяницей женатиком, который в свою очередь не уважает ни жену, ни Элизабет, ни кого бы то ни было. Отец Лизы, мэр и соседи – все они перекладывают свои камушки в иле изо дня в день, ничего выдающегося из ряда социальной группы людей, иногда кого-то смывает (или давит сапогом проходящего рыбака, например). Вокруг всё киснет из-за отсутствия притока свежей воды, становится болотом, и вот они уже застрявшие безвылазно.

Юн не верил в Бога. Не потому, что был материалистом, а потому, что Господь непредсказуем. А верил Юн в то, что считал хорошим и чего сам себе желал

Этот парень не плохой, добрый и, пожалуй, инородный. Что бы ни происходило, по своей натуре Юн был чистым. Хотя бы уже потому, что в отличие от «таких как все» окружающих не обманывал в первую очередь себя (не хотел или не умел, возможно). Не все его поступки были прекрасны. Не всё и он понимал. А что-то, кажется, предпочёл забыть. Или нет?

Но объяснять Юн ничего не умел, он же не учитель и не смутьян агитатор

Очень по-скандинавски, всё время сыро, ветрено, ожесточённо одиноко. Никто не пляшет и не хохочет, не орёт и не рыдает. Если что-то происходит, то «камерно»: празднуют в группе и в резиновых сапогах да плаще, чаще без зонта; дерутся быстро и по делу; напиваются мирно - в одного и домой - в сон. Живут методично и, чтобы не происходило, как-то застирано и ровно.

Что-то случилось, но никто не захотел это помнить. Германсен подумал о коллективном чувстве вины и вытеснении. Детектив, из которого мы так и не узнаем, «кто убил Лору Палмер». Вот оно, достижение цивилизации, водопровод. Его начало разворошило грязь этого места, подняв на поверхность тёмное пятно, а чистая вода смыла какой-то случайный слой, разбавив важность всех составляющих.

У неё в карманах передника были крошки, а в волосах – зелёные ленточки, и дыхание пахло всеми стихами, какие он знал, но в основном цветами и вереском

История Фвонка многим запомнилась эпизодом про какашку, хотя там было достаточно трогательных и приятных моментов. Хочу, чтобы история Юна осталась в памяти его отношением к близкому и дорогому человеку, а не тем подарком, который он отправил водолазу… Герой считает любовь заразой, которая докучает островитянам, как только стемнеет. Скорее всего потому, что обладает особенным зрением – видеть, как есть всех и себя в том числе, а не через призму социальной адаптации. Но другого слова не нашёл. Отношение к Лизе можно собирать по крупицам, но они слишком малы, к приближению «разгадки» меркнут, забываются. Но если о них вспомнить в финале, то что же всё-таки произошло на самом деле?

всё было не так – наоборот, он хотел как лучше…

спасти