"Охранка". Воспоминания руководителей политического сыска. В двух томах. Том 2

В воспоминаниях начальников Московского охранного отделения П.П.Заварзина и А.П.Мартынова, начальника Петербургского охранного отделения А.В.Герасимова и директора Департамента полиции А.Т.Васильева подробно описана "кухня" российского политического сыска конца XIX - начала XX веков, даны характеристики его ключевых фигур (С.В.Зубатов, Е.П.Медников, М.И.Трусевич, С.П.Белецкий и другие), рассказано об убийствах Плеве, Сипягина, Столыпина, Распутина, о нашумевших делах Гапона, Азефа и других. Все...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,9

7 оценок

5
86%
4
14%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 6Хотят прочитать 42

Рецензии

Champiritas
18 января 2023
Сборник состоит из воспоминаний трёх жандармов, о «На лезвии с террористами» Герасимова я писала здесь, а о «Жандармы и революционеры» Заварзина здесь. Эта рецензия будет только о воспоминаниях Васильева «Русская секретная полиция».
Помимо всяких довольно интересных вещей о внутренней работе царской полиции (тренировке филёров, сфабрикованных самой Охранкой преступлений, уровнях конспирации, интересных случаев расшифровки писем) Васильев обильно высказывается о более масштабных событиях, которые ему довелось пережить. Надо сказать, что Автор очень необъективен, он- убеждённый монархист, в связи с чем его оценка событий однобока. Столыпин – светило и надежда, евреев не так уж и ущемляли в правах (ведь на деле законы их касающиеся не соблюдались), Плеве незаслуженно обвинён. Соответственно, о таких событиях как «Кровавое воскресенье» автор не говорит, не было никакого черносотенства и дела Бейлиса, а вся эта революционная обстановка – это «помрачнения рассудков» и «нигилистическая пропаганда», и не более, всё появилось на пустом месте.
Вишенка на торте – это Первая мировая. Васильев досадует, что социалисты и пропагандисты мешают вести войну, не говорит он о позорных проигрышах и неготовности страны воевать. Убийство Распутина у него – это начало развала Империи! Отречение царя – это обман и вообще несправедливый акт по отношению к государю.
В одной из последних глав автор ведает читателю о своём собственном заключении, вспоминая какой удобной тюрьма была в царские времена (будто с тех пор прошли десятилетия) и в частности хвалит Трубецкой бастион. Очень забавно сравнивать его рассказ с «Тюрьмы, ссылка и каторга в России» Кропоткина, где Автор также делится впечатлениями от времяпровождения в этой крепости.
Читаешь вот такое и ни капли сожаления. Получили свой пинок заслуженно. Давать им второй шанс? Увольте.
Оценка сборнику "4", этим воспоминаниям я бы поставила "3".
Читать далее
65 понравилось
621
metrika
11 марта 2011
Во второй том вошли воспоминания П.П. Заварзина "Жандармы и революционеры", книга А.В. Герасимова "На лезвии с террористами" и впервые опубликованные мемуары А.Т. Васильева "Охрана: русская секретная полиция"
Заварзин пишет не только о своей работе в политическом сыске, но и о службе в охране Александра III в Ливадии во время его последнего приезда туда. Написано неплохо, но взгляд на основные события у Заварзина своеобразный. Он, как и Герасимов, отвергает документы и свидетельства, противоречащие его точке зрения. Обстоятельства деятельности БО эсеров, громких покушений, роли Распутина далеки от общепризнанных. К примеру, он отрицает влияние Распутина на царя и даже на царицу, его участие в государственном управлении. Погибший от случайного взрыва боевик Покотилов объявляется им главой боевой организации, преемником Гершуни и т.д.
Воспоминания не очень целостные. Это скорее отдельные зарисовки об интересных случаях, делах и аспектах работы.
Воспоминания Герасимова издавались отдельно и про них я уже писала.
Васильев недолгое время был директором Департамента полиции. Скорее всего, его назначение не обошлось без участия Распутина, поэтому он защищает его отчаянно, не считаясь со здравым смыслом. Впрочем, он и Протопопова защищает. Кроме точки зрения автора никаких интересных сведений я не почерпнула. Васильев пересказывает общеизвестные истории, приправляя их собственным мнением. Написано одновременно зло и беспомощно, с какой-то детской обидой и детской же логикой.
Отчасти извиняет автора то, что закончил жизнь он в нищете и одиночестве, в приюте Сент-Женевьев-де-Буа, где и были написаны мемуары.
Читать далее
7 понравилось
236