The Secret Garden

В этом мире повсюду прячется жизнь; она — в траве, на кустах и деревьях, под водой, под землей…

С тех пор, как сотворен мир, каждый век совершал какое-то важное открытие. В прошлом столетии их было больше, чем в любом из предыдущих. В нашем столетии сделают множество еще более удивительных открытий. Сначала о чем-то новом и важном люди и слышать не хотят, потом упрямо держатся убеждения, что как бы то ни было, а ведь это невозможная, потом видят, что нет, вполне возможная; а потом делают - и сами же удивляются, отчего было не сделать столетиями раньше.

– По-моему, мы с тобой, Дикен, все время о чудесах думаем, – вдруг осенило Мэри. – И ждем их. И ведь действительно у нас получается!

Когда учишься, ведь повторяешь одно и то же много раз и столько думаешь об этом, что оно навсегда остаётся у тебя в мозгу; мне кажется, что и с волшебной силой будет то же самое. Если постоянно звать ее, чтоб она пришла и помогла тебе, то она станет частью тебя самого и останется в тебе и будет всё делать.

Она часто находила, что другие люди очень неприятны, но не подозревала, что она сама такова.

– Ну и величественный же у нас молодой хозяин, – добродушно заметил он. – У меня сейчас чувство, будто я с целым королевским семейством побеседовать удостоился.
– Иначе и не бывает, – развела экономка руками. – Возьмите любое дитя, дайте ему с первых лет жизни всеми командовать, и вы получите такого же Колина. Он ведь думает, мы все только и созданы для его указаний.

глава 20. Я буду жить долго

– Ты эгоистка! – крикнул Колин.

– А ты кто? – спросила Мери. – Эгоисты всегда говорят так. Всякий у них эгоист, кто не хочет делать то, что им нравится.

"Так полагается". Она часто повторяла эти слова, да и слуги в Индии всегда их повторяли. Если же им приказывали сделать что-то, чего не протяжении веков не делали их предки, они кротко смотрели на приказавшего и говорили: "Это не полагается", и все тогда знали, что ничего из этого не выйдет, сколько не приказывай.

Моя матушка как-то сказала, что полчаса хорошего смеха даже от тифа излечат.

Но в том-то и дело, – поднял вверх указательный палец Колин, – что у Дикена существует дар заклинателя всех животных, а значит, и мальчиков. Ведь мальчик, с научной точки зрения, это тоже животное. Я уверен, во всем есть волшебство.

В больших домах должно быть много людей.

Мы с тобой вытканы из тех же самых нитей.

Позволять,чтобы вами овладели грустные или плохие мысли-это так же опасно ,как заразиться скарлатиной.

— Теперь я хочу обойти сад кругом, – заявил он. Голова Бена только что свесилась на грудь, и он внезапно поднял её.
– Ты спал! – сказал Колин.
– Ничего подобного! – бормотал Бен. – Проповедь была хорошая… – Он ещё не совсем очнулся от сна.
– Да ты не в церкви, – сказал Колин.
– Кто говорит, что в церкви? Я всё слышал. Ты сказал, что у меня в спине волшебная сила… А доктор говорит, что это ревматизм…

Справді, аби ваше життя змінилося, треба насамперед змінити думки у своїй голові.

«Теперь я знаю, почему Колин говорит все время о смерти, – слушая доктора, думала Мэри. – Когда столько всего нельзя, наверное, вообще перестает жить хотеться».

“Едва родившись, мысль эта стала расти, вытесняя из его головы все остальное. Так свежий ключ, забив в застойном пруду, вытесняет гнилую воду”

“наши мысли таят не меньше энергии, чем заряд электричества”