
Черный список
extranjero
- 586 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Папа добрый... Зря не придумает, как любимую дочу стопроцентно удачно замуж отдать...
Растил он её один, одна она у него отрада, не считая, конечно, эвкалиптов. В его поместье, наверно, самое полное собрание сортов этого дерева, причём каждое выращено им лично, невзирая на неподходящую почву, недостаток или избыток влаги - эвкалипты, оказывается, капризные. А девочка среди них выросла такая, что женихи в очередь выстраиваются. Даже местные тётушки-кумушки, и те её любят.
И вот любящий папаша, хороший, видимо, человек, но зашоренный до ужаса ("помимо умножения числа эвкалиптов его вера в разнообразие как жизненный принцип ну никак не проявлялась") объявляет, что выдаст дочь за того, кто безошибочно назовёт все сорта его эвкалиптов, а их там сотни и сотни. Шикарный критерий отсева, да? Гарантирует, что человек будет умный, хороший, любящий - ну не иначе же?
Женихи оставляют дистанцию один за другим, хоть и читают ночами ботанические справочники, пока не объявляются в поместье двое: один эвкалиптолог с мировым именем, раза в два старше невесты, приходит с парадного входа, как положено приличному соискателю, а второй, молодой человек, вроде как без определённой цели болтается по окраинам земель, принадлежащих отцу невесты. Он постоянно попадается Эллен на глаза, они вместе гуляют, и парень, не затыкаясь, рассказывает ей истории, многие не до конца, а некторые не сначала...
На меня книга не произвела впечатления ни сильно глубокой (или я не поняла её - тоже возможно), ни уж точно - интересной. Вот если бы у меня вдруг проснулся страшный интерес к эвкалиптам, тогда - безусловно, было бы интересно. Описания сортов, латинские названия, ареалы обитания и чуть ли не легенды - много всего.
Но у меня не возникает желания изучать эвкалипты. Так что лучшее, что есть в книге, на мой взгляд - обложка.

Ох..Даже не знаю что и написать .После чтение этой книги возникла каша в голове.Вначале я обрадовалась-подумала о небычном повествовании, но все покатилось по наклонной плоскости вниз. И что же мы имеем? Есть папа и дочь.Доченьке замуж пора, папа сильно увлекается выращиванием эвкалиптов, о которых пишется между строк ,кратенько описываются виды этих деревьев. И все- я в ступоре.Папа вдруг решил ,что выдаст дочку любимую замуж за того человека ,который назовет все виды эвкалиптов, высаженных в его имении,а их сотки. Тут я и задумалась об адекватности этого человека.Разве любящий отец может так поступить? Это бред. Это эгоистично ,ведь сама девица сама то не очень разбирается в деревьях. Ладно бы отец искал партию для себя..При появлении очень потенциальных женихов ,повествование несется по другому руслу, один из женихов рассказывает кучу историй.Может я глупа,но на мой взгляд эти множественный рассказики портят картину сильно очень, читая ,порой удивляешься,зачем вообще это. Может все объясняет жанр произведения,но посмею заметить что и от того как преподносит нам писатель мистический реализм зависит много.

Австралия в моем сознании присутствует как место, своеобразное во всех смыслах слова, и эта книга совершенно этому соответствовала. Она несколько выбивалась из того читательского миропорядка, к которому я привыкла, предлагая такое внутреннее содержание, которое до конца не может и не должно быть быть познано, понято, усвоено, только – пережито, прочувствовано и впитано. Своей стилистикой простоватого (но совсем не простого) дискурса, перемежающегося с ботаническими сведениями и странноватыми притчами с открытым концом, она с первых страниц мягко затягивала в себя, суля что-то необычное, кроющееся за «крапчатой красотой» или «черной мятой». В ней было что-то глубоко архетипическое и в то же время современное, что-то шахерезадски-саспенсное и одновременно сиюминутно-мимолетное, что-то фантазийное и при этом упорядоченное. В общем, мне сразу показалось, что я на пороге чего-то по крайней мере нетривиального, и это мне нравилось, как может нравиться шагать в неизвестность.
На деле все получилось… по-разному. Книга оказалась гирляндой неоконченных притч, нанизанных на тоненькую нитку сюжета, открывающих читателю свободу их завершения и позволяющих самостоятельно допрясть и саму нитку. С некоторой натяжкой его можно назвать «нарративом ухаживания», требующим чтения между строк и совсем не нуждающимся в завершении. Сюжет же восходит к сказочному мотиву царя, заставляющего претендентов на руку своей дочери решать непонятно как (разве что только с поддержкой чудесных помощников) решаемые задачи. И, конечно же, он о всепобеждающей любви, о том, как быть, если у тебя по сравнению с другими претендентами, способными справиться с отцовской задачей, нет никаких шансов (ну, и о силе нарратива, и волшебном таланте рассказчика, конечно). Любовь должна сама себя спасти и подсказать путь. И это было очень трогательно – объяснение в любви через рассказывание историй, когда каждая история превращается в слова любви, алфавит любви, грамматику любви. И никакие отцовские условия не в силах победить иррациональность, неупорядоченность, стихийность любви.
Но это – если отнестись к книге пафосно и хотеть быть завороженным ее метафорами, а вот если не хотеть... Конечно, она своеобразно построена, этого у нее не отнять, но за эвкалиптической формой ничего особенного, кроме привычной истории, в конечном итоге не обнаруживается, и уж тем более связывающего жизнь человека и разновидности эвкалипта. С таким же успехом можно было использовать сорта моркови или оттенки серого. Сам же текст показался мне несколько вялым, затянутым и многословным. Пусть автор меня простит, но, как по мне, форма и содержание здесь непрочно и не очень-то и родственно привязаны друг к другу, а, стало быть, кто-то из них лишний.

Искусство несовершенно - в отличие от природы, что совершенна без всякого умысла. Попытка воспроизвести или хотя бы передать вручную какой-нибудь уголок природы изначально обречена. И всё же загадочная власть искусства заключается в том, что мы эту попытку признаем и одобряем.

Из великого множества людей, что в среднем встречает человек на своем пути, крайне редко почти сразу возникают обоюдная гармония и общие интересы. При всей гироте выбора риск репомерно велик. А ежели случается чудо, так за него надо обеими руками хвататься!










Другие издания


