Цитаты из книги Борьба за огонь. Маугли

Красным Цветком Багира называл огонь, потому что ни один зверь в джунглях не назовёт огонь его настоящим именем. Все звери смертельно боятся огня и придумывают сотни имён, лишь бы не называть его прямо.

— Что говорит Закон джунглей? Сначала ударь, а потом подавай голос. По одной твоей беспечности они узнают в тебе человека.

Едва рассвело, прокричал олень Дважды, трижды — и много раз! И стал поджидать он, стал поджидать У лесного пруда олениху-мать. <…>

И у самой земли, у самой земли Волки на этот клич поползли, Искали, гнали, по следу шли Дважды, трижды — и много раз! И стая взвыла, приветствуя день Дважды, трижды — и много раз! Ноги быстры — не бег, а полёт! Глаза остры — никто не уйдёт! Зубы востры — и вперёд! Вперёд! Дважды, трижды — и много раз!

— Когда [Маугли] принимали в Стаю, в уплату за него я отдал буйвола. Буйвол стоит немного, но честь Багиры, быть может, стоит того, чтобы за неё драться, — промурлыкал Багира самым мягким голосом. — Буйвол, отданный десять лет назад! — огрызнулась Стая. — Какое нам дело до костей, которым уже десять лет? — Или до того, чтобы держать своё слово? — сказал Багира, оскалив белые зубы. — Недаром вы зовётесь Свободным Народом!

Все в джунглях знали Багиру, и никто не захотел бы становиться ему поперёк дороги, ибо он был хитёр, как [шакал], отважен, как дикий буйвол, и бесстрашен, как раненый слон. Зато голос у него был сладок, как дикий мёд, капающий с дерева, а шкура мягче пуха.

Доисторические люди с ужасом думали о смерти и в то же время как-то смутно мечтали о бессмертии.

«Слабые должны жить в постоянном страхе», гласил закон первобытной жизни

Вода спит в болоте, отдыхает в озере, быстро движется в реке, стремительно несется в потоке и прыгает, как тигр, в водопадах

Смерть – это скорее страшная сказка, чем действительность.

Странное отвращение к убийству овладело им с неудержимой силой – то великодушие к побежденным, которое было свойственно только ему и Нао…

Особенно любил он смотреть, как пламя костра отражается в больших темных глазах Джейи, освещает ее густые, блестящие волосы. Он мечтал вернуться к родному становищу вместе с ней; сердце его учащенно билось…

Чувство более сильное, чем инстинкт самосохранения, заставляло Уна идти дальше.

И оттого, что Зур предпочитал Уна всем остальным людям, сын Быка тоже любил его больше, чем кого бы то ни было…

Жизнь была полна опасностей. Все проявления ее таили в себе угрозу. В неустанной борьбе с окружающим выжить мог только бдительный, сильный и хитрый.

Люди каменного века, конечно, сильно отличались от нас по своему внешнему облику, но уже были настоящими людьми, в полном смысле этого слова. И они были молоды той великолепной молодостью, которая неведома теперь нам, их далеким потомкам, как непонятна современному человеку та несокрушимая энергия и упорство, с которым первобытные люди отстаивали свое право на существование в жесточайшей повседневной борьбе с окружающим их враждебным миром.

Нао опустил руку на плечо Гаммлы, бережно поднял ее с земли и поставил на ноги рядом с собой... Бесконечная жизнь простиралась перед ними, словно светлая, полноводная река, несущая свои прозрачные воды в туманную даль грядущих столетий.