Ваша оценкаРоман «Дочь Каннибала», отмеченный в 1997 году литературной премией «Примавера», был признан в Испании самой популярной книгой года. Режиссер Антонио Серрано экранизировал ее, сняв в главной роли знаменитую Сесилию Рот, звезду фильмов Педро Альмодовара.
Роман построен на почти детективном сюжете: в аэропорту похищен муж героини; растерянная и испуганная сорокалетняя женщина, не доверяя полиции, начинает собственное расследование. Вместе с нею читатель втягивается в сложную и запутанную истори...
Жанры
Рейтинг LiveLib
3,8
112 оценок
- 536%
- 434%
- 318%
- 210%
- 13%
Ваша оценкаПрочитали 117Хотят прочитать 278
Рецензии
Gosteva_EA11 апреля 2014 г.Читать далееНет, я эту литературную ленту Мёбиуса никому советовать не буду. Особенно не буду её советовать родственникам, друзьям и тем, кто хоть раз видел меня "живьём". Потому что эта книга стала для меня моим ненаписанным дневником, в котором я могла бы высказать всё то, что меня волнует, терзает, пугает, мучает, изводит. Слишком личное. И мне кажется, вот прочтёт эту книгу знающий меня кто-то и всё обо мне поймёт. Серьёзно, всё.
Сюжет предельно прост. Сюжет притворяется детективным и даже авантюрным. У сорокалетней не слишком популярной детской писательницы в туалете аэропорта пропадает муж. Вот он зашёл в туалет, вот она его ждёт, раздражается пять минут, бесится десять минут, с яростью идёт проверять, где он там - а его нет, пропал, исчез, испарился. Что делают в таких ситуациях? Недоумевают, волнуются, плачут, пишут заявление в полицию, выжидающе смотрят на телефон. Лусия не исключение. Пропажа мужа становится для неё не столько потерей любимого человека, сколько отлучением от привычного жизненного уклада, от рутины. Лусия, не вписанная в контекст привычки, становится слишком открытой, обнажённой для собственного критического взгляда, слишком ответственной за свою собственную жизнь и, что самое волнующее и неприятное, - за жизнь мужа Рамона.
Нет ничего более случайного, чем судьба. Не правда ли? Волей этой самой судьбы или, кто знает, случайности.. или, что вероятнее всего, в соответствии с желанием автора, на пороге квартиры Лусии появляется её сосед Феликс Робле, учтивый, сочувствующий, не растерявший боевой задор старик, лихо обращающийся с оружием. Чуть позже в узкий круг главных героев книги вписывается Адриан, приятный молчаливый парень, знающий множество ненужных фактов, любящий загадки и головоломные сны. Вместе они - Адриан, Лусия и Феликс - составляют возрастной триптих: молодость, зрелость, старость. Каждая их история, мысль и действие выражают одну из главных идей романа - идею взросления и примирения с собой и собственным увяданием.
Хотя на самом деле, подумала я, мы все чудные, все наше нелепое трио. Феликс, который из-за старости уже как бы вне жизни, но не сдается и по-прежнему играет в боевиков; Адриан, который еще вне жизни по причине своей молодости, мальчик без руля и без ветрил, без прошлого и ясного будущего; и тем более я, Лусия Ромеро, растерянная и напуганная сорокалетняя женщина: я в самом деятельном возрасте, мне бы и жить, но я не знаю ни кто я, ни на каком свете нахожусь.Адриан - символ умственной невинности, категоричности и отсутствия личной истории. Наверное, именно поэтому его голова забита ненужными фактами. Он застенчив и безумно привлекателен. Лучше всего его бы охарактеризовали стихи Веры Полозковой:
С ним ужасно легко хохочется, говорится, пьется, дразнится; в нем мужчина не обретен еще;
она смотрит ему в ресницы - почти тигрица, обнимающая детеныша.
Он красивый, смешной, глаза у него фисташковые; замолкает всегда внезапно, всегда лирически;
его хочется так, что даже слегка подташнивает; в пальцах колкое электричество.В нём жизнь тела и души неразрывно сплетены в тугой бытийный клубок. Он всегда, безусловно, прав. От него несёт феромонами. Он почти ребёнок, но с телом половозрелого мужчины. Ласковый щенок, который сердце не разобьёт, но исцарапает. И в этой истории он, конечно, самый безликий. Хотя для Лусии он последний шанс на юную страсть без опасности впасть в рутину.
Лусия - центр книжной вселенной в "Дочери Каннибала". Увядающая Лусия, которая обманет читателя не единожды, но которая скажет столько правды, что иногда эту правду будет тяжело переварить. Самая горькая (ну хорошо, одна из самых) женская правда - правда об увядании, старении, утрате себя в повседневности. Большая часть повествования - история потерь, препарированный и выставленный на всеобщее обозрение кризис среднего возраста.
Мы, люди, с годами внутренне мелеем. Из тысяч возможностей, которые есть у всех, мы в конце концов оказываемся во власти одной-единственной; все остальные костенеют, уходят из нашей жизни. Маститые писатели малодушно называют это зрелостью, прояснением позиций, становлением, мне же это представляется чем-то вроде гниения. Таких живых мертвецов я знаю немало. Сорокалетние мужчины и женщины, более или менее устроенные, зачастую достигшие вершин в своей профессии, временами вздыхают и говорят: "Раньше я так любил заниматься спортом..." (теперь же из-за сидячего образа жизни он превратился в омерзительного толстяка), или: "В молодости я сочиняла стихи и прозу" (а теперь не только не пишет ни слова, но и вообще последним текстом, который она прочитала за истекшие пять лет, была инструкция по пользованию видеомагнитофоном), или: "Ты не поверишь, раньше я жил каждым днём, был способен на неожиданные поступки, объехал всю Европу автостопом" (и в это действительно трудно поверить, потому что сейчас в этом человеке не больше жизни, чем в брюкве, и не больше подвижности, чем в грибе боровике). У каждого в душе целое собрание мумий, а в шкафу не один скелет, а целое кладбище.Для меня самими ценными и близкими в книге оказались как раз эти замечания о физическом старении и душевной усталости.
Все женщины в какой-то период жизни начинают походить на своих матерей, но на матерей пожилых, когда жизнь матери клонится к упадку; словно родительница, угасая, компенсирует свой близящийся конец генетическим вторжением в дочь, почти дьявольским образом овладевая телом и духом дочери.
Старея, твой организм начинает разрушаться, и тогда предметы, вещи, эти дешевые заменители той личности, какой ты до сих пор была, мало-помалу заполняют все твое существование, все более убогое и неполноценное. Но самое ужасное, что это не только проблема плоти. Подобно тому как крем от морщин заменяет природную свежесть щек, затасканные цитаты могут заменить любопытство юности, эгоистические привычки – первое трепетное чувство, а новый автомобиль – жажду жизни. По мере того как мы стареем, мы обрастаем общими местами и вещами, чтобы заполнить образующиеся в нас пустоты.Лейтмотивом звучит в рассуждениях Лусии тема о супружеской невнимательности. Вдруг оказывается, что все эти годы она жила с человеком, о котором ничегошеньки не знала. Как? Легко!
Замечала ли я? Да ведь уже целую вечность я даже не смотрела на Рамона! Это одна из тех гадостей супружества, о которых принято молчать.
...Насколько быт и повседневность плотно закрывают от нас жизнь другого человека.Честное слово, я могу процитировать половину книги, и эта половина будет о старении и невнимательности, о том, что любовная лодка не разбивается о быт, поскольку быт это не роковой айсберг, а добротный корабль, на который супруги благополучно пересаживаются и тихо дрейфуют по жизни, повязанные узами привычки.
Феликс - символ последнего жизненного этапа, отважный молодящийся старик, рассказывающий собственную историю потерь и неудач, историю анархиста, тореро, отчаянного и отчаявшегося любовника, заботливого мужа, осиротевшего одинокого вдовца. История Феликса схожа с половиной историй, которые можно найти у Хемингуэя: безумства корриды, революционные страсти и подвиги, роковые женщины, утраты и крах надежд.
Ребенок думает, будто жизнь – это накопление, будто с годами ты нечто завоевываешь, зарабатываешь, коллекционируешь, складываешь в свою копилку, а на самом деле ты все время и бесповоротно что-то теряешь, от чего-то отказываешься.
Подростки плохо понимают, что такое смерть, думают, что смерть – неотъемлемая часть жизни, воображают, будто это нечто такое, через что можно пройти, а потом взахлеб рассказывать приятелям: «Представляете, как классно было, мы шли на такой риск, что меня даже убили!»
Не искушай несчастье: это жестокий палач. Ибо то, что вначале кажется кратковременным уходом в страдание, быстро превращается в неудержимое падение с горы. И с каждым разом ты все дальше от того, кем был. С каждым разом все неразличимей среди теней. Несчастье – это страна, откуда возвращаются немногие.И именно этот обмелевший Феликс даёт Лусии надежду на нахождение пути к самой себе, хотя для этого ей и придётся потерять больше, чем она может себе позволить и даже больше, чем имеет.
"Дочь Каннибала" так проста и правдива, что её легко можно обвинить в банальности. Никаких философских выкладок, никаких красивостей, простой, приземлённый, но живой, как природа, язык, очень близкий к человеку не идеализированному, но повседневному, человеку не размышляющему, не филососфствующему, но живущему.
Безусловной прелестью книги является её окончательность и завершенность. Все точки расставлены. Никаких неотвеченных вопросов, подвисших сюжетных линий. Все ружья на стене стреляют в последнем акте. И даже случайно мелькнувшая на первых страницах старуха в инвалидном кресле появляется вновь в конце романа. Читатель завершает свой путь по ленте Мёбиуса, возвращаясь на старт.
Мне бы хотелось переписать весь роман в этот отзыв, разобрать его на цитаты, перечитывать их, кивать, мол, да-да, так и есть, вот ведь правда. Но надо ведь и меру знать! Поэтому я никому не советую читать эту книгу. Не берите, забудьте, ничего в ней нет интересного.
83784
evfenen7 октября 2022 г.Я несу ответственность за Рамона не потому, что он – мой муж, а потому, что он – моя привычка.
Читать далееКнига была взята мной в одной из игр. Прочитав аннотацию, посмотрев на название и обложку, я ожидала комедию положений с приключениями в духе, возможно, "Итальянцев в России" или "Дочери Монтесумы" (тема "Мексика") только в современных реалиях.
На первый взгляд, аннотация не обманула, и приключения есть, и Каннибал, так зовут отца героини. Но оказалось, что роман гораздо глубже и многоплановей. На фоне ситкома с детективной линией, мы видим размышления 40-летней героини о жизни, о роли женщины в семье, в обществе. Поданы они не навязчиво, в ироничном ключе.
У Лусии Ромеро, не очень успешной детской писательницы, создавшей "курочку- недурочку" в туалете аэропорта, перед самой регистрацией внезапно исчезает муж. Ситуация трагикомичная. В полиции разводят руками: "Не Вы первая, не Вы последняя", мужья имеют свойство исчезать с женщинами по моложе.
Героиня пытается разобраться в ситуации. Не то чтобы она сильно любит мужа, за десять лет он ей порядком надоел, но мужья не должны исчезать в туалетах. Поиски мужа, а заодно и себя, Лусии проводит в компании двух соседей: чудаковатого 80-летнего старичка и молодого 20-ти летнего красавчика.
Хотя на самом деле, подумала я, мы все чудные, все наше нелепое трио. Феликс, который из-за старости уже как бы вне жизни, но не сдается и по-прежнему играет в боевиков; Адриан, который еще вне жизни по причине своей молодости, мальчик без руля и без ветрил, без прошлого и ясного будущего...Вспомнила анекдот. Девочка. Девушка. Девушка. Девушка... Бац, и нет старушки... Говорят, что женщины не подвержены кризису среднего возраста. Подвержены, просто крутясь в житейском колесе: дом, работа, дети, муж, стараются его не замечать.
Мне льстит, когда видя меня со старшей дочерью, говорят: "Сколько же тебе было, когда ты её родила? Наверное совсем молоденькой была?!" Но с другой, напрягает, когда покупаешь в "Пятерочке" сигареты и алкоголь, а паспорт уже не просят... Наверное надо перестать ходить в "Пятерочку".)))
Было интересно читать размышления героини, писательница подняла вопросы, которые волнуют женщин за... Не со всем согласна, но заставляет задуматься...
Рассуждения Лусии переплетаются с историей Феликса. Тореро, подпольщик, боевик, анархист. Борьба за правое дело. А какое дело считать правым? Историческая память. Трусость и героизм.
Иногда я задавался вопросом: продолжаем ли мы войну по стратегическим соображениям, искренне веря в будущее, или же потому, что уже не умеем жить по-другому?
Если бы молодость знала, если бы старость могла... Лусии 40 лет. В сорок лет жизнь только начинается? Верно, но лишь отчасти. Ты накопила к сорока годам какой-то опыт, который отягощен твоими потерями. Ты не можешь действовать и мыслить, как двадцатилетняя. Ты можешь любить двадцатилетнего мальчика. Но сможешь ли ты жить с ним?.. То же и касается и ситуации с Феликсом...
Я и сам не осмеливаюсь точно выразить это, но у меня есть глубочайшее убеждение, что в определенный момент жизни мы пересекаемся со своим будущим "я". Или с прошлым "я".
В 40 лет Лусии "открылось" множество прописных истин, которые вроде она как и понимала, но пока в туалете аэропорта не исчез её муж, не осознавала до конца.
Детские сказки врут. Злые далеко не всегда платят за то зло, что они причинили, добрые не всегда получают вознаграждение, подлецы не страдают от разлития желчи и угрызений совести.
Мир жесток и несправедлив? Но это твой мир и другого у тебя не будет.
79535
Seterwind11 января 2015 г.Читать далееЭто прекрасный, великолепный, эталонный образец того, как НЕ надо издавать и продавать книги.
Во-первых, отпугивающее название. "Каннибализм - это мерзко, это чернуха, я такое не читаю", - подумает первый читатель и не купит книгу. "Это, наверное, о психологическом насилии над детьми - тяжелая тема, я такое не читаю", - подумает второй и тоже не купит. И только один из ста обратит внимание на то, что слово "каннибал" написано с большой буквы. Вот вы заметили? Я - нет.
Во-вторых, нелепая обложка. На ней пёстрая толпа каких-то непонятных людей. Судя по фигурке девы Марии на первом плане - иберо-американцев. Судя по одежде - пролетариев. Судя по автоматам и патронам - революционеров. "Это что, книга о войне в странах третьего мира? Я такое не читаю", - подумает третий читатель и пройдёт мимо. Я даже после прочтения не поняла, какое отношение обложка имеет к самой книге. Разве что иллюстрирует национальную принадлежность автора.
В-третьих, кошмарная аннотация. "В аэропорту похищен муж героини; растерянная и испуганная сорокалетняя женщина, не доверяя полиции, начинает собственное расследование". "Это что, детектив?!", - подумает четвёртый читатель и покрутит носом. Но, уверяю, эти слова писал тот, кто в чтении не продвинулся дальше десятой страницы.
Пятый читатель ещё и на средний балл посмотрит и поморщится, но я буду только рада, если любители составлять мнение о книге по оценкам не обратят внимания на "Дочь Каннибала".
На самом деле она совсем не о названии, не об обложке и не об аннотации. Думаю, эта книга понравится, в первую очередь, поклонникам творчества Хавьера Мариаса. Здесь те же рефлексии героя средних лет, упоённое копание в себе и сюжет, который не нитка с нанизанными на неё бусинами слов, а кружевная салфеточка на тумбочке проблем и комплексов персонажей. Если всё это вам близко, дорого и нежно любимо, то можете добавлять книгу в вишлист уже сейчас.
Сомневающимся немного расскажу о сюжете
Сомневающимся немного расскажу о сюжете.
У мужика пропала жена. Жена пропала у мужикаУ женщины пропал муж. Довольно нелепо - вышел в туалет в аэропорту и не вернулся. Женщина, конечно, обратилась в полицию и начала ждать. Ждать оказалось довольно утомительно, а в какой-то ошеломляющий внезапностью осознания и вместе с тем неловкий в своей правдивости момент - даже непонятно зачем. Но тутначалась Анна Гавальдаобразовавшуюся после исчезновения мужа пустоту в жизни героини заполнили двое чудаковатых соседей по дому: энергичный восьмидесятилетний старикан Феликс и говорящий на языке цитат двадцатиоднолетний Адриан. Вместе они начали собственное расследование, с мафией и перестрелками. Но возня с выкупом, шпионаж, тайны министерства финансов, интриги полиции и даже чайная церемония с capo di tutti capi в Париже кажутся игрушечными, ведь это книга совсем не о том, как весь мир разыскивал испанского чиновника.Я уже так много сказала о том, чем эта книга не является, что пора бы перейти к её сути. Однако сделать это безумно сложно, потому что препарировать то, что стало твоим с первой строчки, - это как отрезать по кусочку от самого себя. "Дочь Каннибала" хочется распотрошить на цитаты и фанатично навязывать всем друзьям, а после каждого прочитанного абзаца - рыдать от узнавания, закрыв глаза на то, что притворяется сюжетом. Из него призма моего читательского восприятия отфильтровала историю жизни Феликса, которая периодически ответвляется от основного повествования, и личную драму Лусии.
Феликс родился "в тысяча девятьсот четырнадцатом году, когда началась мировая война и привычный мир разбился вдребезги". Он успел побыть активным участником гражданской войны в Испании, поработать матадором, когда это ещё было легально и очень опасно, пожить на нескольких континентах, испытать подлинную страсть, жениться... Захватывающий рассказ о судьбе этого вымышленного персонажа на фоне реальных исторических личностей и событий занимает добрую треть повествования и вполне мог бы стать самостоятельным (и даже лучшим, чем "Дочь каннибала") произведением.
Лусию исчезновение мужа, с которым она прожила 10 лет, подтолкнуло к размышлениям о кризисе среднего возраста, не воплотившихся амбициях, бездетности, бесполезности и бесцельности жизни, которые проистекают друг из друга, и обо всём, что никому не хочется в себе ворошить. При этом она не теряет присутствия духа, рефлексирует с иронией и обладает восхитительной способностью встречать закат своей молодости с улыбкой на лице и легкостью, цену которой знают только её ровесницы.
Это очень уютная и очень личная книга; исповедь, спрятанная за псевдодетективным сюжетом, странным названием и аляповатой обложкой. Вот, наверное, главное, что о ней стоит знать.
74683
Цитаты
- evfenen7 октября 2022 г.
Подобно тому как крем от морщин заменяет природную свежесть щек, затасканные цитаты могут заменить любопытство юности, эгоистические привычки – первое трепетное чувство, а новый автомобиль – жажду жизни.
2775 
Fudzivara30 августа 2011 г.Ведь что такое, в конце концов, писательство, как не искусство прощать себе шизофрению?
27150- evfenen7 октября 2022 г.
Искушения мелки, разнообразны и идут по нарастающей. Знаешь ли, жить – и значит испытывать искушения. Каждый день приходится принимать решения, за которыми стоят некие моральные основания. И ты решаешься. Делаешь один мелкий шажок, а за одним мелким шажком следует другой. И ты идешь – вперед, вверх или вниз.
26193
Подборки с этой книгой
Радость интроверта
- 162 книги
Современная зарубежная проза, которую собираюсь прочитать
- 3 694 книги
Иллюминатор
- 91 книга
Испания
- 300 книг
Лучшее в 2015
- 294 книги
Другие издания
