Стихи

Пусть горький голос панихид для всех звучит бедой,
Пусть слышим мы, как нам псалмы поют в тоске святой

Или то, что зримо мне,
Всё, есть только сон во сне?

Peccavimus; но не тревожь напева похорон
Чтоб дух отшедший той мольбой с землёй был примерён.

И много Безумия в драме ужасной,
И Грех в ней завязка, и Счастья в ней нет.

Во тьме безутешной - блистающий праздник

Спит на могиле розмарин,
Спит лилия речных глубин;
Ночной туман прильнул к руине;

I pray to God that she may lie
Forever with unopened eye,
While the pale sheeted ghosts go by!

[«Манускрипт, найденный в бутылке»]. Нужно многое уметь сжечь в себе, чтобы в двадцать лет быть способным написать такой рассказ. Но все творчество Эдгара По ясно указывает, что много в его жизни было сожженных жизней.

"...[Он оставил] за собой славу, которая будет длиться, пока будет длиться наш язык, и я могу о нем думать только как об авторе, который дал миру «Ворона» и «Колокола», и много еще других жемчужин благородного стиха, озарил эту мощь английской речи в прозаических сочинениях..." -(Дж. Лэтроуб, "Воспоминания").

Испанская поговорка гласит: «Manana sera otro dia», «Завтра будет другой день».

Но любовь, когда ей отдаются, не насыщает душу вулканическую. Чем больше любишь, тем больше хочется любить, и сердце сгорает, перегоревшая нить жизни порывается.

...для Эдгара По - любовь, которая замедлила в колебании, не есть любовь.

И если что-нибудь действительно играло главенствующую роль в его жизни, особенно в последние ее годы, это любовь и жажда любви, ненасытная любовь к Любви.

Вообще подходить слишком близко к осиному гнезду — а литературные круги любой страны и любой эпохи должны быть именно так наименованы — есть занятие рискованное.

В 1845 году Эдгар По — знаменитый поэт «Ворона», перед ним раскрыты все двери, он владеет вниманием, он приходит в гости в тот или другой дом, и по его прихоти в комнате воцаряется полумрак, перед тем как он начнет магнетическим своим голосом читать вслух бессмертную поэму.

Вспомним Дантевское «Guarda е passa», «Взгляни и пройди», и не будем бесплодно скорбеть, что мухи, беспокоившие создателей Пирамид, до сих пор еще не истреблены.

...литературные зверушки, самая злокачественная раса из живущих на земле, и всегда ужаленные собственной бесталанностью, они умеют жалить других, талантом не обиженных, — заставлять страдать уже одним своим противным прикосновением.

1845 год есть верховная точка, ибо в этом году появился «Ворон», доставивший ему мировую славу и имевший такой успех у изысканных немногих, а одновременно и у большой толпы, какого не имело и, по видимости, не будет иметь никогда ни одно лирическое стихотворение таких же размеров.

Неужели, когда я пишу картину, нужно много разговаривать о том, что у меня руки запачкались краской!