Последний из могикан. Красный корсар

Думаю, что "Последний из могикан" является сильнейшей книгой из знаменитой пенталогии Фенимора Купера о великом охотнике и следопыте американского фронтира Натти Бампо. Я тут недавно писал рецензию на книгу "100 великих литературных героев", и был возмущен отсутствием в этой сотне Соколиного глаза. Уж кто-кто, а он заслужил право числиться среди самых прославленных литературных персонажей.

Он имел очень высокий авторитет среди индейцев, а чтобы заслужить их уважение белому человеку действительно нужно было быть великим специалистом своего дела, иметь широкую душу и никогда не отступать от справедливости. Он таким и был по воле своего автора, а индейцы награждали его красивыми и почетными именами: Соколиный (Ястребиный) глаз, Длинный карабин, Кожаный чулок, Зверобой, Следопыт, Правдивый язык, Голубь, Вислоухий. Последнее прозвище может показаться обидным, если не знать, что делавары наградили его этим эпитетом за умение отлично выслеживать дичь.

Ловлю себя на том, что пишу о литературном персонаже, как о настоящем человеке, хотя он и есть из когорты "настоящих" людей - лучшие герои книг таковы, какими должны быть мы сами - читатели.

Но роман Купера не только о Соколином глазе, это прекрасная живописная картина о непростой и опасной жизни во фронтире времен Семилетней войны, об индейском мире, о величественной североамериканской природе, наконец, о настоящей любви.

Кроме Соколиного глаза в книге есть еще два крайне харизматичных героя - индейцы Чингачгук и его сын Ункас. Купер, наверное, становится первым писателем, который романтизировал в своих произведениях индейцев, потом его почин подхватят многие, и особо плодовитыми окажутся, как ни странно немцы. Может так выражалась их ненависть к англосаксам, с которыми всё время борются индейцы, но даже у Гитлера любимыми были книги Карла Мая про Винниту. Ну это не удивительно, немцы же известные романтики, а тут такой антураж - топор войны, трубка мира, скальпы, томагавки, мокасины...

Что касается Фенимора Купера, то он все же оставался политизированным писателем, благородством в его книгах блещут представители тех индейских племен, что состоят в союзе с англичанами - делавары, те же, кто поддерживает французов - гуроны - полны подлости, двуличия и низости. Таков и Магуа - Хитрая Лисица - главный отрицательный персонаж романа, он изображен до безобразия отвратительным. Его полным антиподом является молодой вождь могикан Ункас, он благороден, честен, справедлив. Он настолько совершенен, что оказывается достоин любви белой девушки - Коры, старшей дочери полковника Монро.

Но пойти на такой смелый шаг, чтобы поженить белую американку и индейца, Купер все же не решился, поэтому, наверное, влюбленная пара гибнет на последних страницах книги, гибнет трагично и красиво, зато решение острого социального вопроса временно отложено, пока еще не время, все же на дворе еще 1826 год.

Да, в "Последнем из могикан" всё утрировано, все герои и их чувства выписаны широкими кистями, насыщены яркими красками, поэтому всё такое выпуклое и впечатляющее - и природа, и герои, и их эмоции. Каждый образ до предела харизматичен, автор не претендует на психологическую достоверность, но ему удается создать настолько сочную картину, что кажущиеся недостатки превращаются в реальные достоинства, и только усиливают общее впечатление от романа.

В этом романе все так, как и должно быть. Прямо таки канонические приключения. Индейцы, как ожившие статуи древних богов - молниеносны, свирепы, почтительны к старшим и молчаливы. Могут часами сохранять неподвижность. Любые. И хорошие, и плохие, И "наши", и "не наши". Но "наши" - дружественные англичанам индейцы, еще и благородны, верны, гостеприимны. Или надо говорить "коренные американцы"? Нет, это слишком долго, лучше по старинке, пусть и не толерантно.

Так вот, а "не наши" индейцы коварны, лживы и вообще неисправимы в своих пороках. Как "наши" неисправимы в добродетелях. Наверно, такое деление и развешивание ярлыков естественно и логично, когда выбираешь сторону. Одни племена становятся враждебными, другие - дружественными. А житель лесов и разведчик Соколиный Глаз на начало действия уже выбрал сторону, друзей и врагов. Не оставляя выбора для читателя. Придется тоже дружить с могиканами и делаварами, воевать с гуронами. Справедливости ради стоит отметить что главный злодей — индеец Магуа, по прозвищу Хитрая Лисица вполне серьезный соперник и опасный враг. Прекрасный оратор, он любого убедит в том, что "Карфаген должен быть разрушен", а его личная месть - задача первостепенной важности для каждого гурона. Он - сосредоточие шекспировских страстей и даже в чем то напоминает Ричарда III. Он легко может воплотить в жизнь принцип "Так не доставайся же ты никому".

Девушки бледнолицых - недостижимый в жизни идеал. Они воспитаны в традициях уходящего восемнадцатого века. Скромны, нежны, хрупки, но стойки. Сестры напрочь лишены недостатков, а ведь и на солнце бывают пятна. Но они действительно - украшение романа и жизни главных героев, а потому им легко прощаешь их исключительную положительность. Пусть хотя бы на страницах романа можно будет повстречать солнечную, веселую, наивную и ласковую Алису и ее старшую сестру - таинственную, смуглокожую, молчаливую, задумчивую, мудрую Кору.

Природа прекрасна в своей незатронутости цивилизацией. Схватки кровавы, их результаты жестоки. Скидок на приключение автор не делает. Следует историям реальных схваток англичан с французами, при активном участии их индейских союзников. Персонажи часто милосердия себе во вред не оказывают - прагматизм предпочитают романтизму.

Интересные все таки личности населяют роман. Соколиный Глаз спокойно может распорядится убить мешающего прятаться жеребенка, но переживает за испорченный родник. А еще он может по характеру сломанного куста определить пол. Силен мужик! А если станет скучно, дождется пока девушки на холмик усядутся отдохнуть и давай рассказывать про то как мертвые с косами стоят покоятся под этим самым холмиком.

Последние представители племени могикан– Чингачгук и Ункас по своей безупречности и идеальности превзошли даже сестер. Если присмотреться к ним повнимательнее, можно будет разглядеть нимбы над головой. Их мифическое происхождение подтверждает отношение врагов - достаточно раз услышать с каким трепетом произносят гуроны имена Великого Змея и Быстроногого Оленя. Могикане - стали героями легенд при жизни, а такое бесследно для судьбы не проходит. Так что расплачиваться им за свою эталонность долго и трагично.

Но чудесней всех псалмопевец Давид Гамут, нескладностью фигуры, добрым и безобидным нравом, а также талантом попадать в неурядицы напоминающий Жака Паганеля. Давид искренен в своей вере. Пусть его любовь к пению не практична - не поможет добыть еды или отбиться от нападающих, но несмотря на внешний комизм и нелепость поведения, он не казался смешным. Наоборот, он достоин уважения этот наивный, заботливый, беззлобный и отважный человек.

Когда Купер взялся за роман, свежи еще были предания о событиях, которые он описывает и байки о людях, которые стали прототипами. Это помогло ему рассказать захватывающую историю с колоритными персонажами. Язык удивительным образом кажется естественным и подходящим именно к таким героям и событиям. Со временем, автор из кумира современников превратится во врага американской демократии. Но когда он писал Последнего из могикан, еще искренне восхищался своей страной и это чувство легко воспринимается при чтении. Книга - ностальгия. По давно ушедшим временам. Добрая и серьезная. Хорошая книга!

Итак, маленький эпизод глобальной Семилетней войны, крошечная часть эпического соперничества Франции и Великобритании за мировое господство. Как сухо звучит, к черту глобальный уровень, давайте нырнем под кроны деревьев и очутимся там, где все решают не политики из Лувра или Уайтхолла, а длинные ружья (не карабины, как не уставал повторять Соколиный Глаз) и томагавки.

Иллюстрация Н. Уайета

Читал я «Последнего из могикан», пожалуй, один раз. Было это то ли на море, то ли просто летом, но воспоминания густо замешаны на ярком солнечном свете, которого герои почти весь роман лишены. В этот раз я перечитал его дождливым питерским летом и понял, что роман не очень-то детский.

Ох уж это пресловутое сползание классики в детский репертуар! Часто оно совершенно неоправданно. Вот и «Последний из могикан» попал туда, пожалуй, из-за давнего года написания (1826) и довольно условного сюжета. Но это все внешние признаки. В англоязычной культуре он достаточно высоко ценится, чтобы считаться первым по дате написания «Великим американским романом». А вся условность сюжета и академическая героичность поз искупается прелестями места действия и реками пролитой крови. Именно реками, так как автор и сюжет беспощадны к человеческой жизни.

Иллюстрация Н. Уайета

Вот этот ужас смерти в прекрасных лесах Новой Англии и составляет прелесть романа, делая его незаурядным. Недаром всем главам (почти всем) ниспосланы эпиграфы из Шекспира, уровень страстей часто вполне себе дотягивает до «Макбета» или «Короля Лира». Постоянная смена обстоятельств, ежеминутное обращение успехов в неудачи, плен, угрозы пыток, фатализм и колесо Фортуны – все это динамично, жестко и интересно.

Вполне очевидно, что тот же Стивенсон многое заимствовал у Купера для своих лучших романов. Та же Черная стрела многим обязана в построении саспенса сцен «Последнему из могикан». Да, у Купера он, саспенс, более театрален, пожалуй, но от этого ужас не перестает быть таковым.

Да простится мне это попсовое сравнение, но Купер также мастерски нагнетает напряжение в сценах, как это делает Тарантино. Вот все относительно мирно разговаривают, но ты уже чувствуешь, что через страницу начнется крошилово томагавками. Яркий экзотизм гуронов и делавэров существенно помогает обогатить саму картинку повествования, но это не отнимет мастерства у самого Купера.

Иллюстрация А. Иткина

Не могу не отметить еще одну прелесть «Последнего из могикан» - это некий разрыв визуального шаблона, навязанного в детстве фильмами про индейцев (великой серией студии ДЕФА). Это не прерии! Это лес, шекспировский такой лес. Ведь сначала поселенцы выжили индейцев из леса, а только потом добрались до прерий.

Купер довольно последовательно проводит антирасистскую агитработу среди читателя. Несколько раз он подчеркивает словами героев, что нельзя считать человека плохим из-за цвета кожи, а потом специально подчеркивает эту мысль, вложив ее в уста безупречного джентльмена. Кроме этого в книге содержится недвусмысленный намек на то, что кровь Коры содержит примесь негритянской, что, опять же, ни на каплю не смущает джентльмена.

Иллюстрация А. Иткина

Не без удивления я увидел и практическое осуществление принципа демцентрализма среди могикан и Соколиного Глаза. Не поэтому ли книга была так популярна в СССР?

Великолепная вещь, насыщенная, умная, динамичная и увлекательная, да еще и с двойным дном. Очень жду продолжение серии от ИДМ, других романов о Зверобое я не читал, а зря, судя по всему.

P.S. Издание ИДМ великолепно, иллюстрации Ньюэлла Уайета (цветные) и Э. Бойда Смита (черно-белые) очень хорошо дополняют текст. Но я прикуплю еще и издание от «Нигмы» с рисунками Иткина, очень уж он мне нравится.

Вот таким и должен быть приключенческий роман (особенно про индейцев)!

Как же я увлеклась индейцами после этого! Даже нарисовала, помню, какую то картинку под названием "Танец удачных охот в месяц распустившихся почек")).

А вообще, роман заставляет о много задуматься, о нашем месте в мире и месте людей нас окружающих. Было очень жаль индейцев, и совсем непонятна ненависть гринго к этому гордому народу. И тем более их жестокость. Наверное, как и любого ребенка, в этой книге больше всего задевала несправедливость. Поражала сила и мудрость не только индейцев, но и Соколиного глаза. А вообще, именно после этой книги больше всего хотелось перенестись в ту эпоху, помогать Натаниэлю и быть его прекрасной дамой (кстати, именно после нее, полюбила с братом играть в индейцев, и угадайте, кто всегда побеждал? Хоть в игре пыталась исправить несправедливость)).

Замечательная книга для детей. Но думаю, и многим взрослым будет приятно ее прочитать.

Морская романтика Купера прекрасна, его любование морем в разную погоду и в разных широтах, любование стройным парусником, окутанным в белые облака парусов, очаровывает. Корабль, с прочерчивающими небо стройными мачтами, с гордо расправленными парусами, плавно скользит по волнам, легко и изящно выполняя манёвры– как тут не залюбоваться.

И капитаном такого красавца корабля непременно будет романтический герой, отважный моряк высокого профессионализма, умеющий повелевать и принимать взвешенные решения, независимый, умный и проницательный, одинокий и отверженный, хранящий за плечами пережитую драму.

Действие в романе начинается в Ньюпорте, портовом городе Род-Айленда в 1759 году. В это время Англия в войне с Францией за американские колонии взяла уверенный перевес. Напыщенные английские представители общества, утверждая свое право превосходства, были полны заносчивости и высокомерия в отношении колонистов, считая их далеко не ровней себе. Однако, протест зрел и уже лет через 20, униженные метрополией американские колонисты сбросят зависимость от английской короны и образуют своё новое государство Штатов.

Одним из таких «американцев», пока ещё считавшимся подданным короля Георга II, но осознавшим своей родиной Америку и мечтающим о свободе, стал бывший моряк королевского британского флота. Он предпочёл стать отвергнутым и поставить себя вне закона корсаром. Грозный неуловимый корсар на прекрасном, мощном и быстроходном фрегате «Дельфин» имел в запасе множество разных флагов, которыми он вводил в заблуждение встречные корабли, но его собственный настоящий флаг взвивался ярко-красным полотном, за что пират и получил имя Красный Корсар.

В книге два положительных героя - Красный Корсар, капитан пиратов, изгой вне закона, американец, и англичанин, верный присяге офицер флота Уайлдер. В вынужденном столкновении они одинаково проявят мужество и благородство.

Есть и подтрунивание по отношению к «замшелым» англичанам. В этом смысле запоминается сцена встречи Красного Корсара с капитаном королевского военного фрегата «Стрела» Бигналом. Но капитану Бигналу автор одновременно и сочувствует, лёгкими сатирическими штрихами касаясь системы поощрения и продвижения по службе в английском флоте.

В книге есть и интрига, и все непременные атрибуты морского романа – приключения на море, морское сражение, шторма и ураганы, кораблекрушение, бунт матросов на корабле и, конечно, поэтические описания моря, морских пейзажей и кораблей.

Не раз в книгах я встречала увлеченность персонажей романом Фенимора Купера «Последний из могикан», причем чаще довольно юных, что, надо сказать, меня удивляло. Дело в том, что лет этак в десять-двенадцать я начинала читать этот роман, причем с воодушевлением, так как о нем очень тепло отзывалась даже моя мама, не любящая подобное чтиво в принципе. И что же, книга стала одной из немногих, мной брошенных. Но рано или поздно надо все-таки доводить дело до конца, что я спустя добрых десять лет и сделала.

Должно быть, редкому человеку не известен сюжет этого романа. Если вкратце, история развивается в Америке, где за бразды правления сражаются французы и англичане, попутно привлекая к своему кровавому делу исконно местных жителей, то есть, индейцев. Главные герои – английский офицер Хейуорд, две дочери славного полковника Мунро, Алиса и Кора, и нелепый псалмопевец Давид, попавшие в нешуточный переплет, выбираться из которого им помогают разведчик с громким именем Соколиный Глаз и его верные друзья – могикане Чингачгук и его сын Ункас. Роль последнего из могикан с переменным успехом переходит от одного к другому…

В общем, должный набор для любого увлекательного романа: историческая подоплека, опасные приключения, война, любовь, и бонусом к этому – интересные заметки о жизни индейцев.

На сей раз я одолела книгу без видимого труда и с удовольствием, хотя понимаю, что меня оттолкнуло при первой попытке – просто предпочтения тогда были совсем иными. Понимаю и то, что в этом романе способно привлечь юного читателя. Роман написан таким образом… Словом, главный упор сделан на приключения, что и понятно, но в попытке то ли почаще напрягать читателя, то ли растянуть удовольствие (а, может, и то, и другое) Фенимор Купер делает события весьма-таки наивными. Плюсом к этому идут порой просто уморительные англичане и французы, у которых, как кажется, одна в жизни забота – выставить себя более вежливым, нежели противник. Женские персонажи тоже хороши в этом плане: бог с ней, вежливостью, но выставлены они такими милыми ангелочками, донельзя пропитанными христианскими добродетелями, включая, кстати, полную несгибаемость перед лицом врага (их много, но один заклятый, будьте уверены, имеется, как же без него), что вкупе заставляет слабо улыбаться над небывалостью и наивностью происходящего. Частенько создается впечатление, что автор действительно рассчитывал на скорее детскую аудиторию, хотя другие моменты этому как раз противоречат. Но мало их, этих моментов, поэтому концовка – как снег на голову, остается только удивленно моргать.

А еще для меня полной тайной остались цитаты, приведенные перед каждой главой, причем преимущественно из Шекспира. На мой взгляд, они совсем не к месту. Нет, нет, смысл ясен и подобран точно, но строки эти среди, так сказать, непроходимых лесных чащей и индейских племен смотрятся как-то нелепо.

Но, как бы то ни было, роман мне понравился, его приятно было прочесть. Достаточно легкое, увлекательное чтение для досуга.

Эта книга была прочитана два раза - глазами и ушами. Сначала - слушала. Но на слух книга не воспринималась абсолютно, несмотря на отличное исполнение. Мне было откровенно скучно. Погрешила я не на книгу и не на чтеца, а на себя, а потому взяла электронку и стала читать глазами. Эта книга Д. Ф. Купера не идёт ни в какое сравнение с индейскими его романами. Я терялась в морской терминологии, тонула в бесконечном море, мой мозг закипал от разницы нравов (почему-то рабовладельческое судно все приветствовали), постоянно теряла сюжетную нить и... слава Книжному Богу, прочла последнюю страницу романа.
Прежде этой книги я читала другие произведения про корсаров, без поэтического возвышения их. Это произведение трудно судить с высоты прошедших лет, поскольку многое изменилось, даже то, что воспевается в романах. Разбой и работорговля - это истинное лицо Америки восемнадцатого века. Мне было жутко находиться на борту "Волшебницы" среди членов экипажа с тёмным прошлым и таким же будущим. В книге сюжет развивается уж очень медленно, диалоги пространные, похожие на концентрические круги на воде. Скука смертная наступает быстрее, чем что-то начинает происходить в книге. Романтический герой-одиночка, взваливший на себя тяжкую ношу "изменить мир" - этим меня учили восхищаться в школе, когда мне было лет 13. Теперь же - поменялось время, а вместе с ним - и я. Цикл романов этого писателя про Америку времён индейцев намного интереснее.

Фу-ты, Фенимор Купер. "Последний из могикан" у всех на слуху, словосочетание даже стало нарицательным, а роман оказался таким унылым. В этот раз не спасает даже великая отговорка "Ну это же для подростков, поэтому всё упрощено". Упрощай-упрощай, а меру знай.

Чёрт с ним с Соколиным Глазом. В "Зверобое" он был сахарным херувимчиком, здесь стал весьма невнятным и даже хвастливо-глуповатым. Ну да ладно. Чингачгук сохранил своё амплуа — большую часть действия он вообще ничего не делает, только красиво стоит где-то на краю "сцены". Или даже за ней. Конечно, не обойтись без красивых горячих дам, которых так и несёт в дебри войны французов-англичан-индейцев. Так же, разумеется, в наличии отец, у которого из рук эти дочери вечно похищаются. Без сумасшедшего персонажа тоже не обойтись, поэтому им становится "псалмопевец" (не путать с псоглавцем), который заодно ещё и комический персонаж. Вообще, мне кажется, он предтеча мультипликационных героев, настолько он карикатурен. Ну и как же без индецйев! Они по-прежнему в стиле фьюжн: одновременно и хладнокровные, и пылкие, и жадные, и щедрые, и коварные, и честные, и мудрые, и безнадёжно наивные. Чего стоит тот момент, когда Бумпо обманывает их, переодеваясь в медведя, а Чингачгук... Переодеваясь в бобра! Правда, он только натягивает "Бобровую башку", но это настолько смехотворная ситуация, что просто диву даёшься.

Сюжет тухловат и абсолютно нелогичен. Мотивы персонажей так до конца понять и не удастся, но поступают они всегда эффектно и почти всегда очень глупо. Можно почитать за описания драчек, но за ними почти ничего не кроется. Есть попытка, впрочем, рассказать о том, что "Брат воюет с братом", англичане с французами, да и индейцы тоже люди... Но всё это теряется на фоне дурацких основных событий.

По сравнению со "Зверобоем" скучно и затянуто. Я всё-таки попробую добить эту серию, но мне начинает казаться, что Марк Твен не зря смешивал писательские таланты Купера с не слишком приятными субстанциями. Некоторые вещи просто невозможно списать на упрощения детской и подростковой литературы, это явный недостаток мастерства.

Есть такие книги, которые нужно читать в детстве или отрочестве, - тогда они проявятся во всей полноте вызываемых ими эмоций, в ярком фейерверке захватывающих событий. К ним относится и данный роман. Если бы не обсуждение в любимом клубе, никогда не взялась бы читать (т.е. слушать). Ну какой интерес мне, взрослой тётеньке, следить за приключениями Соколиного Глаза (он же Зверобой) и его помощников Чингачгука и «последнего из могикан» Ункаса?! И что увлекательного я могу найти в описаниях схваток индейцев-делаваров с враждебным им племенем гуронов? Еле продраласьчерез это всё. И меня всё время раздражали эти две девицы, вечно болтающиеся у всех под ногами, – Кора и Алиса. Если уж времена были тяжелые и места крайне опасные, зачем, скажите на милость, этим барышням понадобилось ехать к отцу, полковнику Мунро, командующему осажденным фортом? Да еще в сопровождении всего одного человека – майора Дункана Хейворда (индеец-предатель не в счёт)? Не встретился бы им Соколиный Глаз со товарищи – и болтались бы их скальпы с прекрасными длинными локонами у индейцев в качестве трофеев. Кстати сказать, эти самые скальпы тоже меня весьма напрягали: например, эпизод, где молодой сын Чингачгука, пока барышни на что-то отвлеклись, деловито и по-будничному обдирает череп врага после побоища. Бррр...

А что до девиц, то вот не верю я в такое самообладание Коры. Младшая, Алиса, впечатлительная, постоянно падающая в обморок, как-то убедительнее для меня.

Конечно, как читательский опыт, выводящий из пресловутой зоны комфорта, это было любопытно, но на этом с Фенимором Купером завязываю.

Слушала в очень добротном исполнении Юрия Заборовского.

Это необычное издание романа "Последний из Могикан" Джеймса Фенимора Купера смотрелось весьма необычно на полке для буккросинга. Дело в том, что формат этой книги ну никак не вписывался в общепринятые рамки столичных издательств. "Последний из Могикан" не просто выпячивался на излюбленной полочке, но возвышался как исполин над своими книжными собратьями. Причина этого феномена вскрылась после внимательного изучения данного издания. Как оказалось, выпустило подобного книжного гиганта душанбинское издательство "Маориф". От его "Последнего из Могикан" буквально разило монументальностью и величественностью зодчества постсталинской эпохи. В довершение ко всему в аннотации к сему изданию указывалось помимо количества страниц ещё и многообещающее "с. ил.", что в переводе на общепринятый язык должно было означать, что это издание с иллюстрациями. Но "Маориф" решило и тут проявить недюжинную оригинальность... и ограничилось... всего двумя иллюстрациями. Одну душанбинцы поместили на лицевой стороне обложки, а другую - в начале первой главы.... (фото прилагается)... И, всё... больше на протяжении всей книги нет даже полунамёка хоть на какое-то подобие иллюстраций... "Маориф" отказалось не только от оных, но также и от различных завитков, вензельков и иных приличествующих случаю украшений. Вероятно издатели посчитали, что главное в книге - это текст, а иллюстративный материал пусть читатель сам себе нарисует, сообразуясь со своими предпочтениями... Вот такой получился неформатный сюрприз из Душанбе...