Град обреченный. За миллиард лет до конца света

«За миллиард лет до конца света» - одно из самых сильных, на мой взгляд, произведений, написанных АБС. Как по идее, так и по блестящему воплощению.

Все наблюдаемые нами существа имеют инстинкт самосохранения. Иными словами, они стремятся выжить любой ценой, изменяясь и приспосабливаясь казалось бы к невозможным условиям и ситуациям. АБС продолжили логическую цепочку, предположив, что инстинктом самосохранения обладает сама Вселенная.

(Небольшое пояснение. Речь идет о втором законе термодинамики, запрещающем создание вечного двигателя. В оригинале он звучит примерно так – все процессы протекают с увеличением или сохранением энтропии. А, если учесть, что энтропия – это мера упорядоченности, то в переводе на общечеловеческий получаем следующее: все процессы ведут к увеличению уровня хаоса, всё старается слиться с окружающей средой. Впрочем, это касается только замкнутых систем.
А вот разум, наоборот, снижает уровень энтропии, стремится всё упорядочить. Вот и получается, что мироздание «пытается» найти точку равновесия, чтобы не скатиться в хаос, и не стать слишком упорядоченным).

На этом научный экскурс можно закончить. Школьного курса физики и приведенного выше объяснения вполне достаточно, чтобы в полной мере разобраться в происходящем. :)
Возвращаемся к событиям «за миллиард лет до конца света». Я уже рецензировал книгу А.Турчина, в которой он описывает возможные сценарии гибели человечества. И большая часть из них связана с деятельностью самого человека. Несовершенный разум, доставшийся нам от далеких предков, несет в себе изрядный потенциал самоуничтожения, и большая часть нашего эволюционного развития определялась сдерживанием этого пагубного стремления.
Ну а если усилий человечества недостаточно? Тогда приходится вмешиваться Мирозданию, которое не может допустить нарушения равновесия.
В повести АБС ученые, ведущие исследования в далеко отстоящих друг от друга областях – физике, математике звездного пространства, генной инженерии и истории, вдруг ощущают на себе мощное давление, побуждающее их прекратить свои изыскания. И прессинг достигает такой степени, что один из них предпочитает застрелиться, а другие – отдать свои работы, упомянутому в цитате Филиппу Павловичу Вечеровскому. Именно он один решается вступить в схватку с неизвестным, чтобы изучать закономерности и найти способ управления этой силой.

Дальше...

Нет особого смысла пересказывать подробно сюжет, ибо это не главное. Более важны этические проблемы, которые приходится решать всем участникам происходящего действия. Для ученого добровольный отказ от своей работы равноценен смерти, пусть не физической. И надо как-то с этим жить дальше.
Но я хотел бы остановиться еще на двух моментах, затронутых в повести АБС. Моментах не явных и проявившихся уже в сегодняшнее время.
Первый, касается Закона избыточного многообразия. Во время написания повести (1976-1977) он еще не был широко известен, и Стругацкие вряд ли что-то слышали о нем.
Этот закон, фактически, описывает механизм действия Мироздания – на каждый эволюционный шаг имеется 5-10-кратный «запас прочности». Приведу показательный пример.
В биологии коррелятом интеллектуальности позвоночных служит, так называемый, «коэффициент цефализации» - отношение веса мозга к общему весу тела. Так вот, если бы австралопитеки не вступили на путь технологического развития, оставив формировавшуюся в биосфере нишу открытой для других претендентов, то это бы сделали дельфины или птицы семейства врановых — вороны, сороки, галки, у которых этот коэффициент находился на том же уровне.
Это все сказано к тому, что Мирозданию для реализации идеи Стругацких придется порядочно проредить человечество, ибо одни и те же идеи приходят в голову сразу многим людям. Да и само прекращение перспективных разработок может снизить уровень сопротивления глобальным вызовам, что в конечном итоге опять же поставит человечество на грань выживания.
Вторая мысль касается механизма реализации Мирозданием своих намерений. Оно должно иметь для этого какие-то инструменты. А если учитывать размеры Вселенной, то инструменты эти относятся к работе на микроуровне. Логически рассуждая, мы приходим к возможности такого выборочного воздействия, только если часть нашего окружающего пространства управляема. Или, другими словами, мы частично живем в Матрице.
К слову, идея всеобщей Матрицы, до того как она стала, благодаря визуализации братьев Вачовски, элементом коллективного сознания, уже давно присутствовала в произведениях фантастов. Ее следы можно найти не только у Стругацких, но и в произведениях Лема и Матесона, написанных еще в 60-е годы.

Осталось сказать пару слов о литературных достоинствах повести. На мой взгляд, она написана блестяще, и невозможно оторваться пока не доходишь до немного измененного стихотворения японской поэтессы Акико Ёсано, завершающего повествование:

Количество происходящих событий нарастает подобно снежному кому, затягивая читающего с головой и поддерживая напряжение до самых последних страниц.

Рекомендую включить в список обязательного прочтения. Или перечтения. :)

Очень любопытная книга, и действительно стоит особняком от остальных романов АВС. Не стоит ждать от неё привычных переворачивающих мироздание открытий или прямых контактов с внеземным разумом или покорения далёкой планеты. Более того, человечество пока даже близко не подобралось к разгадыванию тайн Вселенной. Вместо всего этого "За миллиард лет до конца света" предлагает более активно поразмышлять на тему выбора и ответственности каждого перед своими собратьями и самим собой.

70-е годы прошлого века. Небольшая кухня обычной московской квартиры. Молодой учёный Малянов, стоящий на пороге чего-то нового в своих исследованиях, усиленно и с воодушевлением размышляет. Мысли в его голове самые радужные. Вот он собирается записать свои выводы, и... Тут начинает происходить всякая чертовщина, похожая по стилю на разгул булгаковской свиты МиМ. Сначала курьер приносит таинственный и дорогой заказ из магазина, затем приезжает красавица Людочка (подруга жены). Малянову уже не до работы. Он с переменным успехом пытается развлекать странно ведущую себя гостью.

К счастью, от неловкости Малянова спасают очередные гости. Забегает загадочный сосед-полковник Снеговой, приходит старый друг Вайнгартен в компании двух мужчин и мальчика. Слово за слово, недомолвка за недомолвкой, но вскоре выясняется, что неспроста все они здесь сегодня собрались. Каждый из них, как оказалось, стоял или стоит на пороге большого выбора. Кажется очевидным:

Но если бы всё было так просто...

P.S.
Немного непонятной оказалась личность Вечеровского в контексте его выбора. Почему-то сложилось впечатление, что как раз он, скорее, решил бы для себя всё иначе.

P.P.S.
И особенно понравившаяся цитата из бытовой жизни:

Очень хорошая, но очень тяжелая книга. Тяжелая и в плане слога, и в плане восприятия, и в плане мыслей, вложенных в нее авторами. Но все же крепко цепляющая то ли на крючок любопытства, то ли на блестящий маятник гипноза.

Об этом романе очень сложно писать. Он настолько совершенен, что какие бы слова ни подобрались для описания "Града...", все равно они будут корявыми и пошлыми. Так что не обессудьте уж...

В "Граде..." у Стругацких сплелось общественное и субъективное - город и люди. Каждое хорошо само по себе, но вместе, комплектом, они окончательно добивают наивного читателя, который рассчитывал на добрую сказочку, а вляпался в непонятный Эксперимент.

Город. Сложно не заметить, что АБС едва ли не на каждой странице намекают на "великий и могучий" - то путешествующие по улицам памятники (чем вам не культ личности?), то Красное здание, а то и откровенно еретические размышления в последней главе о том, что мысль сделать всех равными - изначально самоубийственна. Но, несмотря на это, роман, написанный в 70-е годы прошлого века не отправился в длинный ящик, а уже спустя 10 лет впервые был опубликован сперва на журнальных страницах, а потом уже и отдельным изданием. Но Город здесь не на первых ролях...

Люди. Несмотря на то, какими восхитительными образами одарили нас АБС (одни только Изя, Сельма и Ван чего стоят), главный здесь Андрей. Именно на его примере авторы показывают, насколько гибкими могут оказаться человеческие идеалы и каким полярным может быть жизненное кредо у одного и того же человека в разное время.

Стругацкие не дают ответов. Они только ставят перед читателем нескончаемые вопросы и заставляют снова и снова возвращаться мыслями к последней черте. Что ждет нас на Севере? Что притаилось за последней чертой? Дорогу осилит идущий...

023/300

Вот за что я люблю братьев Стругацких, так это за их безудержную фантазию. При этом тут не голимая фантастика, а произведение, имеющее огромную смысловую нагрузку. Правда, честно признаюсь, иногда я не все их идеи и послания понимаю, но это ничуть не умаляет их достоинств. Скорее, говорит о моих интеллектуальных способностях :D Хотя, если уж даже литературные критики спорили и до сих пор спорят на тему интерпретаций романа, что уж про меня говорить...

Один жирный плюс книги - обалденный сюжет. Тут тебе и переплетение детектива (расследование дела о "Красном здании" - очень интересно и захватывающе), и мистика (опять же про Красное здание, например), и социальная фантастика, и экспедиция в неизведанные места. Ни разу авторы не дали заскучать или отвлечься от сюжета.

Второй большущий плюс - герои повествования. Некоторые из них очень неоднозначные. К каким-то ты испытываешь положительные эмоции в начале книги, а к концу тебе они перестают нравиться от слова совсем. Каких-то, наоборот, недолюбливаешь, а к финалу смотришь на них совсем с другой точки зрения. И, кстати сказать, сейчас только поняла, что нет ни одного героя, к которому испытываешь симпатию на протяжении всей книги. Хотя нет, вру. Китаец Ван Лихун - единственный человек, который меня безоговорочно нравится.

Потом! Тут совершенно потрясающий юмор! Ну, Аркадия и Бориса Натановичей без юмора вообще слабо можно представить. А в этой книге и вообще без юмора была бы кромешная тьма. Но тут он такой черноватенький, ненавязчивый и какой-то очень печальный что ли. Не могу толком объяснить. Надо читать, чтобы понять, что я имею ввиду. Ну вот для примера:

Вроде как и смешно, а если задуматься, то и не очень...

Единственное, что могу отметить для меня из моментов, которые мне не понравились - слишком длинные социально-политическо-философские диалоги. Я периодически выпадала из контекста. Но это, скорее, дело опять же во мне.

В общем, крайне рекомендую всем. В принципе очень люблю творчество Стругацких. И с каждой последующей прочитанной книгой моя любовь к ним только крепнет.
Отличная глубокомысленная, очень интересная и потрясающе написанная книга.
P.S. Любопытно, как она пересеклась с недавно прочитанной книгой Эмиля Золя "Человек-зверь" - будто цитата из той книги:

В книге рассказывается о нескольких героях. Главный герой тут - Андрей. Андрей выполняет работу мусорщика. Все люди здесь участвуют в неком Эксперименте. Они здесь из разных временных отрезков и из разных стран. Например, есть русский, немец, японец, шведка и люди из много других стран довоенного времени и после военного.

Что за эксперимент тут проводится? Нам об этом не рассказывают. Но люди тут могут менять свою работу, специальность и стараются выполнять работу хорошо..

Поначалу атмосфера книги почему-то напоминает послевоенный СССР. Только откуда может быть это ощущение, ведь я по сути не могу ничего помнить? Не знаю, наверное навеяно всё это фильмами. Возможно это также атмосфера перестроечного времени 1980-90 годов. Разруха какая-то, апатия, непролазная грязь. Часто это не пишется напрямую, но вот ощущение именно такое. Когда написал, вспомнил про Братиславу из фильма Евротур. Вот на что это было похоже. Но это больше относится к первой главе, где главный герой работает мусорщиком. Дальше он будет менять работу.

Вообще довольно странный тут используется метод смены работы. Человек может работать мусорщиком, потом редактором в газете, потом помощником мэра, потом следователем. Это довольно странно, потому что любая работа имеет свою специфику и если научиться работать мусорщиком довольно просто, то следователем уже гораздо сложнее. Как выполнятся работа, понять очень сложно. К тому же, люди всегда соприкасаются между собой и если сегодня они работают в одной бригаде мусорщиков, то завтра один может иметь претензии к человеку как следователь, а дальше они опять как-то могут соприкасаться. В общем, тут тоже не может быть полной беспристрастности.

Вторая часть книги сменит полностью стиль повествования и будет как бы про другое. Цели людей будут изменены.

Книга хорошая и интересная. Есть книги, читать которые надо себя подталкивать, а то и заставлять. А есть такие, которые действительно захватывают. Эта как раз захватывающая.

Тяжело писать о подобных книгах. Читаешь, думаешь, анализы какие-никакие в голове раскладываешь, а все равно окажешься не прав. Есть ли вообще смысл в поисках истины, если мир сходит с ума, а ты пытаешься впихнуть ноги в старые домашние тапки и выбежать из горящего здания? Стоишь у подъезда с кучкой соседей, пялитесь на пылающий дом, неторопливо приползают пожарные машины, худо-бедно тушат, а потом грохочущий рупор – «Граждане, расходимся! Напоминаем, что массовые скопления людей запрещены. В случае обнаружения подобных групп администрация оставляет за собой право оштрафовать их или же привлечь к уголовной ответственности!» ХА! Куда расходиться-то? Садишься на подгоревшую лавку, поправляешь сползшие носки, натягиваешь поудобнее тапки и, ежась в майке-алкоголичке от прохлады приближающегося вечера, ковыляешь…

Из-за куста выпрыгивает непонятное лицо и предлагает стать участником эксперимента. Оно рисует нечеткие очертания твоего будущего, а тебе, наверное, уже все равно, куда, лишь бы отсюда…

Андрейка, например, сбежал в эксперимент из Ленинграда. И не с пустыми руками, а с ИДЕЕЙ (да с какой!!!) - построить неведомый цветущий город. Другое дело, что вокруг царит абсурд, но как любят говорить тамошние Наставники – «Эксперимент есть эксперимент». Слушайтесь, тащите свой груз, и будет вам счастье. Наверное.

Стандартный рабочий денек начинается с включения солнца и сбора мусора. В теперь уже прошлой жизни Андрей – ученый, инженер, астроном, а здесь – просто мусорщик. Но не переживай, дорогой читатель, все объяснимо. Просто каждый житель обязан регулярно менять профессию, и не один раз, а каждый год-два, чтоб не заскучал. Или, вдруг, не обзавелся пониманием собственной деятельности… Андрей беспрекословно соблюдает данный закон, а потому ближе к финалу удобно располагается в сытом кресле господина советника.

Странный главный герой, непонятный, мутный, слишком обыватель. Пожалуй – лучше всего его характеризуют друзья, приятели, подчиненные. Изя – ненормальный книжный червь, знающий наперед почти все, фермер дядя Юра, пропахший мужицкой работой и самогонкой, курящая, пьющая и гулящая напропалую Сельма, Ван – забитый, добрый дворник, и типичный немец, бывший фашист Гейгер. Отменная компания собралась уже, однако, это не весь список.

Книга, в целом, очень идейная, хотя и запутывающая, с мистическими вставками, вроде таинственного дома совести... Но что приятно, Стругацкие пишут без особой цензуры. Нет вышколенности и гладкости, есть обычные люди без особых прикрас.
Читать ли?... Если Вы немного гражданин, то да.

Книги Стругацких — это всегда вызов. Открываешь повесть "За миллиард лет до конца света" — и словно попадаешь в череду снов наяву. Первое впечатление: хаос, странности, полное недоумение. Но постепенно, за бытовыми деталями и абсурдными ситуациями, проступает что-то гораздо большее, чем просто фантастика.

Стругацкие мастерски запутывают читателя, создавая атмосферу, где привычное смешивается с невозможным. Иногда кажется, что герои живут в мире, где логика — лишь формальность, а объяснения происходящего всегда где-то за углом. Тут и появляется фирменный юмор: непростые вопросы, нелепые ситуации, ученые, отчаянно пытающиеся понять, что же с ними происходит. Ирония, с которой авторы описывают научные будни, не раз вызывает улыбку.

Но за этой легкостью скрывается тревога. Чем всё закончится? До финала невозможно предсказать, куда заведёт эта игра разума и обстоятельств. Главные герои сталкиваются с загадочной силой, которая будто бы мешает им довести важное открытие до конца. Перед ними выбор: идти до конца — или смириться. Ситуация абсурдна, но в то же время пугающе узнаваема. Кто знает, вдруг и в нашей жизни есть такие силы, которые не дают нам выйти за привычные рамки?

Самое интересное, что повесть, написанная десятки лет назад, звучит невероятно актуально. Этические дилеммы, ответственность учёных, давление системы и внутренние поиски — всё это по-прежнему волнует и сегодня. Где грань между личным счастьем и поиском истины? А что если сама Вселенная не хочет, чтобы мы знали слишком много?

"За миллиард лет до конца света" — это не просто фантастика. Это книга-головоломка, которая заставляет задуматься: что если пределы нашего разума — не случайность, а чья-то защита? После прочтения остаётся послевкусие тревоги, но и ощущение, что ты стал чуть мудрее. И, честно, появляется желание читать у Стругацких дальше.

Удивительная идея братьев Стругацких воплощена в этом тексте. Такая новая философия, теория существования бога, хотя конечно времена и нравы не позволяли Стругацким открыто говорить о боге, тем не менее они явно провоцируют читателя думать о боге, прикрывая его словами "пришельцы" и "внеземная цивилизация" или "силы природы". По словам авторов если какая-то научная идея потенциально может дать человечеству очень много власти, то "силы природы" будут препятствовать этому человеку совершить открытие, вплоть до случайного убийства. Эти силы природы будут сначчала мягко пытаться разрушить жизнь человеку, подсылая ему дорогую выпивку, или будут приводить случайных родственниц жены, провоцируя на измену и разрушение семьи. Если эти методы не сработают, и человек окажется сильнее, то силы природы приступят к физической расправе. Все просто, и этого не избежать.

Так главный герой встречает своих друзей, с которыми тоже случаются странные события, и с которыми они начинают анализировать сложившиеся обстоятельства и решать, что же делать дальше.

А действительно, что делать в такой ситуации? Бросать науку? Но как можно запретить мозгу думать? Даже если перестанешь все записывать, идеи то продолжат развиваться в голове!

Уехать и стать отшельником, развивая свою теорию? Так пытается поступить друг главного героя, продолжение истории которого, увы, мы не узнаем.

Прекрасная книга.

Это фантастика, но без голованов, полётов в космос и сталкеров. Обыкновенная ленинградская квартира начала 70-х, засохшая яичница на сковородке, пустой холодильник, голодный кот (жена с сыном уехали на море) и молодой астрофизик Дима Малянов на пороге большого открытия. И тут начинают происходить события, которые отвлекают ученого от последней эврики. Сначала ошибочные телефонные звонки, затем непонятная дорогая доставка из гастронома, гостья из Одессы с запиской от жены, дальше больше. У его друга-биолога на пороге открытия вообще происходят странные вещи: то ему предлагают перспективную тему, то возглавить вновь создаваемый институт - всё, лишь бы открытие не состоялось. И так по разному не только с ними. Дальше - жёстче. Вселенная, мироздание сопротивляется. И уже угроза собственной свободе, и семье, и здоровью сына...
Повесть о нравственном выборе:

Что лучше: открытие, познание нового, или уютный тихий мирок?

Люблю Стругацких, но в момент выхода мне эта вещь "не досталась". Сейчас с удовольствием прочёл - как вкусно пахнет эпохой!

Братья Стругацкие «Град обреченный»
Спойлеры!

После этой книги, после Стругацких, рассуждать – только позориться. Но и молчать не могу, т.к. такого впечатления не припомню за последние лет 10. Сказать, что мне понравилось – ничего не сказать. Это замечательная, совершенная по всем параметрам книга. Во-первых, здесь изумительный язык. Во-вторых, фантастически живые образы, даже тех персонажей, которые встречаются не надолго, как бы мельком.
А уж мысли… сначала – легкая разминка: эксперимент, зашоренность, логика бунта, особенности власти и т.д. А вот последняя глава… у меня там на каждой странице – закладка. Получился настоящий диалог с Авторами: приходит в голову какая-то мысль – и тут же читаю: да, так! Засомневалась в чем-то – разъяснения, да еще и сетование, ну почему ж ты так подумала?! Как будто мысли читают через годы и отвечают: да, так, так. Или это потому, что мысли Авторов созвучны моим, давно, но не отчетливо сформировавшимся?
Конкретнее. Что за Град обречен? Советский Союз? Нет! Т.е., да, и он тоже. Но не только. Какой же это Град? Да любой! Любая цивилизация развивается примерно по одному сценарию. По одним законам. Это поразительно, но это так. И люди не сильно поменялись начиная с Античности, а, скорее всего, и раньше, и до наших дней. Чуть-чуть. До этой книги, давно увлекаясь историей, я все больше убеждалась: под луной удивительно мало новостей. Особенность ли человечества тому причиной или что-то еще, но и цивилизации Америки, и Японии, и Европа и Азия по-сути развивались по одним законам. Остальное - рюшечки. А вот о рюшечках подробнее. Согласно концепции Изи, рюшечки, т.е. культура и поступки и есть главное. То, что остается. Грады, страны, империи, цивилизации неизменно исчезают. Иногда по очевидным причинам, иногда – по неочевидным. Но – исчезают. Это закономерность. На смену приходит другой град, а старый, «на Севере», пустеет, хранит свои секреты. И привлекает таких людей, как Изя. Зачем? Ему любопытно. «Как щенок с интересом все обнюхивает». Им движет любопытство, жажда познания. Он не умеет создать «кирпич для храма», разве что «крохотную песчинку». Но он – хранитель. Я было засомневалась, что под этим вечным Храмом подразумевают Авторы, не религию ли? А что? Вполне достойный вариант. Стругацкие прямо отвечают – нет! И сетуют: ну почему, чуть что – сразу религию вспоминают? А что есть Храм? И додумывать не нужно: прямо так и написано: музыка, литература, архитектура, живопись и поступки. Особенные поступки, если угодно, героические. Это – основной признак, маркер человечества. Это остается. Остальное - тлен. Храм может строить не всякий. Только – особенные люди. Но, не сказать, что это – лучшие люди, прямо приводится: пьяница Хемингуэй, педераст Чайковский (вот тут не соглашусь: ничего не имею против гомосексуалистов), шизофреник и черносотенец Достоевский и др. Но им что-то дано. Вот просто – от рождения. Вопрос избранности уже поднимался в романе раньше, когда Андрей рассуждал, почему Полковник может командовать, а он – нет. И, вроде, должность дана и все полномочия. А – не может. И вся надежда, что подчиненные не поймут этого, не почувствуют его неуверенности в себе, его страха и растерянности.
Люди не равны изначально. И это одновременно здорово, и, вместе с тем постоянно порождает стремление уравнять всех. И – неизбежный провал. Только ущерб для Храма. И снова я хочу подчеркнуть, что СССР здесь ни при чем. Т.е., причем, но не только он. ВСЯ история человечества. Обо всем, хватит уже всюду антисоветчину искать! Почему как только роман в 70-х написан, так сразу – против советской власти?! Как будто вечные, если угодно, философские, вопросы не могли волновать писателей, живших в СССР!
Человек не может без цели. Изя Кацман предлагает хорошую, мирную цель: строить Храм. Или служить ему. Или смотреть и осознавать, что он есть. Равнозначимые функции.

Теперь о других мыслях романа. ГГ Андрей Воронин. Он мне напоминает эдаких комсомольцев-энтузиастов из кино: кепка, тенниска на шнурках, набор фраз вроде «товарищи! Наш ответ Чемберлену…» Короче, см Шуру Балаганова в исполнении Л.Куравлева. Не только его, но и других жителей города вполне устраивает объяснение всего и вся «на то он и Эксперимент». «Разруха!» и не каждый задается вопросом, а что есть, собственно разруха? Что есть Эксперимент, какова его цель и ЕСТЬ ЛИ ОНА ВООБЩЕ?! Организаторы то САМИ ЗНАЮТ, В ЧЕМ ЦЕЛЬ? Или они, как власть Андрея в экспедиции – одна видимость и надувание щек?
Власть. Которая не нужна Вану. Он ее имел. И отказался в пользу подметания улиц и, позже, выращивания сада. И его можно понять: это приятно, делать что-то видимое: было грязно, стало чисто. Было не ухоженно, а теперь – цветы. А что во власти? Перед тобой прогибаются – ты прогибаешься под тем, кто стоит выше. И чем выше ты сам оказываешься, тем больше людей, которые прогибаются перед тобой, но ты перед своими вышестоящими должен прогибаться все сильней и сильней. И что же, это только в СССР Было? Да это и сейчас есть. Везде. И было. И будет. Для кого-то – цель. Окончательная? Или разочарование? Ковры все собрали, от икры тошнит, ушли в прошлое веселые, бесшабашные вечеринки, им на смену пришли чинные приемы с нужными людьми. Тошно. Но нужно. И от этого еще более тошно. Если человек на этом и остановится, то и лучше для него. Нашел цель, пусть такую, и ладушки. Из побочных явлений остается необходимость суеты, боязни заговоров/подсиживаний и необходимость прогибаний. Андрей это прочувствовал. А еще власть подминает. Бродячий Красный дом (кстати! Бродячий! Т.е., он может быть где угодно!) впускает Андрея, а дальше – игра. И он сам не понимает и не замечает, как становится инструментом. Шахматы, фигурки – люди. Извивайся, старайся сохранить жизнь людей. Но все равно: раз ты в Здании, ты в игре.
Андрей прошел стадии не особо задумывающейся веры в Эксперимент (так и вспоминается «а ты не думай, за тебя партия думает!), надуванию щек, а по-сути, мышиной возни во власти. Разочарования в авторитетах. Всю книгу проанализировать невозможно, она совершенно неисчерпаема. Но вот здесь остановлюсь: очень уж ярко. Андрей выступает в Пантеоне перед памятниками. РАЗНООБРАЗНЫМИ памятниками=разнообразными авторитетами. Он начинает ДУМАТЬ. А не просто умирать от восторга или умиления перед знаменитостью и/или авторитетом. Потом вникает в Изину идею Храма. И честно признается, что она пока – не его. Но это – вариант.
Впрочем, многие персонажи нашли себя и без этого. Совершенно замечательный, немыслимо симпатичный Дядя Юра. Крестьянин, соль земли. Земля, хлеб, друзья, семья. И не нужно никуда ходить. Тоже вариант.
Столько еще хочется сказать, но и так простыня получилась. Книга многослойна, красива, изящна и основательна. Ее можно и нужно перечитывать. И с каждым разом удовольствие, я уверена, будет только увеличиваться.