Цитаты из книги Исповедь монаха. Ученик еретика

Правда может дорого стоить, но зато и ценность ее со временем не становится меньше.

Как там управятся без тебя?

- Как смогут, так и управятся. На свете нет людей, без которых нельзя было бы обойтись. Иначе человек не был бы смертен.

Оба смотрели друг на друга не отрываясь, словно зачарованные, - судья и обвиняемый, - словно пытаясь пробраться друг к другу через пустыню недоверия, полную сыпучих песков и ловушек.

У любви, как у природы, есть свои естественные периоды, свои времена года. Их любовь миновала весенние грозы и летний зной и вступила в золотую пору ранней осени - не успеешь оглянуться, как листья начнут опадать с ветвей…

Я не привыкла, чтобы меня отвергали. Я даже толком не знала, как нужно добиваться чьего-то расположения.

Сколько раз Кадфаэль видел, как к ним в обитель приходили молодые люди с печатью той же очарованной веры на челе, - и сколько раз он видел, как эта вера не выдерживала испытания временем, тускнела, разрушалась понемногу под гнетом простой и такой трудной обязанности: сохранить и пронести через годы лучшие душевные качества.

... он во всем доходит до крайности, а устав этого не одобряет.

Ни деяние как таковое, ни воздержание от него не должно считать злым либо добрым, - дружелюбно заметил епископ, - Все зависит от цели и расположения духа, в котором оно совершается.

Ибо в Священном Писании сказано: по плодам узнаете их. Доброе дерево не принесет дурного плода, и на худом дереве не поспеет добрый плод. А плоды, приносимые этим юношей, ничуть не хуже наших. Ни один из них нельзя назвать гнилым. Запомните это. Это очень важно.

Епископом Роже де Клинтон был уже четырнадцать лет и носил бремя власти с той же легкостью и задором, что и свое дорожное платье, высказывая во всем истинно аристократическое достоинство.

Да и Жерар, человек приземленный, склонен был оставить мертвых мертвецам, поскольку живые отдали им последний долг, проводив достойно в лучший мир.

- Бывает, что за пустяками скрывается нечто важное, - настойчиво сказал Кадфаэль, - и, напротив, значительные на первый взгляд явления оборачиваются пустяками.

... навряд ли Бог станет наказывать человека за глупость, которая сама по себе уже является наказанием.

Молчание - лучший способ избегнуть опрометчивых слов. А еще лучше соглашаться со всем, что бы ни изрекли прелаты. Но это, похоже, не для тебя.

Лицо лучилось невозмутимым спокойствием - после стольких лет господь явил ей свою милость, наполнив радостью ее сердце. Она ни о чем не сожалела, не сетовала на судьбу. Она довольствовалась лишь тем, что ей было даровано, и никакие черные мысли не омрачали ее счастья.

Радость от сознания, что его совесть чиста, не оставила место для долгих терзаний о несоразмерности вины и платы за прощение, он попросту не думал о таких вещах.

Но сделанного не воротишь, - этого не дано ни мне, ни вам.

Еще один зеленый юнец в ее жизни, который тоже хорош собой - слишком хорош, - себе же на погибель: такие притягивают к себе несчастную любовь, как душистый цветок притягивает пчел.

Учись довольствоваться тем, что имеешь, и быть за это благодарным богу, а там, кто знает, может и тебе воздастся.

Никто меня не отпускал и ни у кого я не спрашивал разрешения. А что до присяги, от нее ты сам освободил меня своим обманом. Я-то ничьим доверием не злоупотребил. Я помню свой долг перед Одемаром де Клари и, если нужно, вернусь к службе безропотно и покорно приму от него любые упреки, но не раньше, чем ты честно и откровенно расскажешь мне, что ты замыслил. Я во всем слушал тебя, верил тебе, покорялся твоей воле. Может, и я в ответ могу на что-то рассчитывать? Хотя бы на честность?