Дайте им умереть

..она тоже уйдет с нами, а правильным мы оставим их правильную жизнь и их правильный мир.

Мне никогда не был понятен пафос трагедии, как жизнеутверждающее начало борьбы героя с Судьбой…

Вы можете поступать, как сочтете нужным, но я буду на любую провокацию отвечать сообразно скрытой в ней опасности.

Гении никогда не нравятся обычным людям.

Четверо солдат выстроились напротив. Защелкали затворы автоматов. Офицер с парадными шнурами поднял руку. Антисфен ясно видел черные дырки стволов. Сейчас...

Ударило рваное пламя. И наступила тишина.

– Вы что, ослепли?! – орал офицер. – С тридцати шагов в человека попасть не можете? – он снова махнул рукой. Ударили автоматы. Пули выбивали куски кирпича из стены, но Антисфен продолжал стоять.

Гигантские ящеры бродили между гигантскими папоротниками, грозный каток оледенения утюжил вздрагивающую планету, и первая обезьяна уже взяла в мохнатые руки палку... и люди в колесницах метали дротики в бегущих варваров, и горел Рим, и горел Дрезден, и первый ядерный гриб вырос над секретным полигоном, и трясущийся палец уже завис над алой кнопкой...

Джинн сгорбился и полез в свою бутылку.