Цитаты из книги Полночь, XIX век

Мне все равно, где ни быть и когда ни жить. Если мне все равно, не значит ли это, что я везде и всегда?..

На реке и кое-где на лугу поднимался туман. Высокие, узкие клочья тумана, густые и белые, как молоко, бродили над рекой, заслоняя отражения звезд и цепляясь за ивы. Они каждую минуту меняли свой вид и казалось, что одни обнимались, другие кланялись, третьи поднимали к небу свои руки с широкими поповскими рукавами, как будто молились...

Эти люди были пьяны, злы, и им хотелось любви и разрушения.

Я, голубчик, не понимаю людей и боюсь их. Мне страшно смотреть на мужиков, я не знаю, для каких таких высших целей они страдают и для чего они живут. Если жизнь есть наслаждение, то они лишние, ненужные люди; если же цель и смысл жизни – в нужде и непроходимом, безнадежном невежестве, то мне непонятно, кому и для чего нужна эта инквизиция.

Если хочешь быть здоров и нормален, иди в стадо.

Молчание душит его; оно ледяными волнами перекатывается через его голову и шевелит волосы; оно разбивается о его грудь, стонущую под ударами.

Вся, вся наша жизнь ушла в сад, мне даже ничего никогда не снится, кроме яблонь и груш.

Ведь это такое счастье: умереть за любимого человека.

Нас всегда тянет смотреть дальше, чем мы опасаемся или можем.

Безнадежная любовь к женщине, от которой имеешь уже двух детей! Разве это понятно и не страшно? Разве это не страшнее привидений?

Дружбу посылает нам небо для того, чтобы мы могли высказаться и спасаться от тайн, которые угнетают нас.

Я очень прост, во мне странное только то, что я всегда надеюсь на невозможное.

«Жизнь, по его мнению, страшна, — думал я, — так не церемонься же с нею, ломай ее и, пока она тебя не задавила, бери всё, что можно урвать от нее».

- Вы могли бы умереть за того, кого любите? - спросила Зиночка, смотря на сою полудетскую руку. - Да, мог бы, решительно ответил Немовецкий, открыто и искренне глядя на неё. - А вы? - Да, и я, - она задумалась. - Ведь это такое счастье: умереть за любимого человека. Мне очень хотелось бы.

— Поздравьте, я, кажется, сошел с ума, — но пошевелил только губами и горько улыбнулся.

Для него теперь было ясно, что он сумасшедший.

Мне кажется странным, что от утра до ночи я испытываю одну только радость, она наполняет всего меня и заглушает все остальные чувства. Я не знаю, что такое грусть, печаль или скука. Вот я не сплю, у меня бессонница, но мне не скучно. Серьезно говорю: я начинаю недоумевать.

- Но почему? - изумился монах. - Разве радость сверхъестественное чувство? Разве она не должна быть нормальным состоянием человека?