Играющая в го

"Фу"!

Нет, не подумаете, это не моя реакция на книгу. Это такой жанр китайской поэзии, проза-поэма, называется "фу". Конечно, вряд ли это именно этот жанр, но лично у меня возникли такие ассоциации. А если еще честнее - подумалось: "Хокку". Но ведь хокку это Япония, а тут Китай, хоть и эмигрировавший в Европу.

В общем все это нагромождение ненужностей из предыдущего абзаца я написала лишь для того, чтобы передать, насколько чужеродна порой форма, слог романа. Порой нужно вчитаться, и признаюсь, прочитав первые десять страниц я отложила книгу и с увлечением прочла "Последнего эльфа". Потом, утолив свою потребность в европейском слоге и стандартом изложении сюжета я с огромным удовольствием погрузилась в этот роман.

Очень чувственная история. Такая "вся про любовь", но и не женский роман в чистом виде - нет тут ни соплей, ни хэппи-эндов, а эротические сцены какие-то совсем не эротические. И слава богу. Они представлены лишь как реальная часть жизни, без которой ни одной из описанных историй не было бы. И описаны очень органично. Так, как нужно.

Познавательный, или, как пишут господа ученые, "когнитивный" элемент книги на мой взгляд невелик - всего лишь точка зрения на небольшой отрезок истории государств, желания поверить ему на слово не возникло - я восприняла это всего лишь как декорации. Из всей "историчности" романа больше всего зацепило то, что, оказывается, в VII веке Япония решила полностью воспринять буддийскую культуру Китая, и, как утверждает японский герой Шань Са, культура Японии нынешняя (имеется ввиду конечно время действия романа) основана на культуре Китая. Моя была в шоке! Это вызвало сильный диссонанс в моей голове, уже привыкшей к всеобщему поклонения япономамой, аниме и т.д. Впрочем, по трезвом размышлении я решила, что не стоит так уж безоговорочно доверять мнению японского героя, выписанного китайско-европейской писательницей. Мало ли какой ум за разум у нее зашел от смешения культур и глобальных переездов.

Впрочем, главное - эта книга хороша. Чудо как хороша.

Ах какая замечательная книга!!!...
От которой не оторвешься, ибо события разворачиваются стремительно, а герои тебя с первых же строк увлекают, покоряют и заставляют с волнением переживать за происходящим с ними.
Которая открывает совершенно новый (для меня) пласт истории (отношения Китай-Япония в 30-ые 20 века), а также встает в один ряд с книгами, талантливо и жутко рассказывающими нам о войне как большом ужасе (Ремарк, Л.Андреев - я вспоминала именно их строки).
Которая стала для меня еще одной историей жизни и смерти, любви и надежды.
Замечательная книга!!!

Дорогая Obright , спасибо вам за рекомендацию - ваш совет попал в цель!!!
Отличная все же это вещь - наш книжный флэшмоб!...

(я буду скучать по героям.... давно подобного не ощущала...)

Это будет не столько рецензия, сколько своеобразный исторический экскурс.

Не знаю, изменилось ли сейчас что-либо, но когда я учился в школе учебники были на 95% посвящены истории западных стран. Независимо от рассматриваемого времени: Средние века, Новое или Новейшее время. На историю стран Азии отводились лишь обзорные статьи.

Книга Шань Са "Играющая в го" рассказывает о самом начале японо-китайской войны 1937-1945 гг. с отсылками к предыстории конфликта. О других событиях войны, например, об оккупации японцами Шанхая сняты фильмы "Вожделение" (2007), "Шанхай" (2010). А у Мураками в его "Хрониках Заводной птицы" лейтенант Мамия рассказывает об инциденте в районе реки Халкин-Гол (или Номонхан), которое произошло в мае 1939 года, когда японцы напали на монгольские и советские части. В конце августа сосредоточенные в этом районе японские войска были разбиты.

Далее я буду комментировать некоторые цитаты из текста.

"То, что я увидел, напоминало ад. Токио больше не было. Дома еще стояли, поддерживая друг друга, но улицы исчезли под слоем битого кирпича, обломков дерева и осколков стекла..."
Землетрясение 1923 года в Токио.

"Легенда гласит, что Япония – это плавучий остров, стоящий на спине рыбы-кота. Когда эта рыба начинает шевелиться, происходят землетрясения... Уничтожить бога было нам не по силам, но мы могли выместить свое отчаяние на соседях. Китай, необъятный и процветающий, находился под боком, на расстоянии вытянутой руки. Там мы обеспечим будущее наших детей".
Разрушительное землетрясение, японский финансовый кризис 1926-1927 гг., начало "Великой депрессии" сильно ударили по экономике страны - все это послужило основанием для подготовки военной агрессии.

"– Маньчжурия – братская страна! – кричит она. – К несчастью, террористы пытаются разрушить дружбу между нашими императорами. Твой долг – оберегать хрупкий мир".
Русско-японская война 1904-1905 гг. развернулась именно из-за столкновения интересов России и Японии в Маньчжурии. В результате российское влияние здесь было заменено японским. Пользуясь ослаблением России, Япония только укрепилась в данном регионе. Корея также в то время была под ее властью.
В одном из японских меморандумов 1927 года было прописано следующее: "Для того, чтобы покорить Китай, мы должны прежде покорить Маньчжурию и Монголию. Для того, чтобы покорить мир, мы должны прежде всего покорить Китай".
Террористы - это национально-освободительное движение.

Оккупация Маньчжурии началась 18 сентября 1931 года. (Об этом эпизоде в бане орет капитан Мори в начале книги). Предлогом был подрыв железной дороги (так называемые Маньчжурский инцидент). Подорвали ее сами японцы - нужен был повод. В итоге Маньчжурия была оккупирована и в 1932 году создано фиктивное независимое государство - Маньчжоу-Го (не признанное мировым сообществом), во главе которого был марионетка-император Пу И (именно он пригласил кузена Лу ко двору). Это "независимое" государство напрямую подчинялось Японии и между ними был немедленно подписан военный союз, согласно которому Япония могла беспрепятственно располагать свои войска на данной территории. Так Япония делала во всех захватываемых государствах во время Второй Мировой.

Захват Маньчжурии был только первым шагом. Маньчжурия и Китай в целом рассматривались как плацдарм, ресурсная база для развертывания захватнических действий по всей Юго-Восточной Азии, а также против СССР.

Тот же капитан Мори озвучивает далеко идущие планы японского правительства: "Наступит день – и мы завоюем весь его (Китай), как завоевали Корею. Увидите, наша армия беспрепятственно пройдет вдоль железной дороги, соединяющей Южный и Северный Китай. Мы за три дня возьмем Пекин, через шесть – будем маршировать по улицам Нанкина, а через восемь заночуем в Гонконге, и перед нами откроются ворота Юго-Западной Азии".

"7 июля базирующаяся в Фэнтае часть потеряла во время ночной операции одного солдата. Китайская армия не позволяет нам обыскать город Ванпин. Зафиксирована первая перестрелка.
8 июля происходит второе столкновение у моста близ Долины Тростников."
Так называемый инцидент на Лугоуцяо или Мосту Марко-Поло, послуживший поводом для начала японо-китайской войны 1937-1945.

После начала военных действий Китай обращается к западным державам за поддержкой. Большинство уклоняется от конкретных мер, некоторые, как например Италия, открыто одобряют японскую агрессию. США, Великобритания, Германия, Франция, Италия беспокоились только о сохранении своих позиций в Китае. Китай рассматривался ими только как крупный рынок сбыта. Но и они решили поступиться своими интересами в пользу проведения политики "усмирения агрессора" - ведущие страны мира фактически потворствовали и финансировали развертывание японской военной агрессии, с тем чтобы затем направить ее против СССР. В это время Япония как раз решала, какое направление удара выбрать - северное (СССР) или южное (Юго-Восточная Азия). Было выбрано южное направление. Советский Дальний восток был не настолько богат природными ресурсами и малонаселен. Впоследствии также сыграл свою роль Пакт о ненападении между Германией и СССР - Япония тоже была вынуждена подкорректировать свою политику. Хотя по договору с Германией у границ СССР находились довольно многочисленные войска, ждавшие только взятия Сталинграда. Это и пошатнуло позиции Японии на востоке - стало не хватать ресурсов для продолжения наступления, надежды на молниеносную войну растаяли, японцы завязли в Китае, а ресурсов для ведения затяжной войны было недостаточно.

Заканчивается действие книги вскоре после захвата японцами Пекина 8 августа 1937 года.

Очень понравилась композиция романа. В одной главе повествование идет от лица китайской девушки, в следующей - от лица японского офицера. И так до конца книги. Противники за доской поочередно делают каждый свой ход, неумолимо приближая конец партии...

Книга написана довольно приятным языком, повествование завораживает и сразу погружает нас в историю главных героев. Весьма интересна структура повествования к книге. Роман разбит на небольшие главы, события в которых поочередно ведутся от лица главных героев, японского офицера и китайской школьницы.
Она девушка на пороге вступления во взрослую жизнь, переживающая первую любовь, первое разочарование, первое предательство, пытающаяся понять, что же для нее в жизни по настоящему важно и ради чего стоит жить.
Он человек готовый отдать жизнь за свою страну и императора, не сомневающийся в приказах и не боящийся смерти.
Он и она живут каждый своей повседневной жизнью, у каждого из них свои проблемы, свои цели в жизни, свои внутренние конфликты и терзания. Их сводят печальные события, военные действий по завоеванию Китая японской армией в 30х годах, на площади Тысячи ветров за партией игры в го.
Пожалуй особо эта книга придется по вкусу тем, кто знаком с особенностями японского и китайского менталитета и историческими взаимоотношениями двух этих стран.

Уже выбрав книгу для чтения, я вспомнила, что мое знакомство с творчеством Шань Са могло состояться намного раньше. Некоторое время назад меня заинтересовал роман "Императрица". Прочитав пару абзацев, я поняла, что для полноценного восприятия произведения нужно время, которого у меня на тот момент не было. Такие вещи нужно читать очень медленно, вдумчиво, наслаждаясь каждой строкой. Делать паузы, много размышлять, менять угол зрения. Поэтому отложила книгу до лучших времен, да и забыла про нее (ибо с ЛЛ еще не дружила). И вот теперь Книгомарафон подарил мне шанс вернуться к романам Шань Са и оценить ее чарующую прозу.

Книга глубоко затронула меня. Было что-то неуловимо прекрасное в стиле. Легком, как порхание бабочки. Волнующем, как прикосновение шелка. Стремительном, как полет стрекозы в летный день над зеркалом пруда. Уверенном, как движение кисточки опытного каллиграфа по свитку. Я читала смакуя каждую метафору, наслаждаясь поэтичностью и изящностью текста, делая паузы, давая тексту впитаться в кровь, разнестись по всему телу, наполняя реальность новыми красками. Удивительная четкость и яркость рисуемых автором картин, осязаемость звуков и запахов. Я почувствовала на своей коже и зимнюю стужу, когда играющая в го одержала свою сотую победу и летнюю жару, когда она начала свою судьбоносную партию. Прохладу от веера и стрекот цикад. Я держала в руках серебряную старинную шпильку. Видела перед собой спину бегущего рикши. Ощущала гладкую поверхность столика покрытого красным лаком. Но и смрад, идущий от камер пыток, я ощущала с той же силой. Слышала стоны раненных, брошенных на поле боя.

История любви китайской школьницы и японского офицера. Единая душа, разбитая на части. Их неосознанно влекло друг к другу через годы, ложные встречи, потери. Разделенные и потерянные, они двигались навстречу друг другу не осознавая, что ищут. Они могли не встретиться вовсе, если бы не война. Они могли не узнать друг друга, если бы не партия в го, раскрывающая душу партнера, позволяющая увидеть суть человека. Найти свою вторую половинку очень сложно - беседы не всегда помогают, слова запутывают, не открывая всей правды, но манера игры солгать не может.

В тишине и уединении, отгороженные от внешнего мира игрой, зародились и окрепли их чувства друг к другу, сделав каждого сильнее и мудрее. Один раз он уже проявил трусость – не сумел подарить милосердную смерть. Во второй раз он не подведет предков и мать, которая просила его между смертью и трусостью выбрать смерть. Любовь даст ему силы сделать все правильно. Ей любовь поможет понять и принять свою судьбу.

Хорошо известно, что книга о любви может быть горькой, но то что книга о войне может быть настолько прекрасной стало для меня неожиданностью. Эта книга как зеркало, она может показать читающему его собственную душу. Интересно будет перечитать ее спустя годы и сравнить впечатления.

Очень сложно оценивать книги, в которых, как тебе кажется, для какого-то глубинного понимания всего происходящего тебе не хватает определенной культурной базы. Собираться по вечерам на площади, чтобы поиграть с любым желающим в го, умение оценить противника по нескольким первым ходам, партия, которая может длится не один день - все это кажется таким экзотическим и непонятным. В такие моменты всегда кажется, что за каждым видимым ходом в десять раз больше невидимой борьбы, за каждой брошенной фразой в десять раз больше сказанного, за каждой долгой паузой в десять раз больше самого богатого по смыслу молчания. А ты в этих материях как глухой и слепой - все время упускаешь что-то важной из виду. При всем том не скажу, что у меня были какие-то проблемы с другими японскими или китайскими авторами. Вот и возникает вопрос - то ли здесь слишком глубоко, то ли это просто видимость.

Если же отбросить культурные различия и посмотреть на саму историю, то для меня ничего интересного тут не остается. Помимо своей воли всегда примеряешь любой женский литературный образ на себя. Бывают героини диаметрально тебе противоположные во всем, но тем не менее ты все равно чувствуешь к ним какое-то участие и тебе интересна их судьба. Почувствовать же хоть что-нибудь по отношению к молодой девушке играющей в го у меня не получается ничего. Она совершает довольно странные поступки, саму себя обрекая на все новые и новые лишения. Так и хочется в процессе всего происходящего встряхнуть ее как следует, чтобы она задумалась хоть на секунду и посмотрела куда катится ее такая устроенная в самом начале жизнь.

И здесь все такие персонажи - с тонким мироощущением, страдающие и легко жертвующие собой, но абсолютно не приспособленные к жизни. В них как будто все слишком восточное. Они как карикатуры, в которых все качества, которые мы приписываем Загадочному Востоку увеличены до гигантских размеров. И тут опять же возникает вопрос о глубине или видимости таковой. Наверное, кто-то сможет разглядеть в переплетении сложных отношений и тонких мыслей бездну, я же наконец-то рискнула для себя погрузится в эту историю, а воды оказалось по пояс.

первая книга, которую прочитала у автора
одна из немногих книг в моей жизни, которая буквально засасывает с самого начала и не отпускает до конца.
Внешне история не затейливая - Он и Она, несостоявшаяся любовь и игра в го. Он - японский солдат, посланный в Китай для захвата земель. Она обычная девушка-китаянка, ищущая свое место в мире. В нормальном мире они никогда не встретились бы и не полюбили друг друга, но 20 век перевернул все в ног на голову.
автору удалось показать не только обреченность любви этих молодых людей, но и ненужность жизни целого поколения китайской молодежи. Ей удалось изобразить те процессы в обществе, которые шли в период между двумя мировыми войнами в самом Китае, и в мире.
В этой книге поражает все - и простой, но ясный язык, и нетривиальные персонажи, и филигранно выстроенное повествование (попеременно, то от Его, то от Её лица), и развязка (сколь трагичной она не была бы!).

Поскольку название романа предполагает, что в сюжете непременно должна появится или как-то проявить себя игра го (и это предположение совершенно верное), то автор выстроила схему повествования как чередование ходов двумя игроками. Т.е. коротенькие главки, из которых собрана книга, поочерёдно и ни разу не сбившись относят нас то к главной героине романа — китайской девушке-школьнице, 16-летней любительнице игры в го, то к главному герою романа японскому молодому солдату-офицеру императорской японской армии, расквартированной в Китае и ведущей захват территории этой страны по велению божественного микадо — молодой этот солдат-офицер тоже умелец и любитель игры в го.
Однако, прежде чем наши главные герои встретятся за одной игровой доской и завяжут свою долгую, длящуюся всю их жизнь партию, автор будет неспешно повествовать нам о событиях, предшествующих появлению их на игровой площади за игровым столом. И вот это бытописание с погружениями в детали и мелкие подробности жизни и внутреннего мира то китаянки, то японца, представляет литературную ценность даже без того сюжета, который начнётся с момента их встречи и продолжится в течение всей партии. Оказавшейся в конце-концов бесконечной и одновременно закончившейся победой обоих партнёров и обоих игроков.

Сюжет захватывает с самого начала и держит читателя даже не в напряжении, но просто в безвыходном положении — руки сами по себе непроизвольно жмакают next page и послушные странички, заряженные то нежным голосом героини, то мужественным голосом героя, мелькают в темпоритме игры-блиц, когда времени на обдумывание совсем мало и нужно ходить и ходить и ходить...

Ваш ход, господа!

Поначалу скептически отнеслась к чтению. Маленькие главы не давали чёткую картинку.
А потом не смогла закрыть книгу, не перевернув последнюю страницу.
Но даже перевернув, осталась с героями. Настолько это было ярко, так проникновенно, изысканно.
Романтичная история любви. Трагичная страница чужой истории, от которой я так далека... была... до этой книги.

Вот ведь превратности судьбы. Они встретились в стране, охваченной войной. Девушка-китаянка, прекрасно играющая в го. И японский солдат, который завоевателем пришёл на её землю.
"Как открыть ей сердце, не предав родину?
Как поведать, что нас разделяет зеркало и мы ходим по кругу в двух враждебных мирах?"
Они должны быть врагами. А стали возлюбленными.
Случайно. Никто ничего не планировал.
Она любила другого, или думала, что любила.
Он знал только любовь гейш.
Они играли в го. Были противниками.
Но однажды она поняла, что он единственный, кто не бросил её.
Люди разных культур. Люди враждующих сторон.
А ведь сердцам это не важно, если они бьются в унисон.
Если чувствуешь её запах. Если помнишь его взгляд.
Ничто не важно, когда ты чувствушь любовь.

Они так и не произнесли слов любви.
Первые торопливые поцелуи, омытые слезами, стали последними.
Им не суждено было жить вместе, зато они познали другую тайну.
Ночная Песня умолкла. Партия сыграна.
"Умереть — значит чиркнуть снегом об снег, зажечь сверкающую инеем и льдом зиму."