38 попугаев

— Не бывает таких островов! — закричал попугай.
— Бывает, бывает! — утешил его удав. — В моём сне всё бывает!
— Что же у тебя бывает, если даже пальм нет? — спросила мартышка.
— Если нет пальм, — задумался слонёнок, — значит, нет и кокосовых орехов?
— Нет! — подтвердил удав.
— И бананов нет? И вообще нет ничего вкусного? — испугалась мартышка. — А что же будет у нас на завтрак, на обед и на ужин?
— Мы так не согласны! — возмутился попугай.
— Мы так не хотим! — сказала мартышка.
— Так не интересно! — вздохнул слонёнок.
— Слушайте, — обиделся удав. — Кто кому снится? Я вам или вы мне? Вы же не знаете, что будет дальше!

Мартышка тут же закричала это самое «Что делать?» изо всех сил и прямо в ухо слонёнку.
От такого «Что делать?!» слонёнок подскочил и упал на бок. Попугай и мартышка покатились по земле.
— Потерпевших слонёнкокрушение благополучно выбросило на берег! — удовлетворённо сказал удав.
— Удав, — сказал попугай, поднимаясь, — по-моему, тебе снится ужасно страшный сон.
— Ничего подобного! — возразил удав. — Обыкновенный сон. Средней ужасности. Итак, — продолжил удав, — мне снится, что вы попали на необитаемый остров. И как только вы на него попали, он сразу стал обитаемым

• Почему? — удивился слонёнок.

— Потому что теперь на нём обитаете вы! — объяснил удав.
— Я буду обитать на дереве! — сказала мартышка и полезла на пальму.
— Слезай! — потребовал удав. — Эта пальма мне не снится.
— А какая снится?
— Мне пальмы вообще не снятся, — сказал удав. — На этом острове их нет.
— Что же тут есть? — спросил слонёнок.
— А ничего нет. Один только остров. И всё.

Там она одной рукой прижала попугая к груди, а другой ухватилась за ухо слонёнка.
— Мне снится, что огромные волны подбрасывают слонёнка и раскачивают его во все стороны, — продолжал удав.
Услышав, что его раскачивают, слонёнок стал переступать с ноги на ногу, и от этого его спина закачалась, как палуба настоящего корабля в самый настоящий шторм.
— Мартышка заболела морской болезнью! — объявил удав. — А попугай от неё заразился!
— Морская болезнь не заразительная! — возмутился попугай.
— В моём сне, — сказал удав, — она очень даже заразительная.
— Давай, давай! — поддержала удава мартышка. — Заражайся без разговоров!
— А пусть я лучше заболею насморком? — предложил попугай.
— Нет! — твёрдо сказал удав. — Болей, чем заражают!
Попугай вздохнул.
— И вдруг!.. — воскликнул удав. — Впереди показался необитаемый остров! Волны несли слонёнка прямо на скалы. «Что делать?» — закричала мартышка.

— Ну, удав, ну, пожалуйста! — попросила мартышка. — Не думай свою мысль. Думай другую.
— Не хочу! — сказал удав и переложил голову подальше от мартышки. Но мартышка снова пришла к голове.
— Хочешь, я тебе песню спою? — предложила она.
— Спасибо, — сказал удав, — не стоит.
— Ну, тогда я тебе что-нибудь расскажу, — пообещала мартышка, — я тебе расскажу случай из жизни.
— Не надо! — сказал удав. — Я и так знаю все случаи из твоей жизни.
— А я не из своей, — сказала мартышка. — Я тебе расскажу случай из чужой жизни. Из жизни слонёнка. Это очень интересный случай. Кстати, этот случай не только из жизни слонёнка, он ещё и из жизни попугая. Потому что они в этом случае встретились. Вот послушай…

— Мартышка! — закричал удав. — Сейчас же перестань! Я уже ничего не понимаю!
— И понимать нечего! — сказала мартышка. — Всё очень просто.
— Говори сию минуту, — потребовал удав. — Что там внутри всех этих ящиков, коробок, пакетов, чемоданов, кульков и сундуков?
— Не знаю! — сказала мартышка.
— А кто знает? — спросил удав.
— На свете есть много такого, — сказала мартышка, — про что никто ничего совсем-совсем не знает!
— Если про это никто ничего не знает, — сказал удав, — то я про это и думать не буду!
— Значит, ты опять будешь думать свою длинную мысль? — спросила мартышка.
— Да! Буду! — сказал удав.
— Это очень опасно, — закричала мартышка, — всё время про одно и то же думать! Ты заболеешь!
— От твоих пампукских хрюрь ещё быстрей заболеешь! — проворчал удав, свернулся в клубок и опять положил хвост под подбородок.

— Удав, — сказал попугай очень красивым грустным голосом, — мартышка их не получала!..
— Не получала! — всхлипнула мартышка.
— …потому что кое-кто их потерял! — продолжил попугай голосом тоже красивым, но уже не грустным, а возмущённым.
— Кое-кто? — удивился удав.
— Да! Кое-кто! — сказал попугай очень благородным голосом. — Не будем называть кто, хотя это был слонёнок!
Слонёнок глубоко вздохнул и переступил с ноги на ногу.
— Удав! — спросил попугай обыкновенным голосом. — Может быть, у тебя найдётся для мартышки ещё один привет?
— Для меня! — попросила мартышка.
— Ну конечно, найдётся! — обрадовался удав. — Пожалуйста, мартышка, вот тебе мой привет!

Удав лежал на той же самой полянке, среди тех же самых ромашек и в том же самом прекрасном настроении.
Мартышка, попугай и слонёнок вышли на полянку и направились прямо к удаву.
Мартышка шагала впереди всех, потому что она чувствовала себя обиженной и была возмущена.
Слонёнок шёл позади всех, потому что он был смущён и чувствовал себя ужасно неловко. А попугай шёл посередине.
Друзья подошли к удаву, и мартышка уже открыла рот, но попугай её остановил.
— Мартышка, — сказал попугай, — будет гораздо лучше, если с удавом поговорю я.
— Почему ты?
— Потому что слонёнок виноват и ему лучше помалкивать. А тебе, мартышка, тоже лучше скромно помолчать, потому что ты потерпевшая.
— Ничего подобного! — сказала мартышка. — Я не собираюсь терпеть. Наоборот!
— Тем более! — сказал попугай и повернулся к удаву. — Удав! Ты передавал мартышке два привета? Не так. ли?
— Как же! Помню! Передавал! — согласился удав, который с большим интересом выслушал разговор попугая и мартышки.

Тут удав взмахнул хвостом так, как будто у него была шляпа и он её снял, а потом немножко ею помахал.
— Слонёнок, — сказал удав, — передай от меня мартышке ещё один привет!
— Большой? — спросил слонёнок.
— Огромный! Горячий! — Удав ещё раз взмахнул шляпой, которой у него не было.
— Спасибо! — обрадовался слонёнок и помчался обратно.
Мартышка и попугай ждали слонёнка с большим нетерпением.
Наконец они услышали, что слонёнок бежит. Они услышали ещё издалека, потому что слонёнок торопился и бежал очень громко.
— Ну? — кинулась к слонёнку мартышка. — Как? Передал?
— Пе-пе-пе-передал! — выдохнул слонёнок. — Удав передал тебе ещё один привет!
— Ура!!! — закричала мартышка.

Слонёнок, конечно, сразу всё понял и помчался к удаву.
Удав лежал на полянке среди красивых белых ромашек и грелся на солнышке.
— Слонёнок! — обрадовался удав. — Ты только посмотри, нет, ты лучше только понюхай, какие прекрасные ромашки! Ты только понюхай и сразу поймёшь, какие они прекрасные!
— Очень прекрасные, — сказал слонёнок, которому хотелось поскорей перейти к делу. — Удав, — начал слонёнок, — ты можешь…
— Могу! — воскликнул удав.
— У тебя есть… — опять начал слонёнок.
— Есть! — закричал удав. — Есть! У меня всё есть, и я всё могу, потому что у меня сегодня прекрасное настроение.
— А ты не передашь…
— Передам! — воскликнул удав.
— …мартышке ещё один привет? — наконец договорил слонёнок.
— Пожалуйста! — согласился удав. — С удовольствием!

— Тут нет! И тут нет! И тут! — говорил попугай, не пропуская ни одного дерева. Потом он остановился и спросил: — А что мы ищем?
— Привет! Привет ищем! — объяснила мартышка.
— Так! — сказал попугай, которому сразу стало совершенно ясно, что ему ничегошеньки не понятно. — Давайте рассказывайте, с чего всё началось?
— Удав передал мартышке привет, — начал слонёнок.
— Что же ты без подробностей рассказываешь? — перебил слонёнка попугай. — Ты подробности тоже рассказывай. От кого удав передал мартышке привет?
— От себя! — сказал слонёнок.
— Он его нёс-нёс… — стала рассказывать мартышка, — нёс, нёс, нёс, нёс, нёс, нёс… И не принёс! А привет был большой! А он его потерял! И не знает где…
— Видишь ли, мартышка, — задумчиво сказал попугай, — привет, особенно большой привет, — это такая штука, что, если его потеряешь, лучше и не искать. Мы сделаем так. — Попугай повернулся к слонёнку — Слонёнок, беги к удаву и попроси у него ещё один привет. Для мартышки! Понял?

Слонёнок хотел что-то сказать, но так ничего и не сказал, потому что не знал, что ему говорить.
— Ну вот! — всплеснула руками мартышка. — Я сижу и жду самый нужный привет, а он его потерял! Где ты его потерял?
— Не знаю.
— «Не зна-а-ю»! — передразнила мартышка слонёнка. — Показывай, где ты бежал?
Мартышка и слонёнок стали искать привет. Они заглядывали под листья и шарили в кустах.
— Какой он был, мой привет? — крикнула мартышка слонёнку, раздвигая траву и разглядывая землю, на которой, к сожалению, ничего не было. То есть там были разные муравьи и камешки, но не было привета.
— Сейчас, сейчас вспомню, — наморщил лоб слонёнок, — вот… удав сказал: передай от меня мартышке большой привет!
— Большой! — ахнула мартышка, и ей стало ещё обидней. Потому что даже когда что-нибудь маленькое потеряешь — и то обидно, а уж когда большое…

У мартышки было плохое настроение. Поэтому она сидела на финиковой пальме и ела финики. Чем больше она их ела, тем лучше у неё становился аппетит. Но настроение почему-то не улучшалось. Мартышке было вкусно, но грустно.
И тут мартышка увидела слонёнка. Слонёнок тоже увидел мартышку и крикнул:
— Мартышка! Удав передавал тебе привет!
— Спасибо! — сказала мартышка. Она слезла с пальмы, вытерла ладошки о траву и протянула руку: — Давай!
— Что? — не понял слонёнок.
— Как что? — удивилась мартышка. — Привет. От удава. Давай его сюда.
— А у меня, — сказал слонёнок, — его нет.
— А где он? — заволновалась мартышка. — Куда ты его дел?
На всякий случай мартышка заглянула слонёнку за уши, но там, за ушами, никакого привета действительно не было.
— Ты его потерял! — закричала мартышка. — Признавайся, ты его потерял, да?

В этот день в Африке стояла прекрасная погода, поэтому попугай с утра отправился на прогулку. И вдруг попугая подхватило и понесло.
«Куда это я?» — подумал попугай и полетел вверх тормашками.
Потом его облило водой и понесло дальше. А дальше его поливало и несло, несло и поливало, пока он не ударился обо что-то мягкое.
Это что-то мягкое было слонёнком. Слонёнок стоял в сухом месте под большим деревом и прятался от ветра и дождя, которые несли и поливали попугая.
— Что стряслось? — спросил попугай, вставая на ноги. — Что это было?
— Кажется, погода испортилась! — сказал слонёнок.
— То есть как это испортилась?! — возмутился попугай. — Что значит испортилась? Чего это ей вдруг ни с того ни с сего брать и портиться? Тут что-то не так! Тут что-то кроется!
— Где? — спросил слонёнок.
— Тут, — сказал попугай.
— Я! — сказал слонёнок.
— Что ты? — удивился попугай.
— Я тут кроюсь, — сказал слонёнок, — прячусь. От дождя.
— Нет, — задумчиво сказал попугай, — ты тут, пожалуй, ни при чём. Хотя, впрочем… — Попугай подозрительно посмотрел на слонёнка. — Нет, — сказал он, помолчав, — ты на такие шутки не способен. Это кто-то другой.

Совершенно обессилевшая мартышка вспомнила про бананы и сразу почувствовала прилив свежих сил.
— Ещё как не хватает! — закричала она, вскакивая. — А что, уже можно хватать?
— Нельзя! — Попугай на всякий случай взлетел на гроздь бананов. — С этими бананами мы сейчас будем совершать научные действия.
Удав затаил дыхание.
— Математика — наука в четырёх действиях, — сказал попугай. — Вычитание, умножение, деление и сложение. С чего начнём?
— С самого интересного, — попросил удав.
— Сложение, — объявил попугай, — это такое научное действие, когда к чему-нибудь что-нибудь прибавляют. Например, бананы. Дайте мартышке два банана.
Слонёнок оторвал от грозди два банана, а удав передал их мартышке.
— Спасибо! — кивнула благодарная мартышка. — Спасибо!

Попугай не успел ничего возразить, мартышка закружилась и станцевала такой удивительный танец, какого ни удав, ни слонёнок, ни даже попугай никогда в жизни не видели. Она дрыгала ногами, размахивала руками, вертела головой и столько раз перекувырнулась, что друзья совсем сбились со счёта.
— Очень красиво! — захлопал ушами слонёнок, когда мартышка наконец устала и упала на траву.
— Красиво, — согласился удав, — но непонятно. При чём тут математика?
— Ни при чём, — сказал попугай. — Не хватает бананов.

Мартышка и удав глядели на попугая во все глаза. Слонёнок тоже глядел.
— Э-э-э-э… — Попугай уже открыл клюв, чтоб начать объяснения, и… закрыл его обратно. — Нет, — сказал попугай, — так ничего не выйдет. Нужно наглядное пособие.
— Какое? — удивился удав.
— Наглядное. Вы на него поглядите, и всё сразу станет ясно. Что бы вам такое показать?
— Меня! — подпрыгнула мартышка. — Меня показать надо. Я буду ваше, — тут мартышка опустила глаза и немножко постеснялась, — ненаглядное пособие.
— Наглядное, — поправил попугай.
— Нет. Ненаглядное. Чтоб глядели, глядели и наглядеться на могли.

— Кажется, — припомнил слонёнок, — я про эту математику слышал… Это когда отнимают и складывают, да?
— Отнимают и складывают? — Мартышка обеими руками показала сама себе, как сначала что-то у кого-то отнимают, а потом это что-то куда-то складывают. — Отнимают и складывают… И всё?
— Кажется, — вспомнил слонёнок, — ещё надо умножать и делить.
— Здорово, — обрадовалась мартышка. — Я всегда говорила: надо умно жать. Глупо жать глупо.
— Жать? — Попугай так удивился, что перестал смотреть на бананы. — Кого жать?
— Всех, — сказала мартышка. — Кого захотим. Будем их ловить. Легонечко так, умно жать, жать… Всё у них отнимать, отнимать… И складывать в кучу. А потом делить. И будем математики.
— Это не математика! — закричал попугай. — Это грабёж!
— Грабёж, — задумчиво сказал удав, — не научное действие. Нет, не научное. Его не математики совершают — разбойники. Разбойники гораздо опасней.
— Ну почему же? — сказал слонёнок. — Я знал одну учительницу математики. Она такие действия совершала, такие действия… Просто жуть. Многие разбойники боялись её как огня.
— Учительницы не считаются! — закричал попугай. — Это совсем другое дело. Учительницы для того и нужны, чтобы математику объяснять.

— Разделим? — не отрывая глаз от бананов, пробормотал взволнованный попугай. — Думаешь, это просто? А ты знакома с математикой?
— Нет, — сказала мартышка. — Не знакома. И слонёнок с ней тоже не знаком. Так что бананов она не получит. Эти бананы нам.
— Математика не ест бананов! — крикнул попугай. — Она наука. Её надо знать, чтобы совершать научные действия. Например, делить бананы.
Глядя на попугая, удав тоже заволновался. Конечно, удав любил бананы, но ещё сильней он любил совершать научные действия.
— Разве делить бананы — это научное действие? — спросил удав.
— Очень научное. Делить бананы, не зная математики — всё равно что есть их с кожурой. Невкусно и неприлично.