Тостуемый пьет до дна

В название этой книги Георгий Данелия вынес полюбившуюся всем фразу из "Осеннего марафона". Знаменитые реплики и шутки из "Мимино", "Афони", "Совсем пропащего" и других фильмов Г.Данелия давно уже гуляют по свету. Так же как и маленькие истории, "байки кинорежиссера", рассказанные им в первой книге - "Безбилетный пассажир". Те, кто ее читал, с нетерпением ждали обещанной автором "второй серии". И вот она перед вами. Такие же истории - смешные и немного грустные. Вроде бы про кино - и не совсем п...

Жанры

Книга из цикла

Чито-грито

Безбилетный пассажир

Георгий Данелия

4,6

(1,8K)

Тостуемый пьет до дна

Георгий Данелия

4,5

(879)

Кот ушел, а улыбка осталась

Георгий Данелия

4,3

(532)

Рейтинг LiveLib

4,5

879 оценок

5
61%
4
34%
3
5%
2
1%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 994Хотят прочитать 583

Рецензии

GlebKoch4 января 2024 г.
Вторая книга Данелии в целом вызывает такие же яркие эмоции, но она смотрится как сборник баек. Это не в обиду, но здесь их намного больше, чем в первой. Причем байки не только из кино. Читаешь и завидуешь - какую жизнь яркую человек прожил! И какой же он талантливый, причем за что бы не брался, получается. Пусть и не так, как задумывал изначально, но все равно гениально! А люди какие его окружали!
Грустно, когда осознаешь, что нет уже Георгия Николаевича, как нет и тех людей, о которых он пишет.
И остается только перечитывать и пересматривать. И те, что далече, снова оживают.
Читать далее
45
501
Oblachnost21 февраля 2023 г.
О жизни, о кино, о любви
Аудиокнига
Эта книга понравилась мне так же, как и первая. Здесь, как и в первой книге, Данелия вспоминает свою жизнь, своих любимых людей, своих родных и друзей. Но пожалуй, эта книга все-таки немного более грустная. Грустных моментов больше.
В книге есть момент, где описывались похороны Александра Яблочкина, который был другом автора и директором нескольких его картин.

Саша, прости меня! Но я тоже ржал. Ты говорил, что твой любимый жанр трагикомедия. В этом жанре и прошли твои похороны.
Когда придет время и мне уходить, я очень хочу уйти так же. Не болея и внезапно, никого не мучая. И чтобы на моих похоронах тоже плакали и смеялись.
И вся эта книга такая, написанная в жанре трагикомедии, так же, как и большинство фильмов, которые снял Георгий Николаевич. И это правильно, потому что вся наша жизнь это и есть трагикомедия.
Здесь Данелия немного прикоснулся к теме, для него несомненно очень болезненной, смерти его сына Николая. Он и в первой и во второй книге очень мало писал об этом, и за этой немногословностью чувствуется, насколько больно ему вспоминать об этом. Здесь он написал, как кодировался от алкоголизма.
Еще Даления несколько раз был за границей, и этому тоже посвящено множество курьезным и забавных моментов. Среди друзей автора были люди многих национальностей, из многих стран.
И конечно же тут очень много было про кино. К своему стыду, могу сказать, что знаю далеко не все фильмы Данелия. Какие-то у всех на слуху и очень известны. Но вот о фильме "Совсем пропащий", снятому по книге Марк Твен - Приключения Гекельберри Финна я узнала только сейчас. Надо будет обязательно посмотреть.
Много было о фильме "Кин-дза-джа", о том, как возникла идея этого фильма и о чем собственно этот фильм, что далеко не всем понятно. О том, как его снимали, и сколько было проблем и курьезов на его съемках.
А заканчивается книга на совершенно уморительной ноте. Автор сам думал над тем как ее закончить, и предпоследняя глава называется "Где поставить точку?", а зато последняя называется "Письма кастрированного монаха". И это получилось отличное завершение истории. Трагикомедия.
Это невероятно душевная книга, получила огромное удовольствие от чтения, и обязательно прочитаю и эту Георгий Данелия - Кот ушел, а улыбка осталась
Озвучка отличная. Книгу читал Аркадий Бухмин.
А это "Маленькая Данелиада" композитора Гия Канчелия, еще в прошлый раз хотела выложить этот ролик в отзыв.
09:51
Читать далее
25
386
strannik10222 июля 2012 г.
Вторая книга мемуаров известного и любимого несколькими поколениями советских, российских и зарубежных кинозрителей кинорежиссёра. У Данелии очень своеобразная манера написания: вся книга, подобно лоскутному одеялу или картине в манере пэчворк, собрана из маленьких жанровых или прозаических рассказиков и картинок-зарисовок. Они могут быть как биографического характера, там и касаться основной "производственной" темы жизни Данелия — съёмок кино, они могут рисовать нам образы знаменитых киноактёров, кинорежиссёров и других представителей отечественного и зарубежного киноцеха или рассказывать читателю о совсем простых и не имеющих никакого отношения к миру кино людях. Но! самое главное то, что сквозь грустные или весёлые, радостные или огорчённые, философские или разгильдяйские страницы книги явственно проглядывает большая, искренняя, тёплая и не подвергающаяся никакому сомнению Любовь автора к людям. Другая отличительная особенность этого доверительного и практически партнёрского по отношению и к своему читателю и к своему зрителю повествования — юмор, тонкий, мягкий, ироничный юмор умного, деликатного и интеллигентного человека.
Если вдруг у вас почему-то на душе закребли кошки или как-то не заладился день — отложите все дела в сторону и откройте эти пропитанные добротой и любовью страницы. И вам сразу станет легче. И радостнее!
Читать далее
25
359

Все рецензии

Цитаты

yapritopala12 июня 2010 г.
Как-то в Ташкенте я смотрел по телевизору фильм Татьяны Лиозновой «Семнадцать мгновений весны», дублированный на узбекский язык. Там Борман, когда вошел в кабинет к фюреру, выкинул вперед руку и воскликнул: «Салам алейкум, Гитлер-ага!»
33
7,2K
yapritopala12 июня 2010 г.
- Познакомьтесь, это моя мама, - сказал я моим новым друзьям. Встал и предложил выпить за ее здоровье.
Мама сказала, что если бы я меньше пил за ее здоровье, его было бы больше.
28
2,6K
OlegBulakh27 июля 2015 г.
— Помнишь, была очень вкусная сырокопченая колбаса «Московская», она еще существует? — спросил композитора Гию Канчели очень известный грузинский композитор К.
— Будешь в Москве, если попадется, купи мне один батон. Я, когда стемнеет, лягу в кровать, накроюсь с головой одеялом, возьму ее, как кларнет, и съем всю! Останется веревочка. На этой веревочке я и повешусь!
26
2,4K